Дни Солнца
Шрифт:
– А чья же? – опешила Диана.
– Правительства, – был короткий ответ, после чего в трубке завертелись трескучие гудки.
Диана спустилась в галерею и минуту-другую тайком разглядывала незнакомцев из-за стеклянной стены. Видела она их лишь по пояс, мешали заросли цветущего шиповника. Пожимая плечами и прикладывая пухлые руки к груди, Кок что-то с пылом втолковывал Хирургу, Хлыщ участия в разговоре не принимал и смотрел на крыльцо – ждал, наверное, когда из двери покажется Диана.
Майя навстречу
– Ничего!
Диана отперла дверь.
– …все-хорошо-ладно, – говорил Хирург Коку, который, словно блюдце, держал перед ним свою раскрытую ладонь.
– Позвонили? – спросил Хлыщ.
– Позвонила, – сказала Диана. – И мне интересно, как вы будете теперь доказывать, что вы из правительства.
– Доказывать? – усмехнулся Хирург. – А мы, знаете ли, можем… Ах, да оставь же! – Он стряхнул с локтя пятерню Кока.
Тяжело и близко, над самыми их головами, забормотал гром.
– …Вы как хотите, но все обстоит так, как я говорю, – сказал Хирург. – Повторного звонка, по-моему, было более чем достаточно, чтобы уразуметь, кто мы и что мы… – Он хотел добавить что-то, но стушевался, снял шляпу и, пряча усмешку, обмахнул лицо. На темени у него была седая прядь.
Гром повторился раскатистей, вдруг стало стремительно и страшно темнеть, что-то вкрадчиво зашуршало по земле и деревьям, по асфальтовой дорожке, забарабанило по крылечному козырьку.
– Черт, – выдохнул Хирург.
Хлыщ молча развернулся и побежал к машине. Вспыхнувшая молния застала его у калитки, он как будто перестал существовать в ее больничном зареве, но секунду спустя вырос возле автомобиля, и звук открывшейся дверцы был проглочен оглушительным, в несколько потрясающих аккордов, раскатом грома. Лужи зарябили и закипели.
Отступив, Диана впустила под навес Хирурга и Кока. Майя радостно захлопала в ладоши:
– Дождик! Дождик!
У Хирурга в губах болталась неприкуренная сигарета. Вхолостую щелкая зажигалкой, он наблюдал за Хлыщом. Кок шумно отряхивался. Странное дело – Диана не только не чувствовала страха, ей даже становилось досадно оттого, что все разрешалось так просто. Она была в меньшинстве. Трое мужчин в состоянии объяснить одной женщине, что они из правительства. Нужно залезть правительству в детсадовскую кухню или куда там – ради бога.
– Несет, – сказал Кок.
Вскочив на крыльцо, Хлыщ протянул Хирургу большую кобуру и бережно сложил зонт. Хирург достал из кобуры громадный пистолет и показал его Диане.
– Опоздали, – сказала она.
– То есть? – взвел бровь Хирург.
– То есть я вам верю. Вернее, мне все равно. Но учтите – я позвоню куда надо. В правительство или куда там.
Хирург, как на чашах весов, качал пистолетом и кобурой.
– Заодно можете записать и номер машины.
– Запомню, не волнуйтесь.
– И это все… это вовсе
– Успокоить, ага. И всегда так у пожарных?
– Вам угрожали оружием, и вы… слабая женщина… А что?
– Это выглядит… – Диана недоуменно пожала плечами. – Даже не знаю – деликатно, что ли.
– Не знаю, как это выглядит… – Хирург затолкал пистолет в кобуру и отдал Хлыщу. – Но звонить никуда не советую. Ради собственного же спокойствия. Желаю всего хорошего.
– То есть я должна идти прямо сейчас, в дождь?
– А что?
– …Это, кстати, вам. – Хлыщ вложил в руки Диане свой зонт.
– Мерси.
– Пожалуйста, – ответил за Хлыща Хирург.
Прикуривая сигарету, он обошел Диану, встал боком, пропуская Майю, и скрылся за дверью. Кока на крыльце уже не было.
– Кстати, вы слушаете радио? – спросил Хлыщ.
– Кстати, нет, – сообщила Диана. – А вы?
Он расстегнул воротник.
– Кто вы все такие? – спросила она.
– Как угодно… – Он не расслышал ее, глядя в вестибюль, потом с виноватой улыбкой переступил порог и, сколько мог бесшумно, закрыл за собой дверь.
Диана зло, словно нужно было ждать новых непрошеных гостей, глядела в сад. С козырьков под крылечный навес летела водяная пыль. Где-то вверху как будто рвало жесть.
– Извините! – На крыльце, грохнув дверью, возник Хлыщ, лицо его шло багровыми пятнами от тяжелого дыхания.
На мгновенье она оторопела, даже не поверила глазам: где и когда он успел так разбежаться?
– Вы… вы забыли ключи! – выдохнул Хлыщ.
Диана таращилась на него с нескрываемым восхищением, как смотрят на фокусника или шторм.
– Что?
– …Отдать.
– Кому?
Он в деланом отчаянье закатил глаза. Встряхнув головой, со словами: «Ой, да бог с вами со всеми», – она по очереди, как монетки в торговый автомат, опустила все четыре ключа ему в нагрудный карман: «Все?» Опешив, Хлыщ было раскрыл рот, но слова его сошлись улыбкой, одной рукой он накрыл карман, другой поймал ее пальцы и поднес к горячим губам. И это было уже черт знает что.
– Хлыщ! – Диана забрала руку.
– О нет! – засмеялся он, отступая к двери. – Ни в коем случае!
– Что?
– Не имеет значения… – Дверь закрылась, ключ дважды щелкнул в замке.
Лавина грома катилась куда-то за город, дождь расходился. Спрятав лицо в ладони, Майя чихнула. Диана раскрыла зонт и вскрикнула: на плечо ей упала кисть первоцвета, повисла, зацепившись на рукаве.
– Хлыщ, – повторила она с одобрением.
Бабушка Майи открыла им не сразу, с приговорами дергала не то запертую, не то заклинившую дверь, потом отказалась отпускать Диану, не напоив чаем, и втащила ее в прихожую вместе с внучкой.