Диверсант
Шрифт:
– Хорошо, - выручил напарницу землянин.
Где искать Полину, он не сомневался, определив многим раньше: находится на «Ковчеге».
– И не пялься на меня!
– возмутилась Нора.
– Да кто тебе сказал, дорогуша, что я смотрю на тебя. У меня и в мыслях ничего дурного не было, - парировал землянин.
– Вот, опять смотришь, и не туда!
– возмутилась напарница.
– Уже ухожу, - наткнулся Юрий на вещи Норы,
– Встретимся...
– В космосе, - пообещала Нора никуда не пропадать, надолго - в том числе.
Глава 9. ДОЛГ
Глава 9. ДОЛГ
Глава 9
ДОЛГ
Быстро облачившись в привычный для тела комбез, Юрий подался прочь из медблока. Немногим погодя, он уже находился за пределами санчасти, пробираясь тесным и узким воздуховодом, стараясь не привлекать внимание пиратов, попадающихся ему повсеместно по пути внизу.
В такие моменты он затаивался, и мысленно настраивался на поиски дочери, стараясь определить её местоположение в «Ковчеге».
Сейчас он находился в казарменном отсеке, где пиратов было пруд пруди, и все как один - бандерлоги.
Уроды располагались в не столь защищённом месте, поэтому всегда подвергались опасности. Ну, на то и работа у них зверская - служить мясом. Зато ветеранов, Гризли берёг, делая на них основной расчёт.
Подслушав невольно их разговоры, Юрий уяснил: ветераны недовольны капитаном. Им не нравилось, что он не стал забирать на борт с Каллисто половину схваченных колонистов, прибрав к рукам всего лишь одну особу женского пола, да и та сейчас находилась у него в каюте.
Что он там, по мнению пиратов, проделывал с ней, догадаться было несложно. Они все без исключения желали того же - добраться до женской плоти и утолить свою похоть.
На этом в дальнейшем можно было сыграть Юрию, но прежде дочь. Её следовало вытащить из лап головореза. Поэтому не стал дольше задерживаться в казарменном отсеке, следуя далее на поиски Полины.
– А вот и я, красавица, - ввалился в каюту капитан.
Полина сразу же забилась в дальний угол.
– Не бойся меня, я не кусаюсь, - поспешил избавить от скафа головорез, активируя в стенах скрытые полые ёмкости, куда первым делом убрал оружием с обмундированием.
Для общения с безоружной девицей, оно не требовалось ему. Если что, ему хватит собственной силы. Но доводить дело до её применения не собирался. Хотя если попутчица и дальше будет строить из себя недотрогу - ей же хуже, поскольку он всё равно добьётся своего.
– А я и не боюсь тебя, пират, - огрызнулась гостья.
– Неужели, тогда почему прячешься от меня в углу, - пригласил её головорез к столу, возникшему благодаря удару ноги по одной из плит в полу.
Таким
– Что будешь пить?
– смахнул Гризли со стола фляжку с классическим напитком пиратов всех мастей, и одновременно с ней два жестяных стакана - плеснул по глотку бормотухи в каждый.
Для антуража романтической встречи не хватало лишь свечей и еды. Но наедаться перед близким знакомством с девицей, головорез не желал. Выпить - да. Это куда ни шло. Вот и вместо свечи использовал самокрутку, установив её в пепельницу, которой послужил один из стаканов, второй он предложил гостье, не сразу принявшей его предложение занять место на стуле напротив него.
Упиралась Полина недолго, и уступила сразу, едва пират рявкнул:
– Сядь, я сказал!
Для большей убедительности, Гризли стукнул фляжкой по столу.
– Ну!
Полина нехотя поднялась с пола и вышла из угла. Осмотрев стул, она не нашла ничего необычного, опасаясь: в её тело вопьются жгуты.
– Спасибо, - чуть смягчился для виду пират.
– Порадовала. А теперь пей!
– Я не пью, - зашевелила дрожащими губами Полина.
– Пей!
– настоял пират.
Вцепившись пальцами в жестянку, гостья поднесла его к лицу. Её чуть не вырвало от тошнотворного запаха.
Пахла бормотуха отвратительно. Какова же была на вкус, ей ещё только предстояло узнать.
– Я жду, - откинулся вальяжно на спинку головорез, сжимая в одной руке початую фляжку, а в другой - дымящую самокрутку.
Полина с небывалым отвращением прильнула устами к жестяной поверхности стакана, и чуть наклонив, закашлялась. Чем вызвала неподдельную улыбку у пирата.
– Пей до дна!
– настоял Гризли.
По лицу девицы покатилась слеза, но она даже не заметила этого, выполняя в точности требования пирата. Поэтому ничего удивительного в том не было, что спустя миг по щекам заструились новые слезы. Нет, не от обиды или страха, а от бормотухи.
Столь резкого напитка, она ещё ни разу в своей жизни не пила.
– Тебе следовало опрокинуть стакан в себя и выпить бормотуху залпом, - сделал очередной глоток из фляжки головорез, и приложился к самокрутке. После чего предложил: - Не желаешь попробовать покурить её?
Он намерено пахнул дымом в лицо девицы, и та вновь закашлялась, вызывая смех у пирата. Он казался ей настолько отвратительным, что Полина готова была убить его, не задумываясь, хотя являлась санинструктором, и дала обет спасать, а не калечить людей.
Но для пирата горела желанием сделать небольшое исключение.
– Ты всё ещё боишься меня, красавица?
– разомлел головорез.
Бормотуха с самокруткой сделали своё дело.