Дивьи люди
Шрифт:
– Нашел защиту? – Обворожительная улыбка ослепила мои глаза, так как я ни видел больше ничего вокруг. Только растущая надежда на помощь магии подаренной Ладой удержала руку на прежнем месте, когда красавица посмотрела на неё.
– Был бы ты таким несговорчивым, если бы Лада привела на поляну меня, а не деревенскую дурочку?
– Чего же ты не поторопилась? – ответил я вопросом на вопрос, а в душе твёрдая уверенность, что красотка ошибается - Есения далеко не дурочка. Я уверился, что пока на пальце сильный оберег, мне не страшна чаровница в нежных перьях. А та в свою очередь, прилагала
Я безумно захотел прикоснуться к сияющим миллионом отражений зажженных свечей, волосам. Её взгляд выражал высокомерное дозволение сделать это, кажется, я мог слышать: «Дотронься! Проверь какие мягкие!» И рука победила разум, вновь потянулась к собственной цели.
Как унизительно чувствовать себя рабом. Она красива, неимоверно желанна, но она хочет поработить мою волю. Я испытал смесь ярости и стыда! Я не мог сопротивляться её чарам и жаждал прикосновений, но разум защищённый кольцом остался не сломленным. И вместо восхищения волной шёлковых волос моя рука с чувством опустилась на её потрясающий зад.
Синие глаза распахнулись от неожиданности. Замешательство длилось секунду. Этого оказалось достаточно, чтобы оба поменяли тактику. Теперь я обрёл способность отвечать на вызов, брошенный моему мужскому и человеческому достоинству.
– Любой мужик хотел бы подержать богиню за задницу, - выдал я откровение, обеими ноздрями втягивая дивный аромат её волос. «Само совершенство!»
Её глаза под длинными ресницами метали молнии. Рука переместилась с моего плеча на грудь в попытке оттолкнуть, ослабить мои объятия.
– Будь я богиней - ты бы уже умер, - прошипела она, кусая губы, после того как я помешал ей добраться зубами до моей шеи.
«Ничего, с обычной бабой я справлюсь, лишь бы в башку ко мне не лезла».
– Я всё больше ликовал от обладания собой.
Как ни странно, но прелестница оказалась сильно изнеженной особой. Её неуверенные, слабые трепыхания отдалённо напоминали битву за лидерство. Она не смогла противостоять мне ни ментально, ни физически и начинала это понимать.
Панический страх отразился на прекрасном лице, когда, без колебаний в сопровождении довольной ухмылки, моя рука с кольцом перебралась к её шее. Кольцо оставалось холодным. Угрозы больше нет. Нежное
плечо дрогнуло от моего прикосновения. Я наслаждался созерцанием прелестей под моей ладонью: плечо, спина, тонкая талия и ниже… вторая моя рука составила компанию первой. Наверняка, Волшебной Нимфе было страшно терять власть над мужчиной и оказаться в новом для себя, «неудобном» положении, в которое попасть совсем не рассчитывала. Уголки очаровательных глаз покраснели и наполнились влагой.
– Отпущу тебя, если пообещаешь не причинять мне зла, - сказал я, а сам стиснул мякоть её «булочек» до синяков.
– Клянусь! – выпалила она, отталкиваясь от меня и не удержалась на ногах, когда я развёл руки в стороны.
По жизни я торчал от самоуверенных «тёлок». Секс с ними бывал неповторимо откровенным. Но эта
Красотка привыкла властвовать благодаря слабости мужчин к женской прелести и сверхъестественным способностям, которыми бесспорно обладала. Мой наглый ответ на её приглашение восторженно склониться и ползать перед ней на коленях, смешал сценарий нашей встречи, составленный ею заранее. И теперь брезгливо вытирая предательские слёзы, она боролась с оцепенением, после моих вероломных объятий.
Темнота, которую я принял за ночное небо в оконном проёме, казалась абсолютной и ненормально густой. Мы оба уставились в неё, каждый в сомнениях, что делать дальше. Я вспомнил про открытую дверь за спиной и обернулся, чтобы уйти.
– Стой! – остановил меня медово-сладкий приказ. Я принял его за очередное вмешательство в сознание, он был просто обворожительно красив для человеческих ушей, и развернулся призвать к соблюдению клятвы.
– Тебе просили передать, - сказала она и, пройдя к противоположенной стене комнаты, повернула один из подсвечников. Каменные блоки со звуком углубились и поползли вверх, пока не образовался проём выше двух метров в высоту. За новоявленной дверью располагался коридор подобный тому, что привёл меня сюда. Женская фигурка снова вернулась к оконному проёму и застыла, глядя в пустоту окна.
В коридоре появилось движение. Двоих вошедших я узнал сразу. Стрихшы, прикрывая куриные ноги серыми крыльями и сложив длинные шеи, выглядели, словно бояре с выпяченной от гордости грудью. Их было двое, они прошли мимо меня и встали у проёма с деревянной дверью. «Сучка, всё-таки поймала меня. Я не смогу теперь воспротивиться её приказам, если эти уроды снова будут угрожать моей шее».
Следом за ними вошел мужчина в круглых очках, низко поклонился красавице, хотя она стояла спиной и не повернулась, когда он заговорил,
– Прекрасная Сирин, спасибо за участие…
– А мой… пёсик?
– Невредим, отправлен домой.
– А та, что его вывела?
– Мертва.
– Он протянул руку, с новым поклоном протягивая ей какой-то стеклянный пузырёк.
– Отдай ему! – велела женщина в ответ, не отрывая взгляда от черноты за стеной.
Мне в руку вложили стеклянную, похожую на флакон духов колбочку. Я повертел её, глядя, как переливается голубоватая, прозрачная жидкость внутри.
– И что мне с этим делать? Увлажнять кожу после бритья?
Я разозлил стрихшей во второй раз. За спиной лязгнул характерный стальной скрежет, словно предупреждение, что не осторожное обращение со словами, может лишить меня головы. Человек, давший мне пузырёк, смотрел на меня со страхом и раздражением.
Красотка подняла руку и развернулась к нам. Жест для дрессированных собачек, требующий тишины и внимания. И слуга склонил голову, а стрихши спрятали оружие.
Её лицо полностью восстановило маску надменности и вседозволенности, от слёз не осталось и следа, но синие озёра глаз затопила обида.