Дитя раздора
Шрифт:
Мы снова пошли по магазинам. Мне хотелось прямо сейчас подарить Кате это кольцо, но я заглушил преждевременный порыв другими покупками – просто, несмотря на протесты Кати, купил одежду для беременных. Теплая куртка, утепленное платье и джинсовый с начесом комбинезон ей пригодятся. Когда она мерила их, я подошел, поправил капюшон и не смог не поцеловать ее в губы. Мне очень этого захотелось.
В последнем детском магазинчике Катя застряла около ярко-желтого трикотажного комбинезончика с оранжевым солнышком.
– Я куплю его сейчас! – сказала Катя,
Я не возражал. Кроме комплекта для выписки из роддома это единственная вещь, которую мы сегодня купили для ребенка.
И всю дорогу до квартиры, которую я снял на сутки, Катя рассматривала комбинезон, гладила пальцами аппликацию, вдыхала запах первой купленной для нашего сына шмотки и постоянно улыбалась.
А я смотрел на нее и думал, что она сама в эти минуты светилась, как солнышко. Будто изнутри. И такое тепло от нее шло, что я вспотел и растерялся.
По пути я позвонил агенту, чтобы подъехал и передал мне ключи от квартиры. Потом мы с Катей поднялись на третий этаж в пятиэтажке. Вернее, поднялся я – с Катей на руках.
Там она сразу отправилась обследовать наши суточные владения, а я наблюдал за ней. Как мимоходом поправила штору, провела пальцами по полированной столешнице в гостиной, как села на диван и попробовала его на мягкость… Прошла в спальню, и оттуда донесся возглас:
– Как классно!
Я поспешил туда и, когда вошел, увидел, что Катя лежит на двуспальной кровати.
– Удобно? – спросил, не понимая, в чем кайф.
– Ты даже не представляешь, как хочется полежать на животе! А тут такой мягкий матрас, смотри…
Она повернулась, и я увидел, что матрас под весом ее живота прогнулся. Катя лежала не на животе, но как бы – вполоборота.
– Серьезно? – спросил я и присел на постель. Матрас под моим весом легко прогнулся. Ортопедический, но очень мягкий. Наверное, внутри поролон. – А что еще в кайф?
Мне правда было интересно. Я ведь по большому счету не знал, даже не задумывался каково это – быть беременной.
– Еще кайф в ванне в воде полежать, но нельзя. – Я вздернул брови. Нельзя? Почему? Катя ответила на мой взгляд с улыбкой: – Съесть гору клубники или апельсинов. Меда и орехов много тоже нельзя, чтобы не было аллергии у малыша…
Она еще рассказывала, лежа и кайфуя, а я слушал и удивлялся. Катя казалась мне уже инопланетянкой, о которой я столько, оказывается, не знал.
Я оставил ее лежать, поцеловал и поехал за запчастями.
Всю дорогу до базы, на которой раньше работал и где заказал нужное для своего автопарка, думал о Кате. И о тонком колечке с маленьким сапфиром в моем кармане. Крошечное украшение за большие деньги. И их не было жаль для нее.
На базу приехал быстро. Оставил ключи знакомому кладовщику, чтобы загрузили запчасти, пока я сам поднялся в контору поздороваться с парнями. Новых лиц встретил много – база разрослась. Но и старых
Встретили меня отлично: пожали руки, похлопали по плечам с улыбками, справились о здоровье, напоили чаем. Люди менялись – уходили одни, приходили другие, – пока мы с шефом, владельцем базы, задержались за болтовней, обмениваясь новостями. Два часа пролетели как две минуты, я спохватился, что еще нужно свозить Катю к ней на квартиру. Попрощался, заглянул к кладовщику за ключами, перекинулся парой слов и уже выходил из ангара, когда в воротах встретил Женю Кашина, моего бывшего одноклассника.
Он был в костюме, начищенных туфлях, с барсеткой. Просто опачки!
– Здорова, пацан! Че это ты при параде? – хохотнул я, крепко пожав приятелю руку.
Раньше мы хоть и не так чтобы часто, но хорошо общались. Я был рад его встретить.
– Да я по пути с работы, – улыбнулся он открыто. – А ты какими судьбами тут? Слышал, ты неплохо в деревне устроился.
– Да, развел там свой колхоз, – кивнул я, имея в виду своих женщин, но, Женька, конечно, не догнал. – А ты так же в администрации сидишь?
– А ты газет не читаешь и на выборы не ходишь? – прищурился лукаво приятель.
Что я пропустил?
– Ну почему же? В восемнадцать на выборы ходил. За шоколадкой! – хохотнул я.
– Ясно. Ну тогда горд тебе сообщить, что я избран депутатом. Твоя деревня входит в мой округ. Как раз в сентябре в планах наведаться туда, провести встречу с моими избирателями.
– Ух ты! Птица высокого полета теперь, да?
Молодец Женька! Всегда было понятно, что далеко пойдет и высоко взлетит. Тот вид людей, которые всегда оправдывают ожидания. Для депутата, наверное, самое то.
– Пока не столь высокого, но в планах… – Женька поиграл бровями. – Ты извини, мне надо спешить. Давай созвонимся? Диктуй номер… – И он достал свой сотовый лапоть.
Я продиктовал номер, зафиксировал дозвон, забил в контакты и попрощался с приятелем. Отчего-то на душе было светло. Вот такой он человек – светлый, порядочный, комфортный.
Интересно… а я какой?
По пути на съемную квартиру зарулил в цветочный павильон, купил букет роз. Немного подумал и заехал еще за фруктами на рынок – взял груши и арбуз.
***
Катя
Артем принес мне цветы!
Не сказать что это редкое явление, но всегда чертовски приятное.
– Катён, это тебе, – сказал и поцеловал.
Пока Артема не было, я все время улыбалась. Подумать только – целые сутки с ним наедине, в домашней обстановке. Я столько всего напридумывала для нас деятельности, что даже ехать в свою квартиру не хотелось.
Но надо было. И мы поехали.
Артем поднялся со мной.
Когда парень, который снимал у меня квартиру, открыл дверь, я увидела, что просторная квадратная прихожая моей трешки забита коробками – процесс сбора вещей шел полным ходом. Но еще больше удивил запах краски, обойного клея и побелки – жильцы приютились в одной комнате и в остальных делали ремонт.