Дикое сердце

Андерсон Кэтрин

— Черт побери!

Эми бросила на него недовольный взгляд. Он оглянулся на учеников и извинился.

— Это школа, — сказала она ему. — Помните об этом всегда.

— Да, мэм, — Свифт встретил ее укоризненный взгляд и улыбнулся. — Ну что же, начинайте меня учить, мисс Эми.

Эми не знала, как это ему удалось, но он изловчился вложить в эти безобидные слова какой-то чувственный оттенок. Она быстро провела короткий урок, безжалостно задав ему огромные классное и домашнее задания, одним из которых было написать все цифры от единицы до двадцати по сто

раз. Догадываясь, что Свифт никогда даже не держал карандаша в руках, она прикинула, что одного этого ему хватит до конца недели. Впервые за все время почувствовав, что берёт верх, она позволила появиться на своих губах мимолетной улыбке.

— Чего она добивается? Чтобы ты через неделю свободно читал Новый завет? — спросила Лоретта вечером, склоняясь над его плечом, пока он усердно выводил свои цифры. — Сто раз в первый же день! Тебе этого хватит на вею ночь.

Свифт сжал и разжал онемевшие пальцы, с отвращением глядя на уродливую семерку, которую он только что написал.

— Мне приходилось обходиться без сна и раньше. А такое большое задание даже лучше. Я быстрее выучусь.

Лоретта осуждающе вздохнула.

— Она пытается отбить у тебя охоту к учебе, вот что я думаю. А это совсем не похоже на Эми. Обычно она так предана своей профессии. — Она потрепала его по плечу. — Не беспокойся. Я поговорю с ней, Свифт.

— Нет. Это только ее и мое дело, Лоретта.

— Но…

— Нет, — повторил он, на этот раз мягче. — Разве это будет честно? А она к кому может обратиться за помощью? К тебе, к Охотнику, к шерифу? Это наша война. Позволь нам самим вести ее.

— Но это совсем другое. У тебя такое же право учиться, как у любого другого человека, а она намеренно делает это невозможным.

— Я как-нибудь переживу, — заверил ее Свифт. — И я не сдамся. Когда Эми поймет, что я правда хочу учиться, она станет учить меня. Но понять это она должна сама.

Эми выбралась из постели и подошла к окну. Протерев запотевшее стекло, она вгляделась в дом Вульфа на противоположной стороне. Слабые отблески света все еще пробивались там через окна гостиной. Она улыбнулась и, довольная, направилась назад, к постели. Он никогда не управится с таким домашним заданием и уж во всяком случае за одну ночь. И он никогда не признает своего провала перед детьми. Мысленно уже распростившись со Свифтом Лопесом в своем классе, Эми поглубже зарылась в перины и закрыла глаза. Заснула она почти мгновенно.

Плывя в черном тумане, Эми перенеслась в прошлое. Только не совсем в прошлое. Ее руки привязаны к колесным спицам фургона, но перед ней не саванна, а собственная классная комната. В полной панике она пытается освободить свои запястья от сыромятных ремней, зная, что вот-вот вернутся команчеро.

— Помоги же мне, Джереми, — звала она. — Чейз, Индиго, кто-нибудь!

На бедра ей легли грубые руки, в кожу впились сильные пальцы. Она откинула голову назад. Сверкая глазами, ей улыбался Свифт.

— Свифт, нет. Только не ты!

— Ты моя, — сказал он, смеясь над ее безуспешными попытками вырваться из его рук. —

Я предупреждал тебя, не так ли? Ты обещала попробовать. Ты больше не будешь давать мне таких больших домашних заданий, Эми!

Ее хлестнула резкая боль. Она уронила голову и пронзительно закричала…

Эми проснулась, дыхание прерывисто вырывалось у нее из груди, пальцы вцепились в одеяло. На мгновение сон и реальность смешались. Когда действительность наконец пробилась через дурман сновидения, она резко села в кровати, спрятав лицо в руках. О Господи!

Эми осознавала, что причиной кошмара стало бродившее в ней чувство вины. Было нечестно задавать Свифту такое домашнее задание. Ее долг учить каждого, кто приходит к ней, а она попыталась таким путем избавиться от Свифта. Если она позволит своим личным чувствам так влиять на нее, она больше не сможет быть хорошей учительницей. А в этом была вся ее жизнь.

Свифт вскинул голову, прислушиваясь, не повторится ли звук, заставивший его вздрогнуть. Взглянув через стол на Охотника, который сидел у камина и что-то выстругивал, он спросил:

— У вас здесь водятся большие кошки?

— Кугуары, — ответил охотник, не поднимая головы от своей работы.

— Похоже, я только что слышал одного. — Свифт изучал профиль своего друга, не в силах взять в толк, как это он услышал этот звук, а Охотник нет. — Ты слышал его? Звучало так, как будто вскрикнула женщина. Да так, что у меня чуть волосы не встали дыбом, если бы я не знал, кто это был на самом деле.

— Это был не кугуар.

— А кто же тогда, черт побери?

Нож Охотника остановился на полпути.

— Мы иногда слышим этот звук. Не о чем беспокоиться, Свифт.

— Что же это за животное такое?

Лоретта перестала раскачиваться в кресле-качалке и перевела свои голубые глаза со шторки на мужа.

— Это не животное, — мрачно ответил Охотник.

Свифт отложил в сторону карандаш, по спине у него побежали мурашки. Он перевел взгляд со встревоженного лица Лоретты на бесстрастное Охотника и вдруг рывком вскочил со стула.

— Не надо, — сказал Охотник, так и не подняв глаз от своего ножа. — Сейчас она уже очнулась, и плохое время скоро уйдет. Ей легче, если никто не знает о ее ночных кошмарах. Она не может удержаться от крика и умрет от стыда, узнав, что все в округе его слышат.

— Легче? — Свифт сжал руки в кулаки. — Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь так кричал. Может быть, кому-то надо побыть с ней?

Охотник наконец поднял глаза, но посмотрел не на Свифта, а на колеблющееся пламя в камине.

— Ты же не можешь видеть, из-за чего она так кричит. Если бы ты смог побывать в ее снах, тогда ты, возможно, и сумел бы помочь, но это не в твоей власти. А сейчас ее сон уже кончился.

На следующее утро Эми точно уловила момент, когда Свифт приблизился к школе. Воздух стал наэлектризованным и плотным, как перед грозой, когда трудно дышать, а все живое замолкает в ожидании. Даже дети притихли. Она не поднимала глаз от стола. Темная рука проплыла у нее перед лицом.