Диверсант. Плата кровью
Шрифт:
– Где остальные? – Командир группы повернулся к лежащему эскулапу.
Палыч демонстративно отвернулся в сторону.
– Ничего! – усмехнулся комитетчик. – Вы нам всё расскажете! Время у нас ещё есть, хоть его и мало. В машину его!
Двое рослых молодых парней появились из-за спины главного комитетчика и, подхватив под руки лежащего врача, понесли того в машину. Ещё двое выволокли на улицу раненого.
– Поосторожнее с ним. Он нужен живым! – распорядился Михась, внимательно наблюдая за действиями
Пётр подошёл к нему.
– Что делать мне?
– Останься и обыщи с остальными дом. Если найдёте что-нибудь связанное с тем, куда ушли остальные, немедленно звони. Если нет, то в обычном порядке.
– Хорошо, – прогудел здоровяк. – Всё сделаю.
Михась кивнул и, выйдя на улицу, уселся в автомобиль. Посмотрел на сидящих пленников и распорядился:
– Давай на базу.
Водитель молча кивнул и, включив зажигание, вырулил на дорогу.
Глава 6
На очередную тайную квартиру подпольщиков мы с Андреем приехали часам к двенадцати ночи. Быстро перетаскав из машины вещи и зайдя в дом, мы включили свет и принялись раскладывать привезённое оружие, еду и прочее имущество. Провозились около часа.
– Давай спать. – Андрей доел тушёнку, которую мы достали последней, и с хрустом потянулся, вытягивая натруженные за день ноги. – Завтра с утра я пойду за планом Особняка. Потом обмозгуем, как туда попасть и освободить Иру.
– Хорошо. – Я зевнул и, поднявшись, направился к раскладушке. – Разбуди, как будешь уходить.
Андрей кивнул, разделся и выключил свет. Вскоре из соседней комнаты донеслось ровное сопение.
Я же ещё полчаса лежал и смотрел в потолок, думая, как мне добраться до верхушки нацистов и до этого проклятого вируса!
Все надежды я связывал с Игорем. Он же говорил, что в Москве у него есть друзья.
Но теперь…
Я вздохнул, перевернулся на другой бок и провалился в сон.
– Я ухожу. – Слабый толчок разбудил меня, заставив открыть глаза.
Андрей стоял надо мной.
– Когда вернешься?
– К вечеру. Сиди здесь и никуда не уходи. Я постараюсь не задерживаться.
Помощник Игоря направился к двери, и вскоре щёлкнул замок. На улице раздался шум мотора, и всё стихло.
Я поднялся и направился в ванную. Сделал все дела, немного размялся, чтобы не терять форму, и вернулся на кухню. Открыл старый холодильник, достал очередную банку тушёнки, поставил чай.
Всё буднично. Как будто и нет всего этого! Ни войны, ни смертей, ни фашистов!
Я открыл банку, поел, потом снял с плиты закипевший чайник.
Утолив голод, вернулся в комнату, немного посидел, почитал взятую на полке книгу, затем, когда надоело читать, встал и сделал ещё пару десятков отжиманий,
Так прошёл день.
Под вечер, когда уже хотелось выть от ожидания, щёлкнул дверной замок.
Я вытащил пистолет, но мои опасения оказались напрасны. Это вернулся Андрей.
– Ну как ты? – спросил он, входя в комнату.
Я, спрятав пистолет за пояс, поднялся навстречу.
– Скучно. Не могу сидеть без дела. Времени и так нет.
– Понимаю. Но ничего поделать нельзя. И так попытался максимально быстро выполнить задние.
– Ты достал план?
– Да. Хоть и пришлось побегать. Кругом патрули. Пару раз останавливали, но обошлось.
Андрей подошёл к столу и достал из внутреннего кармана вчетверо сложенный лист.
– Вот, смотри.
И я склонился над планом.
Особняк представлял собой четырёхэтажное здание, огороженное по периметру забором с колючей проволокой и одним въездом. Внутренний план здания был представлен скудно, но самое главное, куда двигаться, мне было понятно.
В Особняке был подвал. Назывался минус первый этаж. Там находилось десять камер, допросная и комната дежурной охраны. На первом этаже была оружейка. Остальные этажи занимали сотрудники различных отделов. На третьем сидело руководство комитета. Всего в здании днём находилось около сотни человек. Вечером же только дежурная смена в количестве пяти бойцов.
По периметру кроме забора и проволоки логово миграционщиков было оборудовано камерами, вышкой с пулемётчиком, прикрывающим выезд и въезд, а также датчиками движения и массы. На территорию особняка лица с оружием, кроме сотрудников, не допускались.
Это очень обеспокоило Андрея. Но я ободряюще улыбнулся, припомнив свой номер, который мы с инспектором провернули во Франции.
– У тебя есть форма комитета?
– Да. Можно раздобыть. А зачем нам?
– Так мы и попадём внутрь. Приведёшь меня как задержанного, войдём, а там дальше спустимся в подвал и спасём Иру.
– Но я не знаю, где она находится! Выяснить это не удалось.
– Камер там не так много. Найдём быстро. Пойдём вечером, когда все сотрудники уйдут с работы. Останется только дежурная смена.
– Идём вдвоём?
– Да. И ждать не станем. Времени в обрез! Идём завтра.
Андрей кивнул.
Я посмотрел на часы. Пока разговаривали, время перевалило за полночь, пора и спать. Завтра тяжёлый день. Если получится, то вытащим Иру, и я отправлюсь дальше с Игорем или без него.
Помощник главы подполья как будто прочитал мои мысли.
– А что потом?
– После того как освободим пленных, я еду в Москву. Да и вам не советую здесь оставаться. Шум поднимется. Хотя он уже поднялся. Главное, вытащите Иру и детей. Лучше за город.