Длинные тени

Туулли Лана Борисовна

— Я вас внимательно слушаю, — тут же избавился от фальшивого недомогания волшебник. Тон его был сух, деловит и столь убедителен, что Далия тайком перевела дух: Фледегран все-таки не знает о чарах, действующих на принца Роскара. А если не знает, значит, и чар, скорее всего, нет; а, следовательно, его высочество просто помешался от частых ударов, наносимых по голове разнообразными предметами. И его не казнят, как государственного преступника. Запрут в какой-нибудь дальней крепости, но жизнь сохранят.

— Понимаете,

мэтр, в последние дни с его высочеством Роскаром происходит что-то странное…

Сообщать, что именно Роскар виновен во втором покушении на короля, Далия не собиралась. И без того рассказ о странностях принца получился насыщенным и содержательным.

— Что говорит о недомогании его высочества мэтресса Хлоя?

Далия развела руками. То, что магэсса ментально обыскивает всех посетителей Королевского Дворца, она слышала. Но Роскар-то не посетитель, он во Дворце живет. С какой стати мэтресса Хлоя будет им интересоваться?

— Тогда даже не знаю… — задумчиво протянул Фледегран. — Нужен специалист в Магии Разума. Может быть, в Восьмом Позвонке такой найдется? А еще лучше — в Хетмироше. Почему бы вам, дорогая коллега, не совершить вояж в Эль-Джалад? Помнится, в Ильсияре у вас остался поклонник.

Вспомнив «стихи», которые ей читал незадачливый жених, алхимичка против воли расплылась в улыбке. А это мысль! Съездить в Хетмирош, показать безумного принца Далхаддину; тот наверняка что-нибудь присоветует…

Желание немедленно отправиться в Ильсияр за несколько секунд превратилось в настоящую манию. А тут еще любезный мэтр Фледегран заботливо предложил воспользоваться его услугами в качестве телепортиста! Не будь Далия столь голодной, она бы опрометью бросилась выполнять внезапно созревший план. Однако…

На пустой желудок выслушивать Далхаддиновы признания в любви не рекомендовалось (на полный, памятуя об исльярских традициях сложения хвалебных песней, тоже); поэтому Далия спешно набросилась на предложенное Фледеграном.

Хмм, булочки, — вдруг промелькнула в голове алхимички здравая мысль. Ассоциации выстроились в стройную цепочку: угощение — спящие на ходу слуги — уединение и тишина Фюрдаста — магическое всеведающее зеркало — волшебник, добровольно называющий алхимика «коллегой»… Хмм, волшебник.

Вспомнив о хороших манерах, Далия прожевала кусочек, проглотила его и только потом задала насущный вопрос:

— Это не слишком вредно?

— Что может быть вредного в смородиновом варенье? — не понял Фледегран. — Или вы о телепорте? Не беспокойтесь, я не юный ученик, чтобы путать координаты места назначения.

— Заклинание, под действием которого вы держите местных слуг, — с милой улыбкой ответила алхимичка. Холеное лицо Фледеграна исказил нервный тик.

— Не беспокойтесь, заклинание совершенно безопасно! — поспешно рассмеялся пойманный с поличным обманщик. — Называется

«Ладонь Ноадина». Концентрируете волю и поток маны в центре ладони, после чего останавливаете прямой зрительный контакт с контролируемым объектом…

Бамм- зззз!!! — прозвенела сковородка.

Потерявший сосредоточенность Фледегран подпрыгнул от неожиданности. Далия с хмурым видом подняла с пола предмет, спасший ее от нежелательного внушения.

— Итак, мэтр. Я слушаю, — мэтресса перешла на печально известный в стенах Кавладорского Университета «тон экзаменатора». — И каково же вашемнение относительно случившегося с принцем Роскаром?

— Ну-у… его высочество всегда отличался нестандартным, весьма однонаправленным и чрезвычайно избирательным складом ума. Его ментальные способности, при всей их экстраординарности и необычности…

— Ближе к теме. Роскар под действием чар Магии Разума? Вы определили тип заклинания? Особенности воздействия?

— Дражайшая коллега… — снова принялся юлить Фледегран.

Далия ненавязчиво забарабанила пальцами по дну сковородки.

— Мэтресса, я не думаю что… как бы объяснить… скорее, я хотел бы сказать…

— Одним словом, заклинание из серии запрещенных, — подытожила Далия. Фледегран выдохнул, сразу став похожим на спущенный рыбий пузырь.

— Магия Крови, — прошептал он едва слышно. — Я не поверил собственным глазам, когда увидел! Трижды просканировал, думал, что все-таки ошибся, что меня подводит собственная память… Я никогда не увлекался подобными вещами, поверьте мне, сударыня, не увлекался! Так, пара общеизвестных приемов, не больше! Вы не можете представить себе, какой ужас я испытал, когда увидел на Роскаре эти чары… эту мерзость!

— Вот как? — хмуро отреагировала Далия.

В отчаянии заламывая руки, Фледегран продолжил:

— Его заколдовали где-то в промежутке между свадьбой Ангелики и Днем Черного Ветра. Ну, вы же должны помнить, как Кадик ибн-Самум устроил войну в Великой Пустыне? Когда я встретил принца после сражения, он уже был заколдован. Он отказался рассказывать, где был и с кем; я, конечно, попробовал внушение… Но вы ж понимаете — лечить мозг можно, только когда он имеется!

— Странно получается, — пробормотала алхимичка, — выходит, чары, которыми околдовали принца, оказались сильнее ваших?

— Вы не понимаете! — всплеснул руками Фледегран. — Что вполне естественно, ведь вы не профессионал. Магия Крови — совершенно особый вид магии; она использует не внешние резервы, не обращается к потоку маны, а взывает к внутренней Силе, заключенной в крови живого человека. Считается, что Магия Крови столь же естественна и легкодоступна для человеческого рода, как управление Природными Началами — для эльфов. По крайней мере, закрепить обет, пролив пару капель, может любой дурак.