Дитя Тьмы
Шрифт:
– Пусть я буду убивать во благо, это не отменит того факта, что я лишаю кого-то жизни.
– Смерть - далеко не конец, а во вселенной ничто не исчезает бесследно. Знай же, что каждому отмерен свой срок, и конец чьей-то жизни должна положить ты. Просто никогда не убивай ради забавы, все остальное имеет место быть.
Диана, наконец, кивнула.
– Я вижу в Ваших словах истину, но воспитанной в человеческом мире это сложно принять.
– Люди глупы. Придумали себе ложные истины, да так и живут. Животные куда мудрее их. Когда не знаешь, что делать, отринь земное и спроси то звериное, что есть
Девушка тяжело опустила веки, обдумывая все услышанное. Слова те были простыми, но именно поэтому в них чувствовалась поразительная правильность. Наконец смятение в ее душе улеглось, все было до невозможного кристально ясно: либо жизнь, либо смерть. Умирать же она сегодня не собиралась.
– Я решила.
– открыла она глаза и хотела продолжить, но рядом уже никого не было, и только смятая трава свидетельствовала о том, что старик не был плодом ее воображения. Хотя, это было совсем не важно. Только результат этой беседы с возможным призраком имел значение.
Улыбнувшись, девушка резво вскочила на ноги и пошагала к особняку. А в подлеске, частично скрытый стволом старого дуба стоял все тот же старик, только вот морщин больше не было, волосы сменили свой цвет на пепельно черный, только янтарные глаза все так же живо смотрели в след уходящей фигуре. Когда она скрылась за углом особняка, он повернулся, шурша длинной белоснежной мантией, и направился к миниатюрной фигурке, скрытой полами черного плаща.
А Диана шла бодро, вновь с оптимизмом шагая в будущее, в котором помимо неминуемых смертей были еще и праздники, на которых все были веселы и свободны, а от магии искрился воздух вокруг. Она вновь желала стать частью всего этого. Но для этого всем им придется хорошенько потрудиться в скором времени. А сейчас она с улыбкой шла между разместившихся тут и там горсток людей, что о чем-то говорили, сидя у костров и помешивая варившийся в котелках обед. Под ногами сновали дети, один из которых врезался в девушку и тут же опасливо взглянул на нее исподлобья, ожидая наказания или хотя бы окрика. Но та просто улыбнулась и потрепала мальчишку по светлой шевелюре, после чего пошла дальше.
В библиотеке особняка собрались те, кто успел стать Диане практически семьей. За круглым столом, на котором была вырезана карта мира, стояли Клио и Шехрис, что были источником почти всех ее знаний, в том числе и о ней самой, Дорма, что приложила руку к ее сохранности, Игрим, что своими руками создал то, что соединило ее с предками и магией, Родерик, Зерус, Валарус, что спасли ее, и Лео с Владом, самые дорогие ей существа в этом мире, без которых она не стояла бы сейчас здесь.
Девушка приветливо улыбнулась и заняла место между Хранительницей знаний Сокрытого мира и Владыкой Света, сейчас в них, величественных, задумчивых и решительных, особо виднелась их истинная суть.
– Итак, что мы решаем?
– продолжила Клио.
– Пока есть шанс, не будем его упускать и сделаем свой ход.
Тут в комнату забежало незнакомое создание, напоминавшее смесь человека и вороны, но тут трансформация закончилась, и перед всеми предстал мужчина с острыми и хищными чертами лица, а большой с горбинкой нос делал его еще более походил на вышеупомянутую птицу.
– Что такое, Кору?
– спросила знакомого Дорма.
– Я только
Он протянул свиток свежего пергамента, запечатанного сургучом с оттиском в виде головы змеи, в пасти которой был зажат сборный символ солнца и луны, Диане. Та развернула его и зачитала вслух:
– "Дорогая Диана,
рад слышать, что Вы вновь почтили вниманием наш мир, а так же что пребываете в добром здравии".
– на этом девушка фыркнула и тут же продолжила.
– "Я считаю, что у нас было недостаточно времени, чтобы познакомиться поближе и хорошо понять друг друга. Наша краткая беседа в тюрьме Серого ордена была не очень информативна, да и обстоятельства к оной тогда не располагали. Имею смелость предложить Вам встретиться в полдень в тринадцатый день седьмого цикла трех светил..." А это когда?
– поинтересовалась Дина, глядя на Клио и Шехриса. Ответила женщина.
– Наши лунные циклы подобны вашим месяцам, только в два раза дольше. А из-за солнц, которые проходят полный круг вокруг мира за двенадцать циклов, ваши двадцать четыре месяца, год у нас в два раза дольше. Так что его дата аналог вашего тринадцатого числа седьмого месяца июля, то есть послезавтра.
– Отлично. Что у нас там дальше? Ага. "...на нейтральной территории, а точнее на озере Ночи, где будет установлен крытый плот. Так мы сможем детально обсудить сложившуюся ситуацию и, возможно, спасти множество жизней. С собой предлагаю взять по паре представителей.
С уважением, Седэй Моррон"
Ну, что? Примем его любезнейшее приглашение?
– с издевкой, но в то же время серьезно спросила, наконец, девушка у собравшихся.
– Думаю, стоит согласиться, а там посмотрим, чем все обернется.
– кивнула каким-то своим рассуждениям Клио, все согласно закивали. Тут же был написан короткий ответ, подтвержденный врученной Шехрисом Диане печатью главной жрицы храма Нимфеи, с изображенной на ней полураскрытой кувшинкой. Свиток перекочевал в руки ворона-оборотня, который тут же помчался к ждущему посланнику серых.
На секунду задумавшись, катх прошлась взглядом по всем присутствующим и кивнула самой себе.
– Надеюсь, никто не будет против, если я возьму с собой Клио и Влада?
– Мы-то не против, но не лучше ли взять Шехриса? Он неплохо разбирается во всем этом.
– запротестовал Зерус, который по какой-то непостижимой причине недолюбливал Белого Льва.
Девушка посмотрела на последнего с немым вопросом, а когда тот в непонимании вздернул смоляную бровь, спросила так тихо, что слышали их только стоящие рядом Клио и Лео.
– Тебе не кажется, что им уже стоит узнать, кто ты на самом деле?
Влад на это поморщился, но все же кивнул. Катх повернулась ко всем и серьезно произнесла:
– Даже если не учитывать, что он один из немногих здесь представителей светлых, есть еще одна причина его обязательного присутствия на переговорах. Он открыл источник магии на светлом континенте, он - Владыка Света.
Все, кроме тех, что присутствовали при пробуждении его крови, а так же знавшей все Хранительницы знаний, застыли в изумлении, а после недружным хором рухнули ниц, преклоняясь.