«Дней минувших анекдоты...»
Шрифт:
Лет 35 тому назад, когда в Тбилиси из Сан-Франциско приезжала моя сестра Лизочка, мы минут за 15 добрались на машине до того «рая». Перед нами предстал обшарпанный жалкий домишко. Известие о том, что приехали «наследники», произвело большое впечатление. Множество женщин и детей высыпали на улицу и стали предъявлять к нам претензии по поводу отсутствия воды и удобств. Сортирный домик стоял в бывшем саду, превращенном в грязный пустырь, — все пошло прахом.
Есть такой одесский анекдот: «Вы знаете, при царе Николае зайдешь в
Этот вопрос повис, по-видимому, навечно над нашей страной — хочется все время спросить: — Кому мешали эти реки, озера, леса, деревья? Зачем разрушили дворцы и церкви? И главное — зачем убили или выслали столько умных, благородных и совестливых людей?.. Кому они мешали? Кому мешал старый Храм Христа Спасителя в Москве или красавица мечеть на тбилисском майдане? Нет ответа!
Однако вернемся к старому городу, из которого вверх по Сололакам — по району богатых негоциантов, предпринимателей и представителей нарождающегося капитализма, расходились торговцы фруктами и овощами — «кинто», покупатели старых вещей, мойщики ковров.
Ремесленники, носившие вне рабочее время черные чохи (откуда и происходит их тюркское название «кара чохели»), считались людьми серьезными и рассудительными, а торговцы-разносчики, известные под именем «кинто», были бесшабашными шутниками и балагурами.
Появлению кинто, предшествовал его зычный крик, разносящийся вдоль улицы и сообщающий о том, чем он торгует. Звучал он примерно так: «Помидори, бадриджани, сухой луки, немецкий слива!!!» Одеты кинто были весьма традиционно в черный архалук (кафтан со множеством мелких пуговиц), подпоясанный тяжелым, сплошь из серебряных чеканных накладок с чернением поясным ремнем. Шаровары были с напуском на мягкие полусапожки, из-под архалука на груди проглядывала яркая, обычно красного цвета сорочка со стоячим воротником. Кинто во множестве изображены на картинах Пиросмани.
Товар свой кинто носил на огромном деревянном блюде — табахи, водруженном на голову. Непременным атрибутом торговца были коромысловые весы с висящими на цепочках большими медными тарелками, а также весовые гири в 1, 2 и 5 фунтов.
Анекдоты, загадки так и сыпались из уст кинто — они были живыми носителями обширного городского фольклора. Шутками кинто не уставали обмениваться обыватели.
Приведу некоторые на них.
Кинто Сико встречает прогуливающегося князя и вежливо осведомляется:
— Князь-джан, скажи, пожалуйста, который час?
Князь перекладывает прогулочную палку из правой руки в левую, достает из жилетного кармана золотые часы на цепочке, открывает крышку, внимательно смотрит и отвечает:
— Половина двенадцатого.
— Князь-джан, — говорит кинто, — через полчаса поцелуй меня в задницу!
Возмущенный князь устремляется с поднятой палкой за убегающим обидчиком, и на пути встречает другого
— Князь-джан, куда бежишь?
— Этот сукин сын Сико сказал мне, чтобы я через полчаса поцеловал его в задницу!
— А зачем так спешишь? — говорит Сако, — у тебя впереди есть еще много времени…
А вот другой анекдот.
Ах, ах! Кекела, скорей открой зонтик, дождь вроде накрапывает.
С плоской крыши раздается голос кинто:
— Мадам-джан, не беспокойся… Облако в руках держу!
В вот монолог кинто, пытающегося разговаривать по телефону:
— Барышня! Соедините меня, пожалуйста, номер сто-стру-стру-стру, пожалуйста! Что, ви не понимаете? Это угловой дом, улица Мачабели и Ебутовски… Что ви сказали… По углам не даете? Хорошо, не волнуйся, пожалуйста. Я тебе подробно скажу… Это такой архитектурный, красивый подъезд… Что ты говоришь? По подъездам ви не даете? А как даете? По номерам? Каким номерам? В бане Орбелиани? Ааа… по телефонным номерам? Вах! Я же сразу сказал по телефонным номерам. Соедините меня номер сто-стру-стру-стру, пожалуйста!
А вот загадки кинто и типичные истории:
— Что такое спереди 9, сзади 9, а посередине заяц?
Ответ:
— Это я еду на трамвае в Авлабар.
— А при чем тут заяц? — спрашивает озадаченный слушатель.
— Вах! Я же билет не взял!
Или другая загадка:
— Что такое — зеленое, на балконе висит и поет?
Ответ:
— Шемая [6] .
— А почему зеленая?
— Моя шемая. Я покрасил.
6
Шемая — сорт форели, водящейся в Куре.
— А почему поет?
— Это я сказал, чтобы ты сразу не догадался.
Кинто сидит, убивается и восклицает:
— Вах, вах! Я все потерял!
— Что ты потерял, Сико?
— Шемаю потерял.
— Ну и что же ты плачешь. Купи себе другую.
— Я не потому плачу, что шемаю жалко. А как представлю, что какой-нибудь пьяница найдет, примет шемаю за селедку и сожрет, обидно делается!
Кинто сидит над Курой с удочкой, но улова все нет. Тогда, обращаясь к небесам, он просит:
— Святой Георгий, если по твоему соизволению я поймаю крупного сома, я вот такую свечку для тебя в церкви поставлю, — при этом разводит руками на пол-аршина. Тут же поплавок начинает прыгать. Кинто выуживает большого сома. Когда рыба у него уже в руках, кинто вновь обращает взор на небо, приговаривая:
— Обманул, обманул!
В этот момент, рыба дергается, выскальзывает у него из рук. Кинто обиженно смотрит на небо и произносит:
— Что ты, Георгий, шутки не понимаешь, что ли?