Дневная тень
Шрифт:
Он отпустил веко, которое прикрыло молочно-белый глаз, и сел на пятки, оглядывая лежащее на боку тело дракона. Затем принялся изучать голову чудовища — клинообразная, около трех футов длиной, под жесткими складками губ виднелся один клык. Другой, около четырех дюймов в длину, сломанный, лежал немного в стороне. Безымянный поднял его, повертел в руках и положил в карман.
Костистый череп защищал более уязвимую часть шеи. Не слишком успешно, с точки зрения Безымянного, если учесть, с какой легкостью Ша-Каан нанес своему врагу сразу несколько смертельных ударов.
Воин вновь наклонился
— Вы мне не поможете?
Кавалеристы, не раздумывая, бросились выполнять просьбу — ведь просил не просто Ворон, а Безымянный. Втроем они повернули голову дракона на бок; люди Деррика держали верхнюю челюсть, а Безымянный оттянул нижнюю и заглянул внутрь, задохнувшись от нестерпимой вони.
Зубы дракона показались ему самыми обычными. Четыре больших клыка, два наверху, два внизу, а также ряд резцов спереди указывали на то, что перед ним хищник. Однако Безымянного заинтересовали десны чудовища. Около полудюжины расположенных под углом лоскутков кожи прикрывали небольшие отверстия. Отодвинув один из лоскутков, он почувствовал, как сократились мышцы, и ему на ладонь вылилась капля прозрачной жидкости, которая быстро испарилась. Теперь ясно, откуда берется огонь.
Безымянный кивком поблагодарил кавалеристов и встал, выпустив нижнюю челюсть — та захлопнулась с отвратительным хлюпающим звуком. Окинув дракона взглядом, он медленно пошел вдоль его тела. Слегка согнутая шея достигала примерно восьми футов в длину. Безымянный подумал, что этот дракон заметно грациознее и быстрее Ша-Каана, но, учитывая скорость, с которой Ша-Каан его прикончил, он еще не успел набраться боевого опыта. Молодой. Передние конечности с ярко выраженными локтевыми суставами заканчивались маленькими когтями — видимо, результат эволюции, стремившейся создать более изящное существо.
Сразу над передними конечностями располагались крылья, и Безымянному не потребовалось подходить близко, чтобы разглядеть группу мощных мышц, позволявших дракону летать на огромной скорости. По его просьбе десять кавалеристов растянули крыло.
Внешняя часть крыла, состоящая из подвижной кости толщиной с бедро, достигала в длину около тридцати футов. Еще двенадцать костей выходили из сложного сустава, расположенного у основания центральной, а на них была натянута толстая, покрытая маслянистой субстанцией мембрана.
— Натяните посильнее.
Безымянный вытащил нож и ударил по мембране. Из разреза вытекло немного красной жидкости — не кровь, а нечто похожее на жир. Он потрогал жидкость, затем потер указательный и большой пальцы друг о друга. Тягучее, скользкое вещество.
— Любопытно…
Несмотря на то, что мембрана была очень тонкой, она оказалась прочной, и Безымянный не смог разрезать ее ножом.
— Спасибо, — поблагодарил он кавалеристов, и они выпустили крыло.
То мгновенно вернулось на свое место — сработал защитный механизм, который бросал вызов смерти. В воздух поднялся
Шея составляла пятую часть длины тела дракона. Дракон лежал на боку, но даже так был значительно выше Безымянного, который провел рукой по более мягкому бледному брюху и услышал шуршание жесткой чешуи, защищавшей бока и спину. Он снова достал нож и присел на корточки возле брюха. Однако нож оказался бессилен против жесткой шкуры дракона.
Безымянный нахмурился и занялся ожогами на боку, которые представляли собой черные полосы длиной около двадцати футов. В нескольких местах он заметил глубокие раны, заполненные темно-красной жидкостью. Впрочем, дракон умер явно не от них. Даже если бы Ша-Каан дохнул на него пламенем изо всех сил, он не смог бы прикончить молодого противника одним ударом.
— А ты крепкий орешек, — пробормотал Безымянный и продолжил искать у дракона слабые места.
— Проклятие, что он там делает? — мрачно спросил Денсер.
Безымянный шел вдоль тела дракона, направляясь к тонкому двадцатифутовому хвосту. Время от времени он пытался проткнуть его мечом или наносил сильные удары — и все время качал головой.
— Наверное, пытается понять, что нужно сделать, чтобы убить дракона, — ответил Илкар.
— Это безнадежно, — проворчал Хирад.
— В таком случае, зачем он тратит время? — Денсер поджал губы и снова улегся на землю, потеряв интерес к происходящему.
— Потому что Безымянный всегда так поступает, — проговорил Хирад. — Он должен знать, с каким врагом ему придется иметь дело. По его словам, знать, чего ты не можешь сделать, гораздо важнее чем то, что ты можешь.
— Разумно, — заметил Фрон.
— Все это просто замечательно, — проворчал Стилиан. — Только я не понимаю, зачем нам его ждать?
— Так нужно, — спокойно ответил Хирад. — Он Ворон.
Безымянный направился в их сторону. Подойдя к друзьям, он положил ножны с мечом на землю и, нахмурившись, сел.
— Ну?
— Ша-Каан прав. Даже если предположить, что нам удастся к нему подобраться, самое уязвимое место находится у чудища во рту, и мне трудно себе представить, что он добровольно откроет пасть, помогая нам себя прикончить. Единственный шанс — как-то высушить крылья. Они смазаны маслянистой субстанцией и, полагаю, без нее могут сломаться от сильного жара. Но, учитывая какие они громадные, столько огня производит только другой дракон.
— А глаза? — спросил Хирад.
— Очень маленькие, в качестве мишени не подойдут. В особенности, когда он двигает головой. Короче говоря, один дракон в нашем измерении может убить кого угодно, точнее, столько людей, сколько пожелает.
— Ты забыл о могуществе магии, — холодно произнес Стилиан.
Безымянный не обратил на его слова ни малейшего внимания.
— Шкура невероятно жесткая, даже на брюхе и крыльях. Не исключено, что на нее можно воздействовать кислотой или определенными заклинаниями огня и льда. Вот только как к нему подобраться… — Безымянный выдохнул через нос. — Итак, если вас атакует дракон и вам будет негде прятаться, прощайтесь с жизнью.