Дневник «Норд-Оста»

Ангелов Геннадий Евгеньевич

— Ты готова к отъезду? — спросил он.

Я ничего не ответила, тогда он достал из внутреннего кармана пиджака шприц.

— Это для тебя, чтобы ты не убежала, — сказал он и расхохотался.

— Не надо, — сказала я, и присела на корточки от страха.

— Надо, — сказал Олег и второй охранник, как пушинку поднял меня и уложил на кровать. Я пробовала сопротивляться, но у него была железная хватка, и все мои попытки вырваться ни к чему, ни привели. Олег подошёл, и сделал в плечо укол. Я закричала не от боли, а от нахлынувшего страха.

— Кричи, кричи, тут никто тебе не поможет и не услышит. Минут через десять, тебе всё будет

безразлично.

Они поставили меня на ноги и повели.

— Сумочку мою возьмите, — попросила я.

Олег вернулся за сумкой и повесил мне её на плечо. Во дворе я увидела несколько убитых чеченцев, и среди них лежал — Зураб. Я огляделась, но больше никого не заметила. Они вывели меня, и мы вышли на узкую тропинку. Вдали слышался нарастающий гул вертолёта. Дорожка вела вверх, и когда мы практически поднялись, оказались на площадке, на которой стоял вертолёт. От шума у меня заложило уши, ветер был такой силы, что сбивал с ног. Нам открыли дверь и мне помогли подняться. Внутри сидел Майкл и улыбался. Взглянув на него со злостью, я отвернулась. Второй пилот закрыл дверь, и сказал Майклу, что мы можем лететь. Тот кивнул головой, и вертолёт начал подниматься. Его раскачивало из стороны в сторону. Мне стало плохо, и это увидел Олег. Он поднялся и принёс пакет.

— Возьми, знаешь для чего это?

Я понимающе кивнула и схватила рукой пакет. Он пристегнул меня ремнями, и мы взлетели. Мне захотелось взглянуть вниз, на место моего заточения, и я посмотрела в иллюминатор. Это был мой первый полёт на вертолёте. На глаза легла свинцовая тяжесть, и они непроизвольно закрывались. Я поняла, что начал действовать укол.

«Интересно, какую дрянь они мне вкололи? Наверное, морфий…».

Навязчивые мысли исчезли, и мне уже действительно становилось безразлично. Туман заволакивал сознание, и я начинала сладко засыпать. Олег принёс мне одеяло и укрыл ноги. А дальше неизвестность и туман. Шум постепенно стихал, я качалась на океанских волнах. Они были тёплыми и необычайно ласковыми. И лёгкость во всём теле, какой я никогда не испытывала. 

Глава 50

Я смотрел на платок и не мог поверить своим глазам. Выводы Игоря меня поразили, и как доказательство был найденный Олин платок.

— Что скажешь? — спросил он у меня, и довольный собой ухмыльнулся. — Можем, когда захотим и засмеялся!

— Это уж точно, — сказал Мурат.

Я рассматривал обычный платок, он мне казался исторической ценностью, в те минуты, и неподдельная радость наполняла сердце. Это не просто надежда, а уверенность в том, что мы обязательно её найдём, и я поделился этими мыслями с Муратом.

— Я не сомневался, что мы идём правильно, но радость твоя преждевременная.

— Почему?

— Мы её потеряли и нужно начинать всё с начала.

Он тяжело вздохнул и продолжил:

— Её отсюда забрали на вертолёте. У нас пока нет ни одной зацепки. Что скажешь Игорь?

— Вы правы, и я не могу ничего добавить. Мы нашли место, где её держали, не один день. Но кто её забрал и зачем? Просто приключения Анжелики, — сказал он и улыбнулся.

— Мне, не смешно, — сказал я, и отвернулся.

— Не обижайся, в конце концов, мы делаем общее дело. Сам когда-то терял близких людей, и понимаю, насколько трудно без любимого человека.

— Будем дальше работать, — нарушив молчание, сказал Мурат. — Это дочка моего друга, и я обязан помочь. Вопрос чести, а я не привык отступать.

— Спасибо вам

всем то, что вы делаете невозможно оценить, и я вам искренне благодарен.

— Сочтёмся, — сказал Игорь, — сегодня мы тебе помогаем, а завтра, может, и твоя помощь нам понадобиться. Я давно знаю, что лучшее приобретение в жизни, безусловно, друзья. Ты, согласен со мной? Деньги, слава, и всё остальное это мишура, за которой не стоит гоняться, но вот друзья, лично для меня — ценное и дорогое! Семья тоже не маловажно, и она должна быть. Правда, я не успел ей обзавестись, но прикладываю все усилия. Так, что Сашка не переживай, найдём твою девушку, обязательно. Только ты вот что, пообещай всем нам.

Я посмотрел на него с удивлением, не понимая о чём он.

— Обещай, что пригласишь на свадьбу!

— Обещаю всем вам, что приглашу, — сказал я с улыбкой, и я пожал крепко руки друзьям. Настроение улучшилось, и мы начали готовиться переночевать, а утром уже возвращаться обратно. Мурат предложил по очереди дежурить.

— Зачем? — спросил я.

— Чеченцы могут прийти в любой момент, и надо быть начеку. То, что здесь произошло, не говорит о том, что база будет пустовать. Место здесь хорошее, расслабляться не стоит.

Первым вызвался дежурить Игорь, я уже за ним. Мы нашли одну большую комнату и в ней расположились. Я залез в спальный мешок, и уснул. Засыпая слышал, как Руслан разговаривал с отцом. Мне приснилась Оля, как я её навещал в больнице, а потом долго не отпускал. Проснулся я, когда услышал за окном автоматную очередь. Вскочил, и прижался к стене возле окна. Мурат показал, чтобы я пригнулся, и прижал палец к губам.

— Чеченцы вернулись, — сказал он шёпотом.

Я полез к сумке и вытащил пистолет. С улицы доносились одиночные хлопки. По всей видимости, Игорь, стрелял из винтовки. Мне стало страшно, но показывать этого не хотелось, и я пополз к Мурату. Он выглядывал в окно, определяя нахождение боевиков.

— Я выйду на улицу, — сказал он, — а ты прикрывай, из окна. Понял?

Я кивнул головой и передёрнул затвор.

— А Руслан где?

— Он поднялся на скалу, и сверху будет прикрывать, если понадобиться. Боевики не должны знать, сколько нас человек, в этом наше преимущество.

Он ушёл, а я пробовал разглядеть, что там во дворе. Ночь была ясная, звёздная, и двор хорошо освещался луной. Заметил, как Мурат проскочил за сарай и застыл возле стены. Игоря не было видно. Выстрелы доносились снаружи, я понимал, что скоро боевики начнут подбираться к зданию. Сердце усиленно стучало, и мелкие капли пота заливали глаза. Я проверил ещё раз пистолет и выглянул. Шальная пуля ударила в оконную раму, рядом возле меня, и я по инерции свалился на пол.

— Заметили, чёрт побери, — сказал я шёпотом.

Я перелез под окном и осторожно выглянул. Чеченец пробирался к дому мелкими перебежками. И только он поднялся, как прозвучал прицельный выстрел Мурата. Тот упал и схватился за живот.

«Один есть, — подумал я, — а это уже преимущество».

Тут я заметил, ещё двоих, и почти не целясь, выстрелил в их направлении. Один из них выругался, и тут же обстрелял с автомата моё окно. Я спиной вжался в холодную стенку, рука стала влажной, и пистолет мог выскользнуть. Один выстрел, второй, третий. Я замер, и слышал, как чеченцы ругались, посылая проклятия в наш адрес. Выглядывая, я увидел Мурата, который с пистолетом в руках, направлялся к боевикам. Один лежал на земле, второй уже стоял с поднятыми руками.