Дикое сердце

Андерсон Кэтрин

Охотник и шериф Хилтон расстались со Свифтом и Эми на окраине Селения Вульфа. Они направились в город, чтобы набрать добровольцев, вернуться с ними к этой старой надшахтной постройке и увезти оттуда тела пятерых бандитов. Свифт извинился, что не может поехать с ними — ему надо было остаться с Эми и «дать ей прийти в себя».

Не обращая внимания на ее протесты, он снял ее с лошади и донес на руках до дома. Уложив ее на софу, он зажег огонь в печке, а заодно и в камине. Покончив с этом, он поставил на плиту кофейник. Потом вернулся к ней

и осмотрел ее царапины. Его забота ни на секунду не обманула Эми. Она слишком хорошо знала Свифта, чтобы не понять выражения его глаз. Он явно искал предлога, чтобы объявить ей о том, что уезжает.

Конечно, она понимала, почему он не захочет остаться здесь. За ним все время тянулся след прошлого, и ему постоянно надо было быть начеку. Это не жизнь для женатого мужчины. Ей очень не хотелось признаваться в этом, но ее приключение показало, что она не может быть в безопасности ни дома, ни где бы то ни было. Разве после всего случившегося он не вправе решить, что она будет счастливее, оставшись одна в Селении Вульфа? Даже если жители городка никогда не простят ей этой истории, у нее останутся Охотник и Лоретта.

Но для Эми на самом деле все было не так. Сегодняшний урок был страшным, но она уже проходила его прежде. Все, чем она дорожила теперь, заключалось в Свифте. Без него эти ее дурацкая безопасность и материальное благополучие не значили абсолютно ничего.

Пока он ходил наливать им по чашке кофе, она решила, что совсем не время ей валяться на софе, и перешла в спальню. Буквально через несколько секунд там, в поисках ее, оказался и Свифт.

— Что ты тут делаешь? — спросил он.

Она отвернулась от гардероба, держа в руках пару панталон.

— Собираюсь. Мне, наверное, не надо брать больше, чем пару перемен? Я никогда еще не оказывалась в бегах.

Его взгляд остановился на белье, которое она держала в руках. У него дернулся кадык, и он отвернулся. Свифт не стал делать вид, что не понимает ее слов.

— Эми, ты не представляешь, во что ты влезаешь. Все слухи, которые возникли сегодня вокруг тебя, скоро умрут сами собой. Здесь, в Селении Вульфа, у тебя есть… — Она оборвал сам себя и обвел рукой дом. — А со мной ты никогда не будешь знать, откуда взять кусок хлеба на следующий день. И вообще, доживешь ли ты до следующего дня.

Нарисованная картина произвела впечатление на Эми. Но через несколько секунд первоначальная решимость отмела ее страхи.

— Свифт, пойми одну простую вещь. Один день с тобой для меня равен всей жизни без тебя.

Он остановил на ней свой взгляд. Она увидела, как в глубине его глаз блеснула надежда.

— Дорогая, я знаю, что ты любишь меня. И тем не менее я не могу просить тебя бежать со мною. Есть предел, до которого можно доказывать искренность своих чувств. А что, если ты забеременеешь? Или заболеешь?

— Мы где-нибудь отлежимся. — Она надула губы. — И вообще, что нам мешает поменять фамилию Лопес на другую и начать новую жизнь где-нибудь в другом месте? У меня

всегда было желание посмотреть на Калифорнию. Говорят, там хорошо поставлено шахтное дело. Или, может быть, стоит попробовать Неваду.

— Ты правда хочешь уехать со мной? Я думал… После всего, что ты сказала, я не думаю, что…

У Эми дрогнуло сердце. Неужели ее любовь он и сейчас считал такой ничтожной?

— Ты думал неправильно, Свифт. Я еду с тобой. Только попробуй бросить меня. Мы же женаты, ты помнишь об этом? Куда поедешь ты, туда поеду и я. Так нам написано на роду. Все, что есть у меня, — это твое, все, что есть у тебя, — мое. Ты знаешь, как это бывает. А значит, все твои проблемы — и мои тоже.

— Но все, чем ты так дорожила, — твоя безопасность здесь, твой дом… У тебя ничего этого не будет. Если тебя так беспокоила мысль, что придется целиком зависеть от меня здесь, в Селении Вульфа, как же ты будешь себя чувствовать где-нибудь за тысячу миль отсюда, где не будет никого, на кого можно положиться, кроме опять же меня? — Он долго смотрел на нее. — Прежде долго и хорошо подумай. Если ты уедешь со мной, я, наверное, уже не смогу быть столь благородным, чтобы отпустить тебя домой, когда ты вдруг потом передумаешь. Я лучше прямо сейчас обрежу все концы, чем снова проходить через все это.

Сунув свои панталоны под мышку, Эми прошептала:

— Мой дом там, где ты.

Слезы наполнили ее глаза. Она медленно прошла через комнату к нему.

— Пожалуйста, не бросай меня, Свифт, — тихо сказала она.

Она застонал и схватил ее в свои объятья, сжав так сильно, что она задохнулась. Панталоны упали на пол.

— Бросить тебя? Эми, любимая, я думал, что ты этого хочешь. А для меня проще вырезать себе сердце.

— И разбить при этом мое, — всхлипнула она. — Пока этого не случилось, пусть оно побудет целым хоть какое-то время.

Она почувствовала, что он улыбается, и поняла, что смогла убедить его. Сердце команча никогда не знало страха и всегда было преисполнено чувства собственного достоинства. То, что ей дал Свифт, отнять у нее было уже нельзя, разве что она сама позволит это.

Она поднялась на цыпочки.

— Я люблю тебя, Свифт.

— И я…

Громкий стук в дверь прервал его.

— Что там еще такое? Эми улыбнулась.

— Теперь ничто не может катиться под гору. Все может стать только лучше.

Он несколько расслабился и отодвинулся от нее.

— У меня не получается верить в это.

Они вместе пошли открывать дверь и обнаружили на пороге шерифа Хилтона. Сдвинув свою шляпу на затылок, он одарил их радостной улыбкой.

— Мне подумалось, что надо заскочить к вам и поделиться последними новостями.

Свифт шире открыл дверь.

— Заходите, чего мерзнуть.

— Да нет, и так хорошо. Я всего на несколько секунд. Мне еще надо побывать у Крентонов и посмотреть, как там Алиса и дети. — Он опять улыбнулся. — Занятие не из веселых, но кто-то должен это делать.