Дневник Веры
Шрифт:
Цепляюсь руками за плечи Роберто и надрывно кричу. Не замечаю, как ногтями впиваюсь в загорелое тело мужчины. Он продолжает с силой вбиваться в меня до тех пор, пока гортанный рык не вырывается из его горла. Де Анджелис рывком выдёргивает член из моего лона и кончает мне на грудь.
Я лежу в шоке. Так вот что такое настоящий секс! Это же… Это же… Охренеть как круто!!
В спальне пахнет бергамотом и лаймом – одеколоном Роберто. А ещё нашими разгорячёнными телами. Так эротично и немного порочно.
– Ты потрясающая, –
– Ты тоже, – утыкаюсь носом в шею де Анджелиса.
Мы лежим, тесно прижавшись друг к другу. Кажется, ближе быть уже невозможно.
– Тебе надо начать пить противозаточные, – прозаическая реплика адвоката никак не влияет на мой романтический настрой. Хочу лежать в обнимку с этим мужчиной всю оставшуюся жизнь. Я почти ничего не знаю о нём. Он старше меня на тридцать лет. Но мне плевать. Как там говорил классик? «Любви все возрасты покорны».
Глава 6. Марко
В последующие дни Роберто открыл мне мир сексуальных наслаждений во всей их яркости и многообразии. Сначала итальянец был немного удивлён моей неграмотности в постели. Но когда я сказала, что он второй мужчина, с которым я занималась сексом, вздохнул и ответил:
– Что ж… Значит, будем учить тебя.
И он научил. Де Анджелис направлял, подсказывал, а я старалась изо всех сил. Мне хотелось доставить ему удовольствие. Роберто сделал из меня не только леди, но и искусную любовницу.
Я перестала стесняться своего обнажённого тела. Впервые в жизни почувствовала себя сексуальной, привлекательной, желанной. Меня заводило и куражило ощущение власти, которую я получала над мужчиной во время секса. Особенно орального.
До де Анджелиса мысль взять в рот член вызывала омерзение. С Роберто минет казался чем-то естественным и даже приятным. Когда этот бастион был взят, итальянец ненавязчиво подвёл меня к анальному сексу. Лишив девственности мою попу, вынес вердикт:
– Ну, обязательную программу ты освоила.
– А произвольную? – пошутила я.
– А произвольная, bella, зависит от предпочтений каждого конкретного мужчины.
– И что предпочитает этот конкретный мужчина? – сжала рукой член де Анджелиса.
– Ммм, в данный момент, я хочу посмотреть, как ты удовлетворяешь сама себя.
Степень нашей близости дошла до такого предела, когда подобные заявления не шокировали и уж точно не заставляли смущаться. Поэтому я без колебаний принялась ласкать свою грудь, теребить соски и призывно постанывать. Прилично возбудившись, присела на корточки напротив кровати. Широко развела бёдра и дотронулась до клитора. Немного помассировав его, ввела два пальца в текущее лоно. Прикрыла глаза от удовольствия и с упоением принялась трахать себя.
Адвокат пришёл в восторг от увиденного.
***
– Сегодня идём на ужин с Марко. Помнишь Марко с выставки? – де
– Si, signor! (ит. да, господин) – со смехом ответила я.
Роберто заехал в половине восьмого. Почему-то именно в этот вечер я почувствовала особый прилив нежности к своему мужчине. Я считала его именно своим, даже несмотря на то, что он никогда не оставался ночевать.
Прятала ли я голову в песок, как страус, не задавая адвокату никаких вопросов? Возможно. Мне было страшно его потерять. Ведь если бы я узнала, что он женат, то нам пришлось бы расстаться. С ролью любовницы свободного мужчины я смириться могла, но делить его с другой женщиной – ни за что.
Сев на пассажирское сидение невероятно дорогого автомобиля, порывисто обняла Роберто и поцеловала его в губы.
– Я люблю тебя! – выпалила от всей души.
Де Анджелис напрягся, но быстро взял себя в руки. Непринуждённо улыбнувшись, ответил:
– Не стоит использовать громкие слова. И кстати, ты шикарно выглядишь.
Меня окатило арктическим холодом. Первым желанием было устроить скандал, мол, трахать меня во все дыры можно, а использовать громкие слова нельзя. Но мы ехали по Милану, залитому тысячами огней, на встречу к другу Роберто. На мне было платье из последней коллекции «АRмани» и туфли от «Ваlдинини». Наверное, неправильно портить вечер человеку, который это всё оплатил. Поэтому я промолчала. Успокоила себя тем, что если бы де Анджелис не любил меня, то давно бы уже отправил восвояси на все четыре стороны. Просто, как и все мужчины, он не может говорить о любви вслух.
***
Ужин в одном из самых модных и дорогих ресторанов Милана проходит в дружеской обстановке. Ну, для итальянцев в дружеской. Для меня в скучной. Роберто и Марко обсуждают какие-то деловые проекты, говорят об общих знакомых, которых я, разумеется, не знаю.
Мысленно я благодарю себя за то, что накануне изучила в Интернете столовый этикет. Запомнить для чего используется каждая вилка или бокал не удалось. Но, по крайней мере, обилие столовых приборов шока не вызвало.
После десерта и дижестива, состоящего из двух рюмок лакричного ликёра, Марко решает вызвать такси, но Роберто его останавливает:
– Я тебя подкину. Только сначала Веру отвезём.
Паркуясь у моего дома, де Анджелис произносит:
– Я бы не отказался от порции бренди. Марко, ты как?
– С удовольствием, – соглашается архитектор.
– Аморе, угостишь нас? – обольстительно улыбаясь, Роберто кладёт руку на моё колено.
Меня уже порядком утомили разговоры двух друзей. В другой ситуации, я бы непременно отказала. Но нельзя же не пустить де Анджелиса в собственную квартиру?
– Кончено! – согласно киваю.