Дисконект. Отключи меня от сети

Ли Кристина

— Это очень опасно, Тиен! Мы не готовы к этому сейчас. У нас нет ни одного наработанного до конца трека. Это пять записей для каждой из групп. Пять альбомов, столько же клипов, но умноженных на три, потому что нужны отдельно музыкальные, отдельно танцевальные. Если открыть агентство опять — это подать прямую заявку на "камбэк-стейдж", а с нами разорвали все отношения любые площадки. Телеканалы откажутся нас брать…

— Лиен Хо, — Чи Джин оборвал мужчину и ровно ответил:

— Это единственный шанс. Если вы начнёте подготовку до награждения на "МАМА",

то успеете создать хотя бы коллаб, который будет способен вернуть всех и сразу. У вас всего месяц до зимы.

Я продолжал смотреть на Тая, который отдал мне письмо, и тихо прошептал:

— Очевидно он доверял тебе настолько, что оставил не только место в которое не впускал никого, но ещё и само агентство. А значит… Нам придется послушать тебя и начать подготовку. В конце концов, рано или поздно это нужно было сделать. Почему не сейчас?

— Только у меня логичный вопрос? — Джин А всё это время рылась в старых вещах Сонбэ, пока не вытащила из одной из коробок блестящий билет, который находился в музыкальном альбоме.

Я уже видел этот билет. Именно его мне прислали с фото в тот вечер.

— Это билет на дебют Сонбэ и Джей-ши? — переспросил Кай, однако ответил Чи Джин.

— Это билет не на дебют, а на мюзикл на Каро Сукиль. Я помню его, потому что мы ходили на этот спектакль всем классом. Билеты одинаковы, потому что делались под группу.

Чи Джин достал диск, а из альбома посыпались открытки, которые тут же дрожащей рукой поднял Тай.

— Какого хера Сонбэ это хранил?

Я взял одну из открыток и перевернул ее, пройдясь взглядом по золотистому тиснению букв, которых не понимал совсем.

— Это же… русский? — переспросил Лиен Хо у Кая, на что тот прочитал содержимое, и перевел нам.

— Меня стенали плети ртов людских и убивало их величье. В моих словах обычных и мирских. Нашли любовь вы неприличной. Но в день, когда горел мой путь, меня топтали не словами. Пытался смерть я обмануть, но забросали вы камнями… И в мертвой тишине, я отыскал ту нежность, что стала мне родней всего. В ней был я счастлив, безмятежен… И в этом чувстве было волшебство. Однако слово убивало сталью, что покрывала раскаленной лавой до кости. Для вас я был всего лишь тварью, которую нельзя спасти.

"Коробка пришла в тот же вечер, когда Сонбэ вывозил последнее из агентства. Скорее всего он знал, что за нами следят, вероятно даже прослушивают. Потому и отправил меня вслед за Терезой. Пока она была в Пусане, меня могли легко убить. Однако он и не подозревал, что мы чуть не погибнем из-за того, что нашла сама Тереза…"

— Всё это время он подсказывал мне что происходит. Постоянно… — я убито выдохнул и присел на корточки рядом с Джин А.

Взял в руки открытки и посмотрел на бледного менеджера Пака.

— Чего мы не знаем, Чи Джин-ши? — задал вопрос, но ответил Ким Тай.

— Когда вы дебютировали, мы уже год работали с Сонбэ. И как раз когда подписали контракт случилось это. Вернулся Хан Джей Мён, и помог вытащить меня из тюрьмы. Я начистил морду

Чон Хван Аю так, что тот попал в реанимацию. В это же время Джей-ши и Сонбэ просто исчезли. С нами работал только менеджер Пак, а Сай-ши вскоре уехал следом за Джей-ши в Россию. Именно тогда мы узнали, что Джей вернулся в Корею для мести за погибшего брата. И с этого момента в агентстве начали происходить совершенно невообразимые вещи. Ли Шин Дан и госпожа Ли превратили агентство в неприступное место, после того как Джей-ши и госпожа Хан чуть не сгорели заживо. Система защиты не только внешней, но и сетевой превзошла все возможные представления. Лично я не видел такого никогда. Как только о нас появлялось что-то в сети, вся информация перепроверялась, а весь негатив и любой буллинг удалялся немедленно. До того момента…

— Пока в систему не вживили "Слепого", — закончил за Ким Тая и опустил взгляд на открытки, — Это по всей видимости…

— Открытки сасэн группы, которую создала больше двадцати лет назад Вера Старцева, — ответил Чи Джин-ши и продолжил, — Однако это пустышка. Вера пожизненно закрыта в психиатрической лечебнице. Единственные, кто может быть причастен ко всему, исходя из того что в твоих руках — Чон Хван Ай и Чон Шии Мин. Последний напрямую, потому что держал бордель, в который этих девочек заманили под видом встречи с обожаемым айдолом.

— То есть, ты хочешь сказать, что имена…

— Имена Сая, Джея и Чжона и любой другой знаменитости использовали чтобы создать бордель, где вынуждали работать белых женщин, — ответил Чи Джин-ши, а у меня волосы на голове встали дыбом.

"Вы марионетки, Тиен. Куклы, которых можно использовать как угодно, а вы и знать об этом не будете…"

— Вера Старцева настолько помешалась на брате Джей-ши, что сожгла его и убила свою сестру. Всё потому что Надя якобы украла ее Чжона. У него и правда… У брата Джея действительно были отношения с этой девушкой.

Я не мог понять, что вообще происходит. Как это всё связать? И почему Сонбэ оставил такую подсказку, когда человек виновный в тех преступлениях сидит в лечебнице?

— Кто-то знает, где Чон Ши Мин и Ки Джун Тэ? Их уже освободили?

— Это не нас нужно спрашивать, Тиен. Это нужно спросить у твоего старшего брата, Чон У Бома. У него война с "Джиллиан", — слова Кая резанули по мне, однако я понял и другое.

— Раз мы здесь, то есть ещё один человек, который точно знает, где его отец, — я посмотрел на Чи Джин-ши, а он кивнул и ответил.

— Наш двойник, с которого уже насмехается вся сеть, действительно артист этого агентства.

— Отлично! Пошли! — я поднялся и первым вышел Чи Джин-ши.

В коридоре конечно же собралась толпа зевак и артистов, которые жутко хотели узнать, что же скрывает таинственный репетиционный зал. Однако я оттуда вынес всего одну вещь. Именно ту открытку со стихом.

"Если ты отправил меня в Пусан и знал, что Тереза тоже будет там, значит ты знал, что мы попадем в твой старый дом… Но у нас не получилось и вместо этого в ловушку угодил не я, а именно Тереза. И попала она туда из-за того, что нашла у Кан Арым!"