Длинные тени

Туулли Лана Борисовна

— Не волнуйтесь. Если всё пойдёт так, как предначертано звёздами, господин Клеорн потеряет работу еще до Солневорота, и воры-грабители перестанут быть для него угрозой. Да клюёт же, как вы не видите! Штрау, держите его! Осторожнее, не дайте сорваться!

— Его еще и со службы уволят?! — поразилась алхимичка.

Ответа она не получила — астролог и советник, тяжело сопя, сражались с удочкой. На сей раз добыча категорически отказывалась покидать воду и с плеском и шумом отстаивала свое право вернуться на дно. Удилище опасно согнулось… под гномьими

сапогами с хрустом проломился прибрежный ледок… мэтр Нюй подскакивал от напряжения…

— Бросьте вы эту подлую рыбину, объясните человеку, почему у него такой отвратный гороскоп? Неужели ваши звезды только пугать горазды, а не предупреждать о грядущих бедах?

— Да не волнуйтесь, — бросил Нюй. В данный момент его интересовала только попавшаяся на крючок рыба, и ничто кроме.

— Мэтр Нюй, пожалуйста, объясните…

— О, мэтресса, разве я стою вашего беспокойства? — ядовито осведомился Клеорн.

— А почему нет? Вы меня уже четыре месяца преследуете, вдруг кто-то захочет вас убить, когда вы в очередной раз потащите меня на свидание?

Вообще-то, Далия хотела пошутить; она совершенно не ожидала, что сыщик отреагирует на ее слова столь раздраженно.

— Потащу? Значит, на свидания я вас тащу? Еще скажите, что я вас заставляю что-то делать против вашей воли! И вообще, давайте разберемся, почему вы говорите мне неправду?!

— Какую неправду? — опешила Далия.

— Мэтр Нюй только что сказал, что все женщины мне врут! Значит, и вы — не исключение!

— Ну, знаете ли! — потеряв всякое удовольствие от рыбалки, Далия решительно поднялась со скамеечки. — Давайте рассуждать объективно и логично. Мэтр же сказал, что почти всегда, составляя гороскопы, он почти всегда видит, что данному человеку будут врать.

— Не почти, а всегда, — подал голос Нюй.

— Нет, сударыня, — возмутился Клеорн. Он смотрел на Далию со всё большим и большим подозрением. Вообще-то, она темно-русая… но иногда, в солнечный полдень, кажется, что ее локоны слегка рыжеватые. Особенно если алхимичка сидит на своем любимом месте в университетской Библиотеке, у витража, изображающего кровавую битву рыцаря со Змеем Невежества. Так вот о какой рыжей лгунье предупреждал его астролог! — Мэтр сказал, что мне будут лгать женщины!

— И вы безоговорочно верите астрологическим прогнозам?! — незаметно для себя, сбилась на повышенный тон алхимичка. Она хотела говорить доходчиво, понятно, солидно, но… но… да как он может! Да она ему сейчас… ух, попляшет у нее этот усатый «покойник»! — Они же всегда вероятностые! Приблизительные! Оправдывающиеся не более чем в шестидесяти пяти процентах случаев! Из них никогда нельзя сделать мало-мальски логического вывода!

— Почему же, — Штрау на секунду отвлекся от затягивающегося сражения с обитателем ручья, — вывод как раз сделать можно. Если мэтр Нюй говорит, что господину Клеорну лгут все женщины, и при этом сам не до конца правдив, значит, он женщина… Всё очень просто!

— К… какого демона вы… к чему вы… клюёт!!! — закричала на гнома

Далия. Книга, которую она держала в руках, вдруг показалась соблазнительным, но, увы, недостаточно тяжелым средством убеждения в своей правоте. Ах где вы, сочувствующие сапиенсологам лаборанты-вычислители!

Нюй, счастливый от того, что держал в руках огромную щуку, зубастее и пятнистее, чем леопард, отреагировал более спокойно:

— Вообще-то, вывод другой. Я не женщина, а просто всем вру. Что поделать — родился под знаком Зеркала, на восходе Таумани и Элькарау. Мог бы стать хорошим мошенником… Но я всю жизнь работаю над собой! — спохватился королевский астролог. — Стараюсь не лгать больше положенного! А остальное как-то само собой получается.

Но на Клеорна подобные доводы не подействовали:

— Прекратите юлить и прятаться за чужие спины, сударыня!

— Не смейте на меня повышать голос, господин сыщик!

— Да прекратите ж рыбу пугать! — заревел басом Штрау Штрудельгольц.

— Не волнуйтесь, это всего лишь активность Солнца, пройдет полуденный час, они оба успокоятся… — попытался внести мир господин астролог.

— Сначала она ответит мне, когда именно говорила мне неправду! — потребовал Клеорн.

— Сначала он логически обоснует, какого лысого демона пристает ко мне со своими вопросами!

— Ради всех богов, успокойтесь!

— Не пугайте рыбу!

От гномьего голоса посыпались иголки с ближайших сосен. Три серые фигуры, прячущиеся ниже по течению ручья, выглянули из своих укрытий, убедились, что на подотчетную территории не объявился дракон, и снова исчезли в тенях заснеженного леса.

— Спокушник!

— Чудичка!

— Я — чудичка?! А вы… вы… Убирайтесь вон, вы мешаете нам работать! — грозно потребовала Далия.

— Ах, это у вас называется работой?! Я так и знал, что мэтр в кои-то веки соврал правду, вы действительно лгунья!

— Д…в… к… т… п…ч… — горло перехватило, словарный запас отказал, и это было очень кстати. Иначе бы Клеорн услышал о себе и своей родне массу интересных подробностей.

Едва справляясь с эмоциями, Далия отбросила книгу, подошла к кромке воде и решительно схватилась за первую же попавшуюся удочку.

Ту самую, металлическую. И вовсе не потому, что она была тяжелая и наверняка размазала б оскорбителя всмятку, а просто потому, что снасть Штрудельгольца оказалась ближе всех прочих.

Далия резко подняла удилище, дёрнула, леска вырвалась из воды и то, что висело на ее конце, с неприятным чавкающим звуком попало на инспектора Клеорна.

От удивления Нюй вскрикнул, Штрау коротко выругался, а Далия застыла, прикрыв рот ладошкой.

С трудом оторвав от лица небольшого осьминога, весьма недовольного расставанием с родной средой, Клеорн тяжело отдышался, в максимально тактичных выражениях посоветовал господам рыболовам поискать себе другое занятие, не вмешиваться в дела Министерства Спокойствия, и вообще больше никогда в жизни ему лично на глаза не попадаться, и удалился.