Дикий лес

Мэлой Колин

— Скажем так, Кертис, мой сладкий, что я не по своей воле здесь оказалась, — ответила губернаторша, — и сначала я была глубоко несчастна, но вскоре поняла, что мое изгнание сюда, в Дикий лес, было предопределено судьбой, что так распорядились высшие силы. Мои палачи стали моими освободителями.

Где-то вдали сломалась ветка, и звук ее падения эхом разнесся по лесу. В кустах неподалеку во все горло распевала птица.

— В Диком лесу, в этом заброшенном краю, я увидела образец нового мира. Возможность вернуться к давно забытым ценностям, которые дремлют глубоко внутри нас, к зову дикой природы. Я подумала: если у меня получится приручить и направить

ее мощь, я сумею построить в лесу порядок из хаоса и управлять этой землей так, как должно.

— Я не совсем уверен, что улавливаю суть, — сказал Кертис.

Губернаторша рассмеялась.

— Всему свое время, — сказала она. — В свое время ты все поймешь. — Она обернулась и снова посмотрела на Кертиса. Стальной взгляд ее сверкающих глаз стал жгучим. — Мне нужны такие соратники, как ты, Кертис. Я могу на тебя рассчитывать?

Кертис сглотнул.

— Наверно, да.

В улыбке Александры появилась задумчивость. Она все не отводила взгляд от лица Кертиса.

— Какой мальчик, — тихо сказала она, будто говоря сама с собой. — Неужели это сходство — просто совпадение?

— Извините, что? — спросил Кертис, смутившись больше прежнего.

Губернаторша несколько раз моргнула и нахмурилась.

— Но хватит терять время! На передовую! — И пришпоренный конь стремительно прыгнул в овраг и поскакал к противоположной стороне. Кертис изо всех сил обхватил талию Александры и сжал зубы. Деревья проносились мимо. Они ехали еще добрый час и наконец добрались до небольшой поляны на вершине холма. Там был разбит небольшой лагерь, в круг стояли палатки. Один из койотов, заметив Александру и Кертиса, поспешил к коню и принял поводья, давая губернаторше возможность спешиться. Кертис, которому никто помогать не торопился, перекинул ногу через круп коня и неловко соскользнул на землю, едва не упав.

— Батальон на позициях, мэм, — отрапортовал солдат, отдавая им честь. — Ожидает дальнейших приказаний.

— Разбойники появились? — спросила вдовствующая губернаторша, завязывая на поясе ремень, который ей подал другой солдат. На поясе в ножнах висел длинный, тонкий клинок. Солдат также вручил ей потрепанную временем винтовку. Она заглянула в дуло и проверила прицел.

— Так точно, мэм, — ответил солдат. — Группируются на дальней гряде.

Повесив винтовку на плечо, губернаторша улыбнулась.

— Покажем этим головорезам, кто хозяин Дикого леса.

Кертис тем временем топтался возле лошади, не в силах оправиться от скачки. Выйдя из транса, он заметил, что один из койотов так и стоит перед ним навытяжку.

— Вольно! — повторил Кертис команду, которую слышал в бесчисленном количестве фильмов о войне. Солдат покорно пошел прочь, и на мальчика вдруг накатило веселье. Захотелось улыбаться. — Вольно… — шепотом повторил он.

— Кертис! — крикнула ему губернаторша из толпы солдат. — Не отходи от меня!

Положив ладонь на эфес шпаги, Кертис поспешил к Александре.

* * *

Комната была простой, скромной и, поскольку единственная располагалась под самой крышей Северной башни особняка, полукруглой. Блеклые стены украшало несколько гравюр в рамках. На одной был изображен страшный шторм и парусник, который, накренившись и обнажив киль, пытался обойти огромный утес. На другой — пасторальная сценка: поляна с огромным корявым деревом посередине, по сравнению с которым все казалось маленьким. Вокруг дерева расположились люди, их головы лишь слегка поднимались над могучими голыми корнями. Прю какое-то время полюбовалась картинами, наслаждаясь изяществом

штрихов, но вскоре ее захлестнула усталость, и девочка рухнула на кровать. Пружины матраса недовольно заскрипели. Схватив единственную подушку, Прю уткнулась в нее лицом и вдохнула затхлый запах. До этого момента ей и в голову не приходило, что она так страшно вымоталась. Не успев додумать эту мысль, Прю провалилась в глубокий сон.

Проснулась она от того, что поначалу показалось ей мощным, титаническим порывом ветра, словно внезапно налетела летняя гроза с ураганом. Вскоре Прю поняла, что на самом деле это хлопают крыльями сотни птиц.

— Вороны! — в полусне воскликнула она, спрыгнула с кровати и бросилась к окну. Глазам предстала самая огромная и пестрая стая, которую ей только приходилось видеть. Птицы закручивались вихрями и образовывали текучие узоры на фоне неба. Головокружительное множество птиц — поползней и соек, стрижей и орлов — толкалось, воюя за место в воздухе. Среди клекота и щебета Прю услышала крики “Дорогу!” и “Он уже близко!” и вытянула шею, пытаясь разглядеть, из-за чего весь шум-гам. Внизу, на пороге, царило лихорадочное оживление — весь персонал бешено носился туда-сюда через двойные двери. Подняв глаза, Прю заметила, что по подъездной дороге, которая дугой тянулась через пышный газон, к зданию направляется процессия. Все ее участники, впрочем, находились в воздухе: свита состояла из множества маленьких коричневых зябликов, и окружала она невероятно крупного и величественного виргинского филина.

Когда процессия подлетела поближе к входу, двойные двери распахнулись, и Прю узнала силуэты губернатора-регента и его помощника, Роджера. Оба шагнули вперед, чтобы поприветствовать гостей. Филин, размерами почти не уступающий тучному губернатору, двинулся к дверям, а зяблики расселись по деревьям и карнизам особняка. Губернатор низко поклонился. Пестрая серо-бело-коричневая птица опустилась на тротуар и кивнула, сверкая горящими желтыми глазами. Роджер слегка наклонил голову и жестом пригласил ее внутрь, и все трое скрылись в здании.

— Ух, — выдохнула наконец Прю. — Вот это красавец.

— Филин Рекс, [7] — раздался у нее за спиной женский голос. — И правда очень красивый, да?

Прю подскочила и обернулась. Оказывается, пока она стояла у окна, в комнату вошла горничная и принялась раскладывать в ногах постели полотенца и халат. На вид девушке было лет девятнадцать, одета она была в старомодный фартук и платье.

— Ой! — сказала Прю. — Я не слышала, как вы вошли.

7

Rex ( лат.) — король.

— Не беспокойся, — отозвалась та. — Еще секунду, и я исчезну.

Прю посмотрела в окно: суета внизу потихоньку затихала.

— Вот это было представление, — сказала она наконец. — Столько птиц.

— О да, — согласилась горничная. — Никогда раньше не видела, чтобы усадьбу посещал сам филин. Обычно на переговоры из княжества присылают птицу пониже рангом. Не думаю, что филин вообще хоть раз забредал в Южный лес. Хотя, наверное, нужно сказать “залетал”, правда? — Она рассмеялась и пожала плечами. — Слушай, не хочу надоедать, но… ты ведь из Внешних, да? Ты та самая девочка, про которую все сейчас говорят?