Дикий

Рымин Андрей Олегович

– То есть дело даже не в том, что они своих предупредят, и за нами погоню устроят?

– Не в том, – согласился Грай. – Тут пока за реку, пока обратно – за это время мы уже затеряемся, и ищи нас свищи. Дело в мести.

И на последних словах глаза дикого блеснули такой лютой ненавистью, что я сразу же обо всём догадался. Не Ферца он спасать согласился, свои у него мотивы. Вот хитрый жук! А обставил всё так, будто это я решение принимаю.

– Я всё понимаю, – с укоризной покачал головой я. – Месть – это важно. Но мы же здесь не за этим. Наша задача: побыстрее добраться до земель твоего рода, так? Может,

всё же отложишь свою священную войну на потом? Давай в этот раз мирно разойтись попытаемся. Не хочется подставляться лишний раз. А что, если они Ферца прирежут, когда поймут, что мы оба скоростники и уйти им без шансов?

– Не поймут, – хмыкнул Грай. – Не успеют. Поговорить хочешь? Ну поговори, не вопрос. Согласятся разойтись без драки, так и быть отложу свою месть. На мой век Хартов хватит. Но, если в тебя стрелы полетят, поступаем по-моему. Всех валим – и тела в реку. Договорились?

– Договорились.

Тон дикого подсказывал мне, что закончится всё вторым вариантом – уж больно он легко согласился и больно уверено звучали его слова. Но не попытаться решить дело миром я не мог. И так уже на мне куча трупов. Давить начинают. Не хочется превращаться в расчетливого хладнокровного убийцу, которому десяток человек, пусть даже и условных врагов, завалить – обыденность.

До заката ещё оставалось достаточно времени. По мнению Грая, переправу похитители Ферца организуют сегодня. Значит ждать уже всего ничего. В сумерках они на воду точно не сунутся. Тем более, что дикий упомянул некую подготовку, предшествующую пересечению реки. Вроде как перед тем, как плыть, надо отвлечь местных хищников. В подробности я не вдавался. Нам в воду не лезть.

Впрочем, вскоре я и без пояснений догадался, что речным тварям нужно принести жертву и пока те будут заняты её поеданием, валить на ту сторону. Или чем ещё объяснить толстую дохлую гусеницу и столь же безжизненного кузнечика, которых появившиеся на берегу люди вытащили на пляж.

Грай не ошибся – одиннадцать человек, если не считать примотанного к жерди Ферца. Всё с копьями и луками. У некоторых ещё и клевцы. Одежды по минимуму: укороченные штаны из грубой зеленоватой материи и жилетки того же цвета. Волосы длинные, но затянуты в хвосты. На ногах смесь берцев с мокасинами из светлой, как бы не человеческой кожи. Связанный из высушенных толстых стеблей плот сразу вытащили на песок и сгрузили на него поклажу. Помимо похожего на веретено пленника, груз Хартов включал в себя несколько объёмистых свёртков, весьма тяжёлых на вид и потёртый плуг. Видать железо, и правда, ценилось у местных в любом варианте. Не поля же они у себя посреди джунглей распахивать собираются.

Несколько человек принялись сноровисто разделывать заготовленных сектов широкими пилами-ножами. Другие подволокли плот ближе к воде. Сразу видно, опасные ребята, бывалые. Нашего плюс-минус возраста двое, остальные все старше. Одни мужики, женщин нет. Пожалуй, пора выходить. Я осторожно выбрался из укрытия, быстро проскочил кромкой леса половину дистанции и, больше не прячась, ступил на пляж.

– Эй, уважаемые! – крикнул я, разведя в стороны пустые руки. – Поговорить надо.

Клевцы на бёдрах – пусть видят. Если что, выхватить – секунда. Только вот кажется мне, что останусь я без ответа. По крайней мере словами. Луки уже сдёрнуты со спин,

стрелы наложены на тетивы, глаза прищурены, лица хмуры.

– Ты кто такой? – всё-таки решил поболтать с чужаком один из мужиков.

Другие в это время уже растягивались дугой, постепенно меня окружая. Пусть, пусть. Ничего страшного. Ресурс с маной полнёхоньки. Преимущество мага моего дара над простым человеком слишком велико. И каменную кожу, если надо накину, и стрелы их на шурсе переловлю. Да и пополнить запасы есть где – этот говорливый оказывается из наших. В смысле двадцать шестая ступень. Знать бы ещё какой дар у дядьки.

– Силар с древа, – постарался я придать голосу максимум спокойствия. – У нас тут с вами недоразумение вышло. Вы по ошибке пленили моего человека. Отпустите его, и мы пойдём дальше своей дорогой. В ваших землях мы ненадолго.

– С ним ещё девка была, – вместо ответа бросил мужик своим. – Смотрите в оба!

Окружение тем временем продолжалось.

– Ну так что, разойдёмся миром? – уже зная ответ, спросил я. – Мне бы не хотелось вас убивать.

Некий условный сигнал, который я проглядел, сорвал стрелы с места. Раз – и дружный стук доказал, что моя реакция быстрее их луков. Каменная кожа спокойно приняла залп на себя и пропала, уступив место шурсу. Извините, ребята, я хотел по-доброму, но, видно, в этом мире про благородство, жалость, человечность и заповедь «не убий» мне придётся забыть. Выпускаю Александра на волю.

Дабы иметь под рукой запас ресурса и маны, бросаюсь не к их командиру, а к крайнему слева бойцу. Почему к левому? Наверное подсознательно понял, что первыми нужно перебить тех, кто стоит ближе к лесу. Гоняться за решившими драпануть по местным кучерям не хотелось. А не гоняться нельзя – фиг с ней с граевой местью, тупо будешь потом постоянно ждать стрелу в спину.

Но Харты пока не спешили спасаться бегством. Наоборот, развороченный череп сородича, казалось, только озлобил ребят. Кино на замедленной перемотке, в которое превратился мир, показывало мне движения воинов, пытающихся достать меня копьями. Бедолаги. У них нет ни единого шанса. Пока у меня не закончится бензик для шурса, я для них недосягаем, как линия горизонта. И не важно, что их десять на меня одного.

Раз – голова следующего Харта взрывается мозгами и кровью под ударом клевца.

Два – в груди моего очередного противника появляется несовместимая с жизнью дыра.

Три – на обратном движении рассекаю горло ещё одного.

Четыре – остриё в глаз, и двигаюсь дальше.

Пять – в затылок с другой руки.

Шесть – перелетаю на противоположный фланг, и с короткого замаха в сердце.

Семь – опять голова.

Восемь – грудь.

Девять – горло. Это не бой, это бойня.

Десять…

Десятого нет. Бросаюсь к лесу. Не вижу. Обратно. Мана закончилась.

– Сверху!

Крик Грая спасет меня. Уже в обычном режиме я едва успеваю увернуться от брошенного откуда-то сверху копья. Левитант!

Командир Хартов в десятке метров над головой, но промах – его последнее действие в этом сражении. Силар уже отвернулся и со всей доступной ему скоростью несётся прочь. Судя по всему маны ему как раз хватит, чтобы перелететь на тот берег.

– Ушёл, – недовольно вздыхает Грай, подоспевший к месту сражения слишком поздно.