Для прессы
Шрифт:
надела бордовое платье.
22
– Давай скажем Джейми, что мы здесь, - прошептал Хайден.
Джейми выехала на выставку на час раньше них, чтобы успеть подготовиться. Лиз
подумала, что та просто испугалась.
– Лиз! Хайден!
– прокричала Джейми, как только они прошли очередь
желающих с ней поздороваться.
– Я так рада, вас видеть!
Лучшей частью в сестре Хайдена было то, что она была абсолютно искренней. Не
имело
все равно была рада их видеть. Может быть, даже более чем рада, потому что они
действительно для нее что-то значили.
– Я бы ни за что этого не пропустила, - казала Лиз.
– Не стесняйтесь, можете побродить здесь. У меня столько новых картин, которые
вам стоит посмотреть, - сказала им Джейми.
– Моя сестра, художница, - произнес Хайден, качая головой.
– Не слушай Хайдена, когда будешь просматривать картины, - сказала Джейми,
толкая его в руку.
– Он не ценит искусство. Однажды он сказал мне, что для него все
выглядит одинаково. Как портрет и пейзаж могут смотреться одинаково?
Лиз тихо засмеялась. Это было так похоже на Хайдена. Он такой…угловатый. Все
имело свое место и порядок. Этим руководствовался его мир. Искусство ничему не
подчинялось, и это объясняло, почему он его не понимал.
– Я просто пойду и принесу нам немного выпить, чтобы притупить боль от
увиденного, - пошутил Хайден.
– Иди, осмотрись вокруг.
Он поцеловал ее в щеку, прежде чем одарить свою сестру убийственным взглядом
и направиться к бару.
– Не слушай его больше, чем я, - невероятно оптимистично, сказала Джейми.
–
Мы спорим на эту тему с самого детства, и когда он любил подчитывать кубики, я любила
их разрисовывать пальцем и называла это искусством.
– Я представляю, - сказала Лиз, прикрывая рот рукой, чтобы сдержаться от
смеха.
– Теперь иди! Проведи хорошо время! Позже увидимся, - сказала Джейми,
направляя ее в сторону выставки.
Лиз последовала за толпой в первом зале, и широкая улыбка озарила ее лицо. В
каком-то смысле Хайден был прав: видение мира глазами Джейми, отражалось в каждой
картине. Она была слишком восприимчивым человеком. Она так отличалась от своего
брата, но все равно они были более похожи, чем сперва могло показаться. Оба только
одной улыбкой могли удерживать целую аудиторию, и удивлять своими уникальными
способностями.
Ей хотелось, посмотреть остальные два зала, прежде чем осмотреть вблизи каждые
по отдельности, поэтому она протиснулась сквозь толпу в следующую секцию. Лиз не
претендовала на большие познание в искусстве,
прекрасны.
Джейми использовала цвет и свет, чтобы создать тон и придать настроение в
картинах. Несколько пейзажей, остальные портреты, но каждая последующая картина
впечатлила больше предыдущей. Лиз могла писать, а написанные слова могли довести
людей до слез, или заставить их воевать. Но, если картина стоит тысячи слов, то картины
Джейми стоили сотни тысяч слов. Неудивительно, что она была так востребована в
именитых кругах.
Когда она проходила последний зал, Лиз поразили не картины, хотя они, конечно,
были невероятными, а человек, стоящий в центре зала. Она виделась с этой женщиной
только раз, но она оставила такое впечатление, что Лиз запомнила ее на всю жизнь. От ее
прекрасно уложенных светлых волос, до бриллиантов в ушах и вокруг шеи, и дорогущее
23
платье на хрупкой фигуре, у Лиз не оставалось никаких сомнений, что она смотрела на
девушку Клэя Максвелла, Андреа.
Она ненадолго с ней пересеклась в Хилтон Хэд, пока была на курорте, перед тем
как Брейди победил на первичных выборах. Она покинула комплекс всего лишь, чтобы
где-нибудь перекусить и умудрилась столкнуться с младшим братом Брейди.
Если Андреа была здесь, значит Клэй тоже? Впервые они столкнулись на День
Независимости, когда он оказал ей помощь во время панического приступа из-за Брейди –
хотя он и не знал причины – а потом тем же летом он попытался подвезти ее домой после
гала вечера в честь Брейди. Его очаровательная дерзкая личность и невероятная
внешность делала его привлекательным и в тоже время раздражала. У Лиз подскочило
сердце, и она не была уверена, было ли это связано с Брейди или от страха оказаться с ним
в одном помещении одновременно с Хайденом, который ничего о Брейди не знал.
Но когда она развернулась бежать, потому что при мысли о том, чтобы когда-либо
еще раз встретиться с Андреа, ей становилось тошно, она врезалась прямо в Клэя. И,
Боже, как же привлекательно он выглядел. Она была уверена, что ее воображение немного
преувеличивало его привлекательность, но нет, определенно нет. Если да, то она не
отдавала ему должное. На нем был темно-синий пиджак, брюки цвета хаки, и голубая
рубашка, что еще больше подчеркивало его по-детски голубые глаза. Его светлые волосы
были уложены, и черт, эти ямочки, когда он улыбался. Хотя, флюиды высокомерия,
которые так и излучались от него, опускали его на несколько позиций вниз.