Диктатор
Шрифт:
– Рабочий день начинается в 8.00, - практически прорычал он.
Милена решила больше не испытывать судьбу, выскочив из кабинета одного из самых могущественных людей на планете, пока была возможность.
*
Влад ещё какое-то время не позволял себе двигаться, чтобы не наворотить ещё больше дел.
Медленно поднялся с кресла и прошёл к столу. Взял телефон. Набрал номер Макса.
– Да, господин президент, - мгновенно ответил тот.
Была бы беда, если хотя бы замешкался. Влад ещё плохо себя контролировал, а с безопасниками
– Узнать, почему она решила сбежать, - резко бросил диктатор в трубку и отключился.
Глава 17. Чувство вины
- Господин президент, - тряс его кто-то за плечо, пытаясь разбудить. – Господин президент.
– Ангелина, какого чёрта? – потребовал он ответа, узнав голос.
– 7.00, господин президент, - деловито сообщила личная помощница который час, проигнорировав настроение шефа.
Полученная информация с трудом проникала в спящее сознание президента.
Влад накрыл лицо ладонями и сквозь пальцы бросил мутный от недосыпа взгляд на будильник.
– Твою мать, - простонал диктатор.
Проспал. Такое с ним случалось крайне редко. И не важно, что поспать удалось всего пару часов из-за ночной бессонницы, вызванной одной крайне непредсказуемой особой.
Ангелина выпрямилась и отступила, когда убедилась, что диктатор медленно, но верно выпутывается из сетей Морфея.
Он сел, всё ещё потирая лицо и ероша волосы спросонья.
– В зале вас ожидает тренер, - заговорила она, пытаясь помочь процессу пробуждения, заставляя мозг сильного волевого мужчины работать.
– Какой тренер? – поднял он на неё удивлённый заспанный взгляд.
– Фитнес-тренер, - невозмутимо отчеканила помощница. – Которого вы приказали разыскать вчера.
– Ах, да…
Сегодня эта идея не казалась ему такой хорошей.
Она и вчера не казалась хорошей. Он просто действовал, сам не понимая чем руководствуясь.
Чтобы она смотрела на него так же, как на его охрану в Праге, - подсказало что-то.
«Твою мать…», - выругался Медведь, чувствуя, как опять начинает выходить из себя.
Всё-таки изматывающая тренировка – это то, что ему сейчас нужно.
Не смущаясь своей наготы, президент направился в душ.
Ангелина привычно отвела взгляд.
Когда-то давно он пытался затащить её в постель, но она сохранила дистанцию.
Ни она, ни Мили не были ни первыми, ни единственными бабами, которые сказали ему «нет».
«Их было крайне мало, - справедливости ради заметил он, теша своё самолюбие. – Но они были».
Кого-то он после отказа начинал уважать, как Ангелу. Кто-то просто переставал для него существовать. Но Золотарёва…
«Дело было именно в ней – понял он, стоя под душем. – И совершенно не важно, что она делала или не делала».
Выйдя из ванной, он первым
– Доброе утро, господин президент, - отозвался по ту сторону связи Макс, начальник его службы безопасности.
– Ну? – потребовал ответа глава государства.
– Четвёрка ввела Золотарёву в курс дела, относительно порядков вашей приемной, господин президент. У Кати были фото, как доказательство.
– Ах, да, - вспомнил он.
Эти фото, по сути, не предоставляли для него угрозы и не играли никакого значения. Служба безопасности контролировала любое изображение в сети с лицом диктатора. Так же как и газеты, журналы и каждого в стране. Даже если бы эти фото где-то всплыли, Медведю было бы на это плевать. Мили нет. Наверное.
– Удалили? – коротко спросил он.
– Так точно, господин президент.
Теперь всё встало на свои места.
– Очистить приёмную, - приказал диктатор, не задумываясь. – И от шлюх, и от лишней мебели. До начала рабочего дня.
Оказалось, возникшее изначально недоразумение можно было решить сразу, если бы не тяжёлые последствия, которое оно за собой повлекло. И если бы он не убрал за ней слежку, как обещал.
Тот, кто держал в страхе полмира, ещё не знал, как он исправит то, что натворил и вернёт её, но лишние помехи ему не нужны.
– Прошу прощения, господин президент, - осторожно начал Макс, - но для точности исполнения приказа мне необходимо знать: под шлюхами вы подразумеваете…
– Ты никогда не был идиотом, Макс, - бросил Медведь, когда безопасник многозначительно замолчал, ожидая ответа.
– А если ещё раз услышу хотя бы намёк на нечто подобное, голыми руками вырву из твоей поганой глотки язык. Это понятно?
– Да, господин президент.
*
Милена немного опешила, когда зашла в полупустую и кажущуюся от этого огромной приёмную президента.
– Доброе утро, - поздоровалась она с Ангелиной Ивановной. – Что произошло?
– А ты не видишь? – в привычной манере бросила личная ассистентка главы государства.
Не удостоив Золотарёву даже взглядом.
«Ладно», - подумала Милена, проходя за рабочий стол. Не в силах оторвать глаз от пустующего места. Не могла она и не думать о том, что бы это значило. Боясь поверить в то, что она имеет к этому какое-то отношение.
– Доброе утро, - появился в приёмной её хозяин и бросил на Милену хмурый взгляд.
Она успела заметить, как сталь в нём расплавилась под градусом вспыхнувшей злости, прежде чем диктатор привычно устремил его вперёд.
«Что бы ни значили изменения в президентской приёмной, она здесь не причём», - уверилась Золотарёва и, включив ноутбук, решила выбросить, возникшие до этого глупости из головы.
*
Медведев заметил припухлость на её губе и едва не сожрал себя изнутри собственным чувством вины. Всю ночь не покидала и маячившая перед внутренним взором картина красных полос на нежной коже, которое оставило сорванное вчера с неё бельё.