Дитя Вселенной

Джей Лия

– Эм, пожалуй, первый вариант был лучше, – дернула уголком губ Ави. – Ну, а мои вещи?

– О, это намного проще. Просто открой шкаф, подумай о том, что тебе нужно, и эта вещь сразу в нем появится.

– Круто! – она хотела сказать что-то еще, но вместо этого с усиленным вниманием начала изучать потолок.

– Уже поздно, – заметил Эрик, чтобы прервать затянувшееся молчание. – Я, пожалуй, пойду.

– Давай, тогда встретимся завтра.

– Да, надо будет разработать план занятий.

– Ах, да, точно, план, – натянуто улыбнулась Ави. – Ну, до завтра.

Эрик бросил ей милую

улыбку на прощанье и собирался уже было закрыть дверь с обратной стороны, как вдруг ее голос заставил его вернуться.

– Пододжи!

Он выглянул из-за двери и вопросительно приподнял бровь.

– У тебя… – она смущенно улыбнулась, – смола на рубашке. Наверное, от той вишни.

– Где? – удивился парень и, забавно выгнувшись и скривив недовольную рожицу, попытался посмотреть себе за спину.

Не сдержавшись, Ави испустила звонкий смешок и тут же поспешила зажать рот ладонью, но, услышав ответный смех княжича, захохотала, не скрываясь.

– Спасибо, отдам в постирочную, – наконец произнес он.

– Тебе спасибо.

– За что?

– За помощь и за то, что согласился стать моим учителем.

– А, обращайся, – он мягко улыбнулся в ответ.

Как только дверь закрылась, Ави с облегчением упала на кровать. "Сегодня точно был особенный день, " – подумала она.

Глава 6. Чудесная дама.

Утром Аврору разбудила служанка и позвала на завтрак в Каминный зал. Ави оделась в легкое сиреневое платье на тонких лямках, завязала высокий хвост и спустилась вниз.

В центре зала стоял длинный стол, уставленный различными блюдами с манящими запахами. Среди подносов с блинчиками, политыми шоколадом, тарелками с омлетом, эклерами и всевозможными видами сыра сверкали пухлые хрустальные кувшинчики с напитками и хрупкие вазочки с джемом. Стол был накрыт на девять персон. Во главе сидел Витольд Скайсн, скрестив руки на груди, справа от него – сероглазая брюнетка в алом платье. На шее у нее сверкала нитка черного жемчуга, на коленях, свернувшись колачиком, посапывал хорёк. На другом конце стола, что был ближе к выходу, Ави заметила Эрика. Он махнул ей рукой и указал на стул напротив своего. Пожелав всем доброго утра, она заняла свое место. Слева от нее оказалась симпатичная девушка с каштановыми волосами, заплетенными в две толстые косы. Их пушистые кисточки щекотали ее плечи, не скрываемые изумрудным платьем с изящной вышивкой.

– Здравствуй! Ты, верно, Аврора? – спросила она, приветливо улыбнувшись.

– Да, Аврора Соболь.

– Эрик говорил, ты будешь учиться в нашей школе.

– Да, надеюсь, – вздохнула Ави.

– Точно будешь. Нагнать упущенное будет не просто, но мы с Эриком поможем тебе.

– Оу, спасибо. А ты… – она взглянула на девушку и встретила взгляд уже знакомых зеленых глаз, – сестра Эрика, да?

– Да, верно, Вирждиния Скайсн. Можешь звать меня просто Вирджи.

– Очень приятно, – она улыбнулась, впервые говоря эту дежурную фразу искренне. – Тогда для тебя я Ави.

В этот момент дверь открылась, и в зал вошли четверо. Впереди шел высокий сухой мужчина в строгом сером костюме и с тростью в руках, которую легко можно было спутать с ним самим – такой он был худой. Каждый его

шаг она сопровождала угнетающим скрежетом о холодный мрамор пола. В какие-то моменты, когда мужчина особенно сильно сжимал челюсть и на его хмуро-ехидном лице начинали ездить желваки, Ави вдруг приходила в голову мысль, что этот противный звук издает он сам, а не его аксессуар.

Чуть сзади цокала своими шпильками дама с мелко завитыми русыми кудрями, уже успевшими засалиться, обвиснуть и превратить ее голову в один большой грязный одуванчик. Стебельком этому незадачливому цветку служила тоненькая угловатая фигура, обтянутая серым платьем. На ее длинных пальцах, запястьях, ушах, шее и везде, где только можно, болезненно-желтым цветом блестело золото. Но сколько бы она ни пыталась этим сделать себя привлекательнее, пустой взгляд ее голубых глаз обрубал на корню все ее старания и нагонял лишь холод.

Справа от нее семенила ножками сухенькая старушонка, ее мать, в темно-синем платье и белой шали с бахромой. Несмотря на свои сто с лишним лет, она удивительно бодро передвигалась, успевая смерять всех по очереди пронзительным взглядом своих смолянисто-черных глаз-щелочек.

Последней шла девушка лет шестнадцати. Уже по внешнему виду она никак не подходила к своей семейке сушеных вобл. Гладкие светлые волосы, забранные в пучок, пухлые алые губы, большие голубые глаза – все это делало ее похожей на милую куколку из лавки игрушек. Теперь в этом зале все взгляды были обращены на нее.

– Проходите, проходите, заждались мы вас, – произнес Витольд, вставая из-за стола и подходя к гостям.

– Виржди, – тихо позвала Ави, – а кто это?

– Это Готфилды, самый богатый и знатный род среди солейев, после нашего, конечно. Они приехали к нам погостить ненадолго. Это премерзкая семейка, исключая старшую дочку Эмели. Она просто душка, -прошептала Вирджи.

– Доброе утро, Витольд, – произнес Геральд Готфилд, пожимая руку хозяину замка, – Элеонора, сегодня вы выглядите просто великолепно, – он поцеловал руку, с нисхождением протянутую брюнеткой в красном.

– Ваша мать и правда очень красивая, – прошептала Ави.

– Эта? Наша мать?! Не дай Солнце! – отозвалась Вирджиния. – Это мадама отца. Надо же было ему выбрать такую сволочь! Поверь мне, в этом ангельском теле сидит душа дьявола. Только смотри, не ссорься с ней. Она директор школы, – сказала она на одном дыхании.

– Буду знать, – мрачно пробормотала Ави в ответ.

– Садитесь, прошу к столу, – заискивающе произнес Витольд.

Единственное, что обрадовало Ави в приезде Готфилдов, так это то, что теперь все были в сборе и завтрак начался. Наконец-то можно было накинуться на завораживающе аппетитные вкусности.

– Госпожа Готфилд, как вам спалось? Не мучила ли вас бессоница, как то обычно происходит? – спросил Витольд больше из вежливости, чем из интереса.

– О, к счастью, нет. Я спала, как убитый мамонт, – прошамкала старушонка, накладывая к себе в тарелку пятый эклер.

Ави прыснула, спрятав улыбку в чашке кофе с корицей. Все остальные с каменно-спокойными лицами продолжили чинно пилить ножичками тарелки.

– А вам, мадам? – спросила Элеонора женщину в сером, избавляя Витольда от этой обязанности.