Диверсанты
Шрифт:
Ребята взяли в руки заранее сложенные на палубе вещи и вместе с офицером перешли по сходне на корабль.
Отдав концы, он дал прощальный гудок и взял курс по мелкой ряби в сторону выхода из гавани.
Прощай, отчий край,
Ты нас вспоминай,
Прощай, милый взгляд,
Не все из нас придут назад!
волнующе летело за кормой, а потом стихло.
Глава 3. Крылатая пехота
Начало созданию воздушно-десантных войск положило постановление Реввоенсовета
(Из истории воздушно – десантных войск)
Против ожиданий (Юрка надеялся, что их сначала доставят в Кронштадт), охотник закончил свой путь в Ораниенбауме.
Это был небольшой, основанный еще князем Меншиковым городок, в котором во время подавления кронштадтского мятежа находился штаб маршала Тухачевского.
Там группа выгрузилась на причал, и ждавший ее военный грузовик доставил моряков в форт Красная Горка, находившийся в нескольких километрах от города.
Построенный Петром I-м, он являлся одним из двух мощных береговых крепостей кронштадтской минно-артиллерийской позиции, надежно защищавшей подступы к Петербургу от подхода крупных боевых кораблей противника.
На вещевом складе форта, у которого молодой матросик-первогодок красил известью стену, всех переодели в солдатское х/б без знаков различия, защитного цвета пилотки и сапоги, изъяв флотское обмундирование, что вызвало ряд шуток.
– Ну и штаны,– оттянув в стороны галифе, критически оглядел их Мишка Ивашутин. – Все наоборот. Вверху широкие, а по низу узкие. Умора!
– Зато с мотней и подчеркивают стройность ног, – виляя задом, прошелся по проходу Колька Быков.
– А у меня гимнастерка на плече лопнула, и сапоги не лезут – пробурчал Бойко в окошко, откуда выглядывал мордастый интендант – сверхсрочник.
Тот исчез, долго копался, а потом возник снова, брякнув на стойку сорок пятого размера кирзачи и положив рядом аккуратно свернутую гимнастерку.
– На. Самые большие. И где вас таких делают?
– Известно где, в Сибири, – уселся Иван на лавку у стены, с кряхтеньем натягивая обновки. – Ну как? – шлепнув на затылок пилотку, обернулся к Томилину.
– М-да, – почесал тот затылок. – Форменный бандит. Остальные дружно заржали.
Когда группа, переобмундировавшись, направлялась вслед за Гусевым к машине, один, уже видевший ее береговой
– Вас кореша*, никак турнули с флота? (подошел ближе).
– Типа того, – подмигнул ему Вовка Крючков.
– За что?
– Исключительно за раздолбайство, сынок, – ответил Ваня Самохвалов.– Так что, служи исправно.
– Ну и дела, – покачал тот головою.
Затем ребята погрузились в кузов, Гусев сел рядом с шофером в кабину, и грузовик, урча, выехал за ворота.
Сначала он покатил по наезженной дороге в сторону хвойного леса впереди, затем миновал его стороной и выбрался на ухабистый проселок.
Километров через десять автомобиль свернул к полосатому шлагбауму с часовым, и после проверки документов въехал на территорию полевого военного аэродрома, где стояли защитного цвета краснозвездные самолеты. Громоздкие и неуклюжие.
– С машины!– вылез офицер из кабины, когда полуторка, скрипнув тормозами, остановилась на краю обширного летного поля.
Прихватив вещи, моряки спрыгнули вниз, а старший лейтенант, приказав ждать, натянул поглубже мичманку и пошагал в штаб.
Оставшиеся присели на траву в тени машины, вытащили папиросы, и некоторые закурили.
– Вот с таких мы, наверное, и будем прыгать, – показал рукой в сторону крылатых машин Вовка Курочкин.– Это ТБ-3, тяжелые бомбардировщики.
– Откуда знаешь? – спросил Вишневский, пожевывая в губах травинку.
– Поступал в летное училище. Не получилось.
– Ну и как они? – поинтересовался Шаулин.
– Машины будь здоров, – значительно сказал Курочкин. – Потолок восемь тысяч метров, дальность полета две тысячи километров, скорость триста километров в час. Вооружение – четыре 7,62 мм пулемета, бомбовая нагрузка три тонны.
– Впечатляет, – согласился Вовка.
Спустя минут двадцать вернулся Гусев (группа встала) и сообщил, что через час, будет погрузка в самолет, а затем перелет в Белоруссию.
– Однако, – переглянулись ребята, но ничего не сказали.
Затем он отщелкнул кнопки на планшетке и вручил Легостаеву засургученный пакет. – Отдашь представителю части, старшина. Вас встретит.
– Слушаюсь,– козырнул Юрка.
– Ну, а теперь прощайте, – тряхнул руку каждому старший лейтенант. – Не поминайте лихом.
Затем сел в кабину, водитель запустил двигатель и грузовик выехал с территории. Еще через пару минут, оставив позади шлейф пыли, скрылся за поворотом.
– Ну, вот и простились с флотом, глядя ему вслед, – вздохнул Зорин
– Почему простились? – обернулся к нему Сафронов.– Флагман с командиром обещали, что мы вернемся.
– Да это я так, к слову.
После этого все снова уселись на траву, потянулись тягостные минуты ожидания.
На исходе второго часа (солнце стояло в зените), и ребята перекусили захваченным в дорогу сухпаем, запивая его водой из фляг, из одноэтажного кирпичного здания неподалеку, появились шесть летчиков в кожаных шлемах и комбинезонах, направившиеся в сторону самолетов.
Одновременно из штаба вышел какой-то человек, помахав в сторону группы рукой.
Моряки встали, разобрав вещи, и пошагали к штабу.
Человек оказался лейтенантом в синем галифе и такой же фуражке с крабом, лихо заломленной набекрень.