Диссонанс
Шрифт:
Итан уловил горький аромат граната, исходящий от кожи девушки. Агрессивный и тревожный запах, словно предостережение. Запах чужой женщины, а не его Джуди.
Волна наваждения схлынула, и на смену вожделению пришёл страх.
«Что же ты творишь!» — мигом рассердился он на себя.
Итан отпрянул и сделал пару нетвёрдых шагов назад. Сбивчивое дыхание рывками сотрясало грудь. Холод, вкушенный с её губ, проник и в него, пронизав всё существо от макушки до пят безжалостным осознанием:
Это обман.
Тьма, подобно вуали,
Теперь мужчина отчётливо видел все эти существенные различия с оригиналом.
— Надо же, — промолвила Джудит, коснувшись пальцем в перчатке следа от помады возле рта, — ты переметнулся в стан врага?
— О чём ты?
Девушка кивнула на Итана, вероятно, имея в виду его чёрный костюм. Верно! Ведьмы юга же с какой-то стати решили, что монополизировали этот цвет. Учитывая их безобразно-скучное и убогое существование, он идеально им подходил. Вся жизнь, как бесконечные похороны.
В яблочко!
— Или это траур по скоропостижно преставившейся супруге? — продолжила гадать Джудит. Её в голосе прозвучали непривычные колючие нотки. Она не шутила, а была предельно серьёзна. И, судя по всему, терпеть не могла Мелиссу и только порадовалась бы утвердительному ответу на свой вопрос.
Хотя бы это у обеих версий Джуди было общим!
Образ призрачной незнакомки исчез, а с ней вместе и трепетной девушки, прижимавшейся к Итану в необъяснимом порыве. Улыбка сползла с лица Джудит. Она шагнула к свету из окон гостиной. Её глаза были полны откровенной неприязни, граничащей с отвращением.
— И как это всё понимать? — осведомилась она таким тоном, словно вот-вот бросится на мужчину с кулаками, чтобы отомстить за поруганную честь.
«Но это был всего лишь поцелуй!» — взвыл он про себя.
Он даже руки не распускал!
И это после стольких лет разлуки, когда вместо своей Джуди ему приходилось довольствоваться каким-то суррогатом. Итану стыдно было в этом признаться, но каждая женщина, с которой он путался за эти годы, имела черты сходства с его пропавшей женой. В том числе и последняя из них — бедняжка-Кэт, затаившая на него смертельную обиду за их некрасивое «прощание».
Или последней теперь считалась Джудит из этого измерения?
Самая точная из всех возможных копий.
Нет, она не считается. Всё не зашло слишком далеко!
Слава Богу!
У Итана возникло нехорошее предчувствие, что сейчас ему и так сильно достанется за этот поцелуй. Не остановись он вовремя, не сносил бы головы, а дальнейшее воспитание Эрвина стало бы обязанностью бабушки-социопатки. И всё почему? Потому что его чёртов папаша не смог удержать член в штанах!
Смог, но и облизывать двойника
— Где Мелисса? Она здесь? — пока мужчина грыз себя за содеянное, Джудит расходилась всё больше. — Тебя не смущает уже даже её присутствие? Знаешь, что, Итан Уокер? Делай, что хочешь, а с меня хватит! Я больше не позволю так с собой обращаться!
— Как? — глупо повторил он, поздно спохватившись, что местному Итану то отлично известно, о чём она говорит и почему вышла из себя.
— Как!? — в гневе вскричала девушка. — И ты ещё спрашиваешь?
— Ну…
— Ты не имеешь никакого права смешивать меня с грязью! — выпалила Джудит и вдруг заплакала.
Итана окончательно обескуражили её эмоциональные качели. То ластилась, как брошенная хозяином кошка, то бросалась обвинениями, а теперь ещё и это. Такой резкий перепад температур был вполне в духе его Джуди.
— Джудс, — пробормотал он, захлебнувшись нежностью и тоской.
При виде её слез сердце предательски сжалось. Он сделал то, что казалось правильным и логичным в такой ситуации — попытался снова привлечь её к себе, чтобы утешить, но Джудит выставила ладони перед собой. Её озлобленный взгляд предостерегал от дальнейших поползновений, но внезапно в ней что-то переменилось. Она опять застыла, как в прошлый раз, словно впав в каталепсию.
Внутри неё шла какая-то борьба, и эти глубокие душевные движения отразились в её заметавшихся глазах. Губы мученически изогнулись.
Итану хотелось как-то ей помочь, но он так и не придумал, что сказать.
«Давай-давай, гений, — желчно поторопил он себя, — как на счёт: извини, что местный Итан плохо с тобой обращался, но я не он. Раньше я тоже был мудаком, но, вроде как, исправился. Если тебе нужно поплакать на чьей-то груди — милости прошу!»
«А я пока ещё немного тебя полапаю, воображая, что ты — она».
Последнее точно никуда не годилось.
— Оставь меня в покое, — хрипло выдавила Джудит, будто очнувшись от кошмарного сна, и убежала в дом.
Она оставила ему океан недосказанности и терпкий аромат граната.
«Как же ты жалок», — поморщился Итан, проводив её голодным взглядом. Ему не хотелось, чтобы она уходила. И ещё меньше хотелось возвращаться на этот ужасный приём.
***
После всех потрясений Итан несказанно обрадовался, напоровшись на официанта с подносом шампанского, и схватил не один бокал, а сразу два.
Первый он опрокинул за то, чтобы Аманда Макбрайд свалилась со своих головокружительных каблуков и вдребезги раскроила череп. Второй посвятил Джуди — её грустной версии с красными губами и трагическим надломом роковой женщины из фильмов-нуар. Подле такой, как она, волей-неволей почувствуешь себя Хамфри Богартом, хотя это и не оправдывало триумфального возвращения к прежней гнусной привычке.