Дингир

Касперович Виталий

“Он… точно не человек” – заключил Ардин.

– И часто у тебя такое бывает? – сказал он уже вслух.

– Очень редко, обычно, когда я тороплюсь. Но всё же я пытаюсь избавиться от этого недостатка. Внутренние органы это не задевает, так как я остановил свою самоосознанность на определённом уровне, чтобы не умереть… Ведь, к сожалению, мой разум слишком совершенен для этого человеческого тела.

– 18А, это штаб! – послышалось из кармана Ардина.

Тот вынул небольшое устройство и в него произнёс: – Слушаю?

– Мы

засекли Марка Салена. Высылаю координаты.

– Понял. Конец связи.

Немного ранее. Продуктовый магазин…

Дверной колокольчик запрыгал как сумасшедший, когда молодой паренёк зашёл внутрь. На нём была тёмно-зелёная толстовка с капюшоном, на которую оседала джинсовая жилетка.

Наскочив на дальний стеллаж, щебечущим от тревоги взглядом, он быстро подошёл и принялся выхватывать оттуда пачки с чипсами; одну за другой. Позже себе в охапку он закинул и пару бутылок с водой.

Подбежав к кассиру, он чуть ли не швырнул всё набранное ему на стол. Тот встряхнулся и вылупил глаза на покупателя…

– Давай быстрей, – сказал юноша.

Продавец, не спеша, закрыл журнал и отложил его в сторону. Встав с кресла, он взял лазерный аппарат.

Позади торопливого покупателя сформировалась очередь из трёх парней. Судя по их близким позициям и образному колориту, они были заодно.

– Ну, давай резче, а! – ругнулся на кассира центральный амбал.

– Некоторые о людях вообще не думают. Нельзя же так других задерживать, – поддакивал второй, что держал несколько бутылок водки.

Вскоре накатанное недовольство центрального мужлана перешло на окружение, и он заметил щуплого паренька перед собой:

– Слышь, а ты тут чего встал?..

Вместе с устным нападением юноша ощутил и волну перегара, что тот пустил в него. Однако парень промолчал…

– Ты чё глухой?.. – полноватый мужлан подошёл и встал по правую руку от него.

Парень смотрел на витрину, будто игнорируя крупного дебошира. Позднее и дебошир тоже туда посмотрел: там были разные шоколадные батончики.

– Ну, чё ты хочешь? Чего там высматриваешь? Давай я подскажу!.. Ну, чё ты хочешь? – с полуагрессией восклицал он. С каждой фразой тот вздёргивался: импульс начинался от живота, и заканчивался головой в остром кивке. – Ну, чё ты хочешь? Ну, чё ты хочешь? Давай я подскажу!.. Ну, чё ты хочешь? – как поломанный механизм воспроизводил он заново и заново…

Кассир пробил последний товар:

– С вас 575 рублей.

Хилый парнишка вынул 1000 рублей и припечатал купюру к столу ударом ладони.

– О, ты посмотри, сколько у него бабла?! Всем нам на выпивку хватит хэ-хэ-хэ! – усмехнулся один из троицы.

Приняв сдачу, юноша начал торопливо закидывать провизию в пакет.

– Слышь, ты чё какой не общительный? – сказал ему на ухо главный амбал. – Нельзя так с пацанами!

Думаешь, если деньги есть значит всё можно?

Сомкнув ручки пакета, тот поспешил удалиться из магазина. Но внезапно его ноги столкнулись с препятствием, и он упал на пол. Еду разбросало в трёх метрах, а бутылки с водой укатились на все десять. Придя в себя, пострадавший затылком услышал хохмы той троицы.

Это была подножка.

Вдавив руки в пол, он начал подниматься. Теперь его действия не были пропитаны спешкой. Словно это падение переключило в нём очень чувствительный тумблер.

– Думаешь, что ты здесь хищник?.. – заговорил он, показывая только спину. Но судя по голосу, который звучал сквозь зубы, его лицо в этот момент, просто искажалось от гнева. – Думаешь, раз я слабый, значит можно вытирать об меня ноги?.. Думаешь, раз я не такой как все, то сразу надо унизить, избить?.. Ты… жирный баран! Тошнит! Тошнит! Тошнит!

– Слышь тебе пиз*ы что ли дать? – В недовольстве главный бугай подковылял к парню. С задержкой его догнало невидимое облако перегара…

– Бесишь!.. Бесишь!.. – говорил его затылок. – Не смотри на меня, даже не думай обо мне! Сотрись!.. Не существуй!

– Эй, ты больной какой-то или чё?.. – сказав, громила положил руку на плечо паренька.

– Не прикасайся ко мне! – рявкнул тот быстро развернувшись: глаза юноши были залиты кровью, но чёрные зрачки виднелись хорошо. Ниже расположился звериный оскал и слюни.

Этот лик ударил по восприятию пьяницы и тот шарахнулся на лишние два метра.

– Неправильно, неправильно! Так быть не должно! – держась за голову, выстреливал фразами взбешённый парень. – Папа я не хотел! Не хотел!.. Не смотри на меня так!.. Не бей!

– Ты чего, я не твой отец?.. – пугливо произнёс здоровяк. Далее он обратился к кассиру: – Слышь начальник, может, ты вызовешь этих, в белых халатах? Как их?.. “Психи”, во! Позвони психам!

– Папа, это всё они! Не ты!.. Они меня убивают!.. – кидался парень фразами. – Убери. Убери нож! Я не хотел, не смотри на меня так! Не думай!.. Стереть!.. Сотрись! Сотрись!.. Умри! – вскрикнув, он гневно взмахнул рукой.

Крупный мужчина как пушинка выстрелил собой в стену. Раздался костяной хруст, который был значительно приглушён мясом и плотью. Красные соки увидели свет чуть позднее: они начали течь практически из-за всех щелей – не прекращаясь, как будто бесконечный источник.

Эта смерть была моментальной.

Однако молодой парень на этом не остановился. По взмаху руки невидимая сила вновь подхватила уже безжизненное тело, и далее тот махнул ею вниз – тяжёлая туша повторила данное действие. А потом ещё раз, ещё и ещё… Оболочка этого громилы летала столь легко, словно та вообще ничего не весила, но каждый раз ударяясь о твёрдую плитку, сочный звук говорил об обратном.