Дневники
Шрифт:
Последняя статья Ф. М. Достоевского в “Дневнике писателя”, помеченная днем его рождения. Убеждает читателей в важности и необходимости для нас Средней Азии.
6. [II]. Суббота.
Сидели Бажаны, Федин. Шел разговор о том, что будем делать с Европой, и что останется от Украины. Бажан высказал правильную мысль, что Украина деревенская уцелеет. Словом, делили места и говорили о том, что европейцы нас дальше пределов нашей Родины не пустят. Удержаться трудно, но настроение действительно удивительное. “Медовый месяц”, как говорится. Бажаны
Перед уходом,— в передней,— раздался звонок: Ник[олай] Влад[имирович] слушал “Последний час” — наши взяли Батайск, Ейск, Барвинково и еще что-то. Сообщение поразительное. Ба-тайском перерезана линия железной дороги между Харьковом и Ростовом, и в сущности отрезается Донбасс. В распоряжении немцев только одна жел[езно] дор[ожная] линия,— а нам открыт путь на Днепропетровск! Чудеса. “В зобу дыхание сперло”. Только бы хватило силы и напряжения.
256
7. [II]. Воскресенье.
До марксизма не существовало системы антинравственных влияний в области, нас окружающей. Эту систему антинравственности, зла, преступлений марксизм и показал. Отсюда его успех. Но поскольку мы признаем по отношению к себе, что мы не являемся звеном этой антинравственной системы, а наоборот, представляем собою цепь нравственную,— хотя и тяжелую,— постольку марксизм и его критика к нам неприменимы. Поэтому и отношение наше к теперешнему нашему врагу — немцам — только нравственное, а не марксистское, ибо, если мы немцев будем критиковать марксистской терминологией, а себя будем воспринимать как явление нравственной силы, то это несочетаемо. Не знаю, понятно ли то, что я хочу сказать?
Приходил Ник[олай] Влад[имирович], взял с радостью водку, пол-литра, чтобы привезти дрова. Рассказывал, как летом ел все грибы, которые ни находил: “Надо их только хорошо выварить”.
8 Институте Связи читает “Советское право”. Учебника и руководства не нашел, поэтому читает по “Большой Советской Энциклопедии”.
Читаю серию оккультных романов Кржижановской (Рочестер)259, сестры Блаватской, родственницы Ольги Форш. Удивительно, что оккультизм, мистицизм всегда, в беллетристике, тесно связаны с уголовщиной.
Два дня не выхожу. Знобит. Головная боль. Попишу час-другой, и в голове шум, как будто выкачали что-то, а нового еще не вкачали. Придумал несколько рассказов, но писать желания нет.
8. [II]. Понедельник.
Написал статью для “Учительской газеты” о профессоре Боч-кареве260.
Звонит Войтинская. Просит статью: “В чем сила советского народа?” Я говорю:
— Русский народ задним умом крепок. Она не понимает и говорит:
— Нет, нам нужно о советском народе. Оказывается, товарищи обижаются, что мы пишем — русский, да русский.
— Им полезно, чтоб они обижались. Есть по кому равняться. Здесь она стала говорить о том, что идут бои на улицах Ростова. Похоже. В сегодняшней сводке есть намек, что за Азовом
257
наши перешли Дон и, значит, зашли в тыл Ростова. Взятие Краматорской, с другой стороны, указывает, что наши врезались в Донбасс. Когда немцы нас бьют, они кричат, что бьют русских, потому
И хорошо писать, и хорошо лавировать умел Ленин. А мы, боюсь, хорошо плаваем по знакомому фарватеру и лавируем всегда плохо, в особенности против ветра. Впрочем — “в придачу нам всегда удача”.
Сообщение о взятии Курска.
9. [II]. Вторник.
Шумит голова: как будто что-то вылили, а нового нет еще...
Поэтому,— не работал. А, может быть, потому что и не хочется работать и откладываешь под любым предлогом. Двадцать пять лет тому назад я занимался наборным делом. Опротивело до тошноты. Сейчас мне кажется, что я опять стою у кассы. Если б статьи мои были стружкой с большой доски, которую я для чего-то обстругивал большого, тогда, конечно, они нравились бы мне. А сейчас я остругиваю рубанком доску в одни только стружки.
Прочел пять томов оккультной серии романов Кржижановской (Рочестер). Первые романы “Эликсир жизни” и “Маги” интересны, хотя с художественной стороны ценности не имеют. Но, дальше — повторения. Герой Супромата превратился в — мага —-существо всесильное, всезнающее,— и бесстрастное оттого. Естественно, что делать с таким героем нечего. Многие герои наших советских романов имеют чин “мага”.
Любопытно вот что. Роман “Маги” написан в 1910г. Предчувствие войны и революции было столь велико, что даже такой тупой в сущности, автор, как Кржижановская, знавшая, несомненно, только* азбуку оккультизма,— если он вообще существует,-—
258
могла кое-что предсказать. Например, каково было прочесть в 1943 г. следующие строки из “Магов”: (стр. 132) — (После долгого пребывания в Шотландии герой возвращается в Лондон в 1940 году):
“Супромата приобрел различные ученые труды и целые коллекции всевозможных "Revue"”. Тщательно просмотрев приобретенную книгу, он быстро ознакомился с “историческими событиями, случившимися со времен удаления его от светской жизни, а также составил себе ясное представление о социальном, коммерческом, религиозном состоянии общества в ту минуту, когда он снова появился в нем”.
“Все, что он прочел, произвело на него невыразимо тяжелое и тягостное впечатление, так как все ясно говорило о падении человечества, которое, обезумев от пороков и жадности, неудержимо, казалось, стремилось к своей гибели”.
“Несколько гуманных попыток погасить пламя войны кончилось полной неудачей. Два раза мир был залит кровью и усыпан трупами. В одну из этих губительных кампаний побежденная Англия потеряла часть своих колоний, к выгоде Америки, которая, подобно пауку, всюду протягивала нить своей ненасытной алчности”.