Дневник одержимой. Захват
Шрифт:
Проштудировав и просмотрев массу материала, я обнаружила, что, несмотря на разговоры о Вселенской Любви, расцветающей в грудях просветленных, они лишаются каких-то чувств (качеств, присущих именно человеку-животному). Да, они обретают прямое знание, они отодвигают эго, они почти не ошибаются, они есть все, они есть То, и готовы уйти в мир пятого измерения…
За собой зовут Цезарь Теруэль, Экхарт Толле, Жорка, Молдованов, Муджи, Рамана Махарши, Ошо, Махариши и масса других индусов, тебе известных.
Это прелюдия, теперь суть вопроса.
Тема пробуждения сейчас муссируется радикально. Есть люди, твердо вставшие намерением на путь самореализации,
Первая странная ласточка — Михаил. В Москве есть гуру, просветлившийся в 2008-ом. Современный русский мужик, не индийский старец. Он уже успел «засветить» и выпустить кучу учеников, написать книги, наснимать роликов, вести практики ТМ (трансцедентальные медитации — выход из ума). Он тащил страждущих к Свету и Единству, и его ученики уже выложили свои замечательные и трудные истории… И вдруг, в один прекрасный день… ну, ты понял — Пробуждение! Учеников, в той, или иной степени.
И вот на днях этот властитель душ отрекается от своего детища, от своего учения и своих учеников. Он заявляет, что никакого Просветления нет, а есть только БЕЗЛИЧНОСТНАЯ ФИКСАЦИЯ (вот такой теперь неологизм). И что же это — просто очередной опыт стать «никем», исходным, безличным «Я»? Сдвижка сознания в свой источник? Человек лишается индивидуальности???
Вот мальчик Жорка [ссылка]. Послушай внимательно весь ролик! Я думаю, это тебе будет интересно, если ты еще не слушал полную версию. Там говорит случайно пробужденный парень, 13-и годов от роду. Он говорит интересные вещи, но ЭТО говорит НЕ ОН, а некто через НЕГО, и это видно и слышно невооруженным ухом! Даже по голосу! Он и сам в этом признается. Жоры больше нет! У него еще слишком непроработанная личность, чтобы это скрыть!!!
Вместо него есть НЕЧТО, некая обезличенность, единое Сознание, «здешний» конец открытого канала… НИКТО. И вселенской любовью к людям там не пахнет, заметь. Там есть кто-то ЧУЖОЙ, который не любит людей, с их слабостями и чувствами. Жора теперь будет все знать напрямую (его ум, полный ошибок, умер), и поступать «как надо», пока его тело здесь. А зачем?
Для чего мы тут? Чтобы стать ТЕМ (ничем), в итоге? Что стало с Жорой? Его личность умерла, и тело стало куклой под руководством сущности-4D?
А как же развитие Души, мучительное, но полное эмоций — коту под хвост? Кто вместо него теперь вещает? ДУХ?
И что же дальше? Хорошо, допустим, Просветление — это вершина человеческого развития, выход из сансары и все такое. Но вот главный русский гуру, имевший массу последователей, вдруг тихо уходит и говорит: «Это все было неправильно. Путь бесконечен, и просветления — нет. Есть только обезличка и «потеря себя-индивидуальности, слава Богу — временная.»
Слышишь? Что ты думаешь об этом?
ВЫ КУДА НАС ЗОВЕТЕ…?!
Быстро не отвечай… все равно буду в Москве не скоро…»
Глава 7. Вслушиваясь в тишину
12.05.13 Прилетела из Мустанга — труднодоступного горного королевства в Гималаях, с экзотическим заездом в жаркую Индию на обратном пути.
Поход получился грандиозным. Фантастическая по красоте долина Кали-Гандаки, марсианские пейзажи на фоне белых вершин, древние храмы Будды и чумазые непальские дети… Впервые в жизни я шла по большим горам, с кучей физических проблем… Но все прошла! Уезжала — на весах было 85 кг, сегодня взвесилась — 75. Прикольно.
Заповедный Мустанг, несмотря на активное проникновение туда любопытных за последние несколько лет, оказался относительно безлюден и прекрасен, горы мало что испортит. Эта маленькая страна, закрытая со всех сторон хребтами, расположилась на границе Непала и Тибета, с тибетским высотным колоритом.
Учитывая, что на фестиваль Тиджи («надежда на Дхарму Будды, преобладающую во всех мирах») мы не попали, туристов было немного, и по дорогам и тропам мы перлись чаще всего в гордом одиночестве. Турье со всего света, эзотерики, йоги, монахи и дервиши повалили позже, уже на обратном пути. Непонятно, как их вместит скромный Ло-Мантанг. Король, по слухам, уже болен и стар, и не выезжает из Катманду…
Я на всю горную часть (порядка 160 км, основная высота переходов — 3800 м) сняла лошадь, которая с трудом поднимала меня на перевалы, иначе я бы не поднялась. Местные кони мелкие и тощие, и мне было жалко Кумбу. Лошадку обслуживал специально нанятый погонщик. На третий день пути пришлось подниматься пешком, так как она сама с трудом карабкалась по каменным ступеням гор. Как раз в этот день с нами шел один из индийских дервишей, одетый в оранжевое платье, белые кроссовки и непальскую вязаную шапочку с ушами. В руках его был посох, а на шее висели цветы. Буддисты со всего света тянулись по скалистым тропинкам, извивающимся над ущельем, к столице древнего буддизма, еще не испорченной современными веяниями. С нами, кроме моего погонщика, переход совершили пять шерпов и непальский проводник, понимавший по-английски… Ночевали мы в глинобитных хибарках маленьких поселков, раскиданных по пути, там же и питались.
Пройдя перевал Съянгбоче, я пережила тяжелую сердечную ночь, думала — подохну! Лизка уныло сидела рядом со мной в темноте, и не знала, чем помочь. Эта ночь оказалась рубиконом: жива…
В общем, серьезное у нас получилось мероприятие, невероятный по красоте экзотический треккинг, подаривший шикарные кадры для будущего фильма, редчайшие виды малых цветных гор и ослепительно белых «восьмитысячников»… Особым образом выветренные песчаники придавали окрестностям Ло-Мантанга, куда мы добрались на шестой день пути, вид древней разрушенной крепости, а пещеры монахов в оранжевых скалах напоминали бойницы! На обратном пути мы зашли в Муктинатх — священный для буддистов и индуистов город. Паломники называют это место Мукти Кшетра, что переводится как «место спасения души».
…Переход на спотыкающейся лошадке по узеньким тропам, над самым краем ущелья, окончательно выбил из меня страхи и вселил космический пофигизм. Виды с некоторых перевалов, конечно, захватывали дух. А цветные песчаники вообще фантастика. Верхний Мустанг — мертвая горная пустыня, где почти ничего не растет (кроме посаженного и поливаемого человеком), везде только пыль времен да вечные камни. Долина Кали-Гандаки — это постоянный ветер и песок, мелкий, как цемент, забивающий абсолютно все. После двух дней похода штаны можно было ставить в угол. А тяжесть подъемов для меня оказалась местами запредельной. Я помню почти мистический момент, когда погонщик уже увел уставшую лошадь, ведь осталось круто подняться каких-то сто метров до поселка! Но я, свесив язык, поняла, что уже не поднимусь, сердечко не выдержит! Затосковала, выругалась, и стала мечтать, что вот появится сейчас белая лошадь и отвезет меня наверх… Мечты, мечты…