Дисконект. Отключи меня от сети
Шрифт:
— Что тебе ещё известно о сыне сестры? — мы встретились взглядами вновь, и теперь женщина очевидно перестала играть роль твари.
"Я вижу покаяние? Или я совсем ослепла и воспринимаю теперь каждого, как человека, а не объект? Чертов Тиен! Всё из-за него!"
— Вера?! — я сложила руки на груди, а она тихо прошептала:
— Мальчика забрали и я не знаю, что с ним случилось после смерти Нади. Я тогда не думала о ребенке. Совершенно… У меня была…
—
Ничего примечательного не было, но я искала то, что мог оставить именно он…
— Он оставлял какие-то вещи тебе? Например…
"Книга? Сборник хайку… Всё завязано на этом чертовом сборнике, стихах из гримерки, билетах на концерты. Он заметил следы, но кто тогда оставлял уйму подсказок? И что, мать его, в этой всей истории совершенно не сходится?"
— Да… — Вера кивнула, а я напряглась.
— Погоди… Дай угадаю! Это сборник японских стихов? — женщина медленно повернулась ко мне, так и не открыв ящик в белой тумбе у кресла.
— Откуда… — состояние Веры опять изменилось и она безумно ухмыльнулась.
— Это любимые стихи моего милого… — любовно прошептала женщина, а потом достала тот самый чертов сборник.
— Чжона?
— Да, — кивнула Вера на мой вопрос, а я взяла книгу в руки и тут же разорвала пополам по корешку.
Женщина вскочила, однако я пихнула её обратно в кресло, смотря на детонатор, который как чёрное пятно, был похож на обычную магнитную ленту.
— Смотри и запомни — правду тебе говорю только я, Вера! — я повернула книгу к женщине, и до нее наконец дошло, что её действительно собирались убить.
Достав сотовый снова, набрала номер Шин Дана тут же.
— Госпожа спец агент, я конечно понимаю, что теперь самый востребованный в этой ситуации, однако у меня…
— В палате Веры детонатор от взрывного устройства! Точно такой же, как от взрывпакета, которым пытались убить меня и Тиена. И это ещё не все новости Шин Дан. Хо Сок — сын Хан Чжон Мёна и Надежды Старцевой. Проще говоря, этот мальчик имеет явную причину мстить всем! Его родителей убили! Однако им явно манипулируют с самого детства. Чтобы так настроить парня и взрастить ненависть…
— И корни дерева уйдут глубоко в землю, если каждый день орошать благодатную почву, в которую высажено оно, — ровным и деловым тоном закончил Даниэль, а я усмехнулась со словами.
— Именно.
— Если добраться до парня, именно он прямая дорожка к тому, кто это всё затеял. А этот человек очень близко. Настолько что мы совершенно не ошибались, когда начинали это всё.
— О чем вы? — я нахмурилась, однако Даниэль лишь резко
— Я запрошу группу сапёров. Очевидно за такую ценную информацию ты пообещала Вере слишком многое. Можешь ей передать, что и домой ей лучше не ехать. Там её прикончат люди Лазарева. Она виновата в смерти их очень хорошего друга и компаньона. За смерть господина Закравского она не расплатилась только потому что до сих пор сидит в лечебнице в Корее. Так что… Всё, что я могу обещать — добровольную ссылку во Вьетнам или Индию. Ей там понравится. Уверяю. Есть ещё вариант — Конго или Нигерии. Пусть выбирает, какой курорт ей больше по душе.
Вера посмотрела на меня пристально-настороженным взглядом. Таким, будто решила, что выбора у нее уже нет. А его не было. В моей голове сложилось всё.
С этого момента, та самая прочная нить обрела личность. Человек, который вёл ко всему и был причиной для всего, стал реален и вполне досягаем. Оставалось только отыскать всех, кто входил в контакт с Хо Соком. Узнать всё о его детстве и понять, кто именно приютил мальчика и стал взращивать в нем ненависть такой силы, которая дала толчок столь ужасающим последствиям, как убийства, доведение до самоубийства, намеренная клевета и весь тот ужас, который происходил вокруг простого развлекательного агентства.
Заговоры? Глобальные вещи, которые могли стать причиной? Политика? Нет… Все причины всегда лежат на поверхности, а всё самое смертоносное и ужасное начинается с простого.
— Вера? — я перебила поток мыслей в своей голове и тишину, которая воцарилась после вопроса Шин Дана.
— Я уеду… Во Вьетнам, — тихо ответила женщина, однако я заметила как на её лице прошлась тень облегчения и злорадства.
— Хорошо, — сухо отрезал Даниэль, а потом продолжил, — Саперы уже в пути. Тебе лучше уйти, Тереза!
В голосе Дана проскользнула сталь и нотки приказа, поэтому я нахмурилась, однако спорить с мужчиной не стала. Положила детонатор на стол и посмотрела на Веру, которая встала тут же с кресла и отошла подальше от книги, которая разорванным куском бумаги и картона, словно пятно валялась на белоснежной поверхности.
Прощаться не было смысла. Кроме того, я не удивилась, что мои последующие слова, которые я произнесла, выйдя из палаты Веры, полностью поддержал Шин Дан.
— Её нельзя отпускать, Шин Дан.
— Она не долетит до Вьетнама, — спокойно ответил Даниэль, а я застыла у выхода на пролет из коридора.
— В каком смысле?
— Это тебя уже не касается.
— Господин Ли…
— Тереза! — резко отрезал Даниэль, а я задохнулась собственными возражениями, ведь в мои планы входила изоляция Веры, но никак не её устранение.
— Шин Дан, ты не судья, и не тебе выносить…