Дни мародёров
Шрифт:
— К тому же, у нас есть дела и поинтереснее! Но мы же не хотим, чтобы вас растоптали, верно? — Лили нервно вздрогнула, услышав голос Джеймса прямо у себя над ухом.
«— Не было ничего смешного в том, что ты выпрыгнул из окна ради какого-то проклятого поцелуя! — он смотрел на нее так, что Лили невольно залилась краской. Хотелось, чтобы он прекратил. Просто отвел глаза и все.
— Просто невероятно, до чего ты красивая, когда сердишься! — проговорил Джеймс».
Лили повела плечами.
— Так что держитесь нас, леди, и
Лили резко обернулась, но он уже исчез, и она почувствовала досаду.
— Идем, Лили! — Алиса потянула её за руку, они попытались догнать идущих впереди парней, но тут из соседнего палаточного городка вылился огромный поток фанатов, такой стремительный, что девочек в один миг отделило от друзей и унесло вперед.
— Как думаешь, они нас найдут? — с тревогой спросила Лили, крепко держась за руку подруги, когда их «река» влилась в огромное море людей, которое гудело и волновалось под пустой, но уже совершенно готовой сценой.
Алиса вместо ответа слилась с толпой в радостном «у-у-у-у!», когда кто-то в очередной раз призвал показать, как все любят «ребят».
— Давай пройдем ближе к сцене, отсюда ничего не будет видно! — пожаловалась она, вставая на мыски.
Проталкиваясь вперед, Лили вдруг подумала, как они все выглядят с высоты птичьего полета: пучки деревьев, крошечная, пылающая в темноте сцена и огромное разлившееся вокруг нее пятно — люди, люди, люди...
— Лили, смотри! — крикнула Алиса, хватая подругу за руку и подпрыгивая на месте, но тут вдруг две гигантские рампы по бокам сцены вспыхнул ослепительно-белым светом, и толпа, привлеченная этим зрелищем, резко двинулась вперед, подхватывая девочек и унося вперед с яростью горного потока.
Лили почувствовала, как скользкая ладонь Алисы выскальзывает из ее руки.
Люди толкались, кричали и фактически волокли Лили вперед, назад, в сторону, а она даже не могла этому противиться — Алиса оторвалась от нее, и она могла только видеть мелькающие рядом красные рожки.
Стало страшно.
И не хватало воздуха. По спине струйкой сбегал пот.
Неожиданно раздался рев мотора — в плотную толпу, разгоняя людей светом фар и гнусавым сигналом, со всех сторон начали въезжать микроавтобусы, на которых приехали фанаты из магловских семей.
Поднялся страшный ажиотаж, толпа так и хлынула к машинам. Никто им особо не удивился, так как практически весь альбом группы был посвящен теме свободной любви между волшебниками и маглами, а еще тому, что кровь у всех одинаковая на вкус, так что появление машин внесло свою лепту во всеобщий восторг — словно они вдруг стали частью выступления.
Люди принялись взбираться на микроавтобусы, и началась потасовка. Лили почувствовала, как ее больно сдавливает и сжимает со всех сторон и со скоростью морского прибоя несет на одну из машин.
— Что происходит?! — взвизгнула она наконец, чувствуя, что вот-вот — и потеряет равновесие. Тогда — пиши пропало. Затопчут и даже не заметят.
Только бы устоять, устоять...
— Не знаю! — испуганно закричала Алиса где-то совсем рядом, а в следующий миг ее ударило об машину. Люди пытались забраться на крышу микроавтобуса и напирали на Лили, рискуя в любую секунду повалить ее на землю и затоптать...
Неожиданно у них над головами раздались громкие удары по металлу. Джеймс Поттер, легко узнаваемый благодаря своей устрашающей прическе, с грохотом взобрался на крышу одного из автобусов, осмотрелся и, увидев девочек, издал поистине ужасающий вопль, растянув на руках огромное алое знамя, на котором изображалась вся группа в полный рост. Волшебная ткань налилась в темноте рубиновым цветом.
Толпа отреагировала на приманку и заревела, остановив напор, так что давление слегка спало. Лили тут же почувствовала, как кто-то тянет ее за руку.
В толпе чужих лиц мелькнули знакомые серые глаза, и она чуть не заплакала от счастья, готовая броситься Сириусу Блэку на шею.
— Сириус!
— Скорее, сюда! — скомандовал он и потащил Лили куда-то наверх, а она в свою очередь вцепилась в руку Алисы.
Он по очереди помог им взобраться на крышу, попутно отбиваясь от желающих сделать так же.
Джеймс передал знамя белому, как мел, Питеру и протянул руки к Лили, за талию втаскивая ее на крышу.
— Испугалась? — рявкнул он.
Лили, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание от страха, только покачала головой и шлепнулась на ковер, которым кто-то предусмотрительно застелил крышу. Ее трясло, как в лихорадке. Сириус взобрался последним и оградил машину чарами, чтобы их никто не посмел стащить вниз.
Оказавшись в толпе, все эти веселые фанаты, с которыми они шли по лесу, вдруг озверели, превратились в каких-то бешеных животных и теперь толкали друг друга с совершенно невменяемым видом. Где-то начали полыхать заклятия.
Глядя с небольшого возвышения вниз на беснующееся вокруг машины море полуголых, блестящих от пота тел, на искаженные лица и беспомощно торчащие руки, Лили вдруг вспомнила изображения ада на картинках в книгах.
— Все нормально? — спросил Джеймс и встряхнул ее за плечи, когда она не отреагировала. — Лили, ты не ранена? — он не больно, но крепко сжал ее лицо и заставил посмотреть на себя.
— Больше никогда не пойду на концерт! — заикаясь, сообщила ему Лили и хотела еще добавить, что если он вздумает отойти от нее хоть на шаг, то она убьет его, но передумала.