Дни мародёров
Шрифт:
Трибуны ревели...
И где-то там была Лили.
Его Лили.
Метла выстрелила в воздух. Пять, десять, пятнадцать футов... он стиснул зубы.
«Ты можешь стоять?Джеймс, сынок, ты не ранен?!»
Надо на землю! Срочно вниз!
Джеймс крепко сжал древко обеими руками.
Ну уж нет!
— Ну что вытаращились, сучки, не ждали?! — рявкнул он ошеломленным слизеринцам, круто разворачиваясь в воздухе. Метла взбрыкнула и радостно встала на дыбы, вновь почувствовав уверенность своего наездника. — Дирк — к кольцам, пропустишь ещё хоть один квоффл, я
— ИТАК, МЯЧ В ИГРЕ! — прокричал Фабиан. — Его перехватывает Мальсибер, пасует Малфой, но Маккиннон отнимает мяч и... вот, моя девочка, прекрасный обманный маневр!
— Теперь мяч в Гриффиндора! Блэк — Макдональд, Макдональд — Блэк, Блэк — Маккиннон, Маккиннон...МАККИННО— ОН!
— ГОЛОВА! — заорал Джеймс, камнем падая к Марлин и вся команда, побросав свои позиции, клином сомкнулась вокруг охотницы, которая сжимала под мышкой квоффл и ракетой неслась к перепуганному Родерику.
Под радостные вопли и львиный рев Марлин забила первый настоящий гол. И хоть этот гол не мог спасти положение, Фабиан чуть не плакал от радости, сообщая в микрофон:
— ГОЛ ГРИФФИНДОРА! СЧЕТ СТО ВОСЕМЬДЕСЯТ — ДВАДЦАТЬ!
Краем глаза Джеймс поймал заветный солнечный отблеск. Вспышка скользнула слева— направо, значит мячик летит на запад.
Он рванул за ним и кожей почувствовал, что Регулус помчался следом. Джеймс разыскал взглядом ближайший бладжер и сменил направление, устремляясь навстречу шальному мячу. Регулус, естественно, погнался за ним, кувырок — и юный Блэк считает зубы, а Джеймс летит дальше под свист зеленых трибун и радостные вопли красных.
«— Никогда больше так не делай, понятно? Ты обещаешь мне?!»
Гриффиндор дружно ахнул, когда Катон Нотт, удержав Регулуса от падения, за шкаирку усадил его обратно на метлу, а потом мощным ударом отправил бладжер вдогонку за гриффиндорским капитаном.
Бладжер ударил Джеймса в спину.
Лили судорожно вскинулась, закрыв ладонями рот, Ремус схватился за шапку.
Джеймса сбило с метлы. В падении очки сорвало с лица и Джеймс только и увидел, как они прощально сверкнули на солнце и канули в расплывчатом разноцветном море.
Дыхание вышибло из груди и Бог знает, что бы случилось, если в последний момент Джеймс не выбросил руку и не схватился за метлу, соскребая ногтями лак с древка.
Поврежденное плечо хрустнуло, выскочив из сустава, Джеймса прошило адская боль. Удар бладжера был таким мощным и, падая, Джеймс так резко схватился за метлу, что его тело по инерции крутануло вокруг метлы, как вокруг турника и он зацепился за древко ногой.
Кое-как он взгромоздился назад.
Плечо сводила сумасшедшая боль. Стадион расплывался перед глазами, размытые красные и зеленые пятна носились туда— сюда, трибуны и вовсе сливались в одно, но не успел Джеймс очнуться от первого удара, как вдруг снова услышал зловещий свист, инстинктивно пригнулся и бладжер просвистел мимо.
— Я тебе говорил не связываться со мной, Поттер! — крикнул Нотт откуда-то издалека.
Джеймс
Внезапно откуда-то сверху на загонщиков хищной птицей обрушился Сириус и сшиб Люсинду с метлы.
Слизерину назначили пенальти.
— Ты охренел?! — рявкнул разъяренный Джеймс.
— Ищи снитч, скорее! — заорал Сириус в ответ и полетел прочь.
Малфой пробила пенальти, а следом за ней Сириус и Мэри забили по мячу. Счет стал сто восемьдесят — сорок и теперь всё зависело только от ловца.
А у ловца были серьезные проблемы. Даже потеряв свою напарницу, Нотт не оставил попытки добраться до Джеймса. Бенджи, в свою очередь бросился капитану на выручку, Нотт на секунду переключился на него и когда он замахнулся, посылая бладжер в его сторону, рукав спортивной мантии друг задрался и Джеймс даже без очков увидел её — жуткую чёрную татуировку на белом предплечье слизеринца.
На секунду вся игра словно заледенела, он забыл про снитч и про всё на свете, а когда Нотт спохватился, было слишком поздно.
— Ты труп, Поттер! — заорал он и лицо его в этот миг исказила такая страшная гримаса, что Джеймс моментально ему поверил и рванул прочь.
Стадион расплывался перед глазами, Джеймс едва разбирал куда летит, Нотт висел у него на хвосте и судя по крикам — теперь к нему присоединился и Регулус.
«Ты крепко держишься? Точно? Очки на месте?»
Мерлин, нет, только не сейчас!
Единственная здоровая рука, которой он опирался на метлу, дрожала, плечо выкручивала боль. Снова ему начало казаться, что он слышит голос отца, снова он был уверен, что увидит его, если посмотрит вниз.
Метла завибрировала, почувствовав его страх.
«Соберись, сын!»
Конечно, это была галлюцинация, как и во все предыдущие разы, но в этот раз что-то толкнуло Джеймса и он оглянулся.
Снитч летел совсем рядом с ним на расстоянии в несколько футов.
И едва Джеймс увидел заветный золотой мячик, как паника и тревога вдруг оставили его... и на смену им пришло какое-то странное осознание...
Отец был здесь, на этом поле! Джеймс чувствовал его присутствие так отчетливо, что никакая сила не убедила бы его в обратно.
И это присутствие вдруг придало ему силы.
Вырвавшись вперед, он вскинул здоровую руку.
Свист.
Бладжер сломал его руку так, что Джеймс даже не понял, как это произошло, просто услышал хруст, а затем боль, дикая, тошнотворная боль затопила все его естество.
Каким-то чудом он все же умудрился сжать метлу ногами, крутанулся вокруг древка и штопором взлетел вверх, устремляясь вслед за мячиком, потом резко вильнул и на полном ходу полетел к переполненным трибунам, прижимая к груди руки.