Дикий Космос
Шрифт:
Было что-то приносящее глубокое удовлетворение в этом, принятом к исполнению, плане.
В мертвой тишине своего офиса он не мог слышать звуки сирен, крики, вопли, ужас. Но ему не было нужды слышать это. Он мог видеть, и чувствовать это в Силе.
Темная сторона была замечательной штукой.
Он перенесся обратно от плодов мечтаний к хроно на своем столе. Ах. Почти время. Отвернувшись от огромного транспаристилового окна, от панорамы смерти, нарисованной им с таким мастерством, он достал свою темную закрытую мантию из личного платяного шкафа, проскользнул
«Учитель», — сказала, кланяясь, голограмма Дуку. На самом деле, человек должен был становиться на колени, но в данном случае была сделана скидка на возраст. По крайней мере, на некоторое время. «Вы знаете о нашем новом успехе?»
«Да, Дарт Тиранус,» — Сидиус ответил. «Я наблюдал за происходящим с некоторым интересом. Недурственно.»
Похвала от Лорда Ситхов была редкой наградой, и Дуку позволил себе продемонстрировать удивление. «Мой лорд, вы меня обижаете.»
И вы надоели мне, но давайте не станем углубляться в это. Не сейчас. «Как обстоят дела с генералом Гривусом?»
«Он, сейчас, собирает свою новую армию дроидов, мой лорд. Он стремится вновь вовлечь джедаев в сражение.»
«Ключевым условием операции является то, что он не должен связываться с джедаями, Тиранус. По крайней мере до тех пор, пока Ботавуи не окажется крепко в его объятиях. Как только Ботавуи свалиться к нам, они бессмысленно растратят свои силы в попытке отвоевать ее. Мы стремимся к смерти для многих джедаев, мой ученик. Напомните об этом Гривусу. Напомните ему, что он едва ли незаменим.»
Дуку снова поклонился. «Мой лорд, я исполню это.»
Отключив гололинк, Дарт Сидиус засунул передатчик обратно в карман плаща, а плащ повесил на его вешалку в платяном шкафу. Ему нравилось держать свои вещи аккуратными и опрятными. Всему свое место и время.
Его настольный голопад зазвонил, и он переключил выключатель. «В чем дело?»
Голограмма Мас Амедды поклонилась. «Мой господин, меня достигло известие, что Оби-Ван Кеноби был ранен в одной из террористических атак.»
Оби-Ван? В самом деле? «Не говорите ‘террористы’, Мас Амедда. Это такое пристрастное, эмоциональное слово. Оставьте подобные слова, вроде этого, нашим грозным друзьям из службы новостей Голонет.»
Мас Амедда кивнул. «Мой господин.»
Дарт Сидиус посмотрел вниз, его мысли бурлили. Мас Амедда знал, что подобный жест означает желание завершить разговор. Гололинк разъединился. По прежнему не раскрытый, он поднял взгляд, зная, что красный огонь зажегся в его глазах. Оби-Ван ранен? Так этот праведный, лицемерный, неугомонный джедай ранен?
Хорошо.
Он позволил себе выскользнуть из плоскости обыденного, погружая свой разум в несравненный поток темной стороны. Где был Анакин? Что он чувствовал?
... боль... страх... гнев... вина...
Превосходно.
Мог ли Кеноби умереть? Нет... нет, что было грустно. Но такой поворот событий был, безусловно, удобен..., что-то, несомненно, могло бы из него получиться,... что-то полезное. Что-то... необратимое.
Пришло время, когда он действительно начинает подпитываться темной стороной.
Откинувшись назад, сплетя пальцы, Дарт Сидиус приступил к исследованию вероятностей.
Анакин собирался направиться прямиком в Залы Исцеления Храма и ожидать там прибытия Оби-Вана. Он передал Йоде сообщение Оби-Вана. Зачем еще Анакин Скайуокер мог понадобиться Совету? Незачем. Но Оби-Ван нуждался в нем. Даже без сознания он бы знал, что его бывший падаван рядом с ним. Так же, как он знал, одурманенный после своего злополучного поединка с Дуку, что Оби-Ван и Падме вдвоем заботятся о нем.
Но Йода и слышать не желал об этом.
«Не целитель ты, юный Скайуокер. Отчитаться перед Советом, ты должен,» приказал он своим обычным властным, раздражающим и напыщенным тоном. Делая заявление с которым каждый, как предполагалось, должен согласиться без вопросов, просто потому что он прожил намного, намного дольше.
Было созвано полное заседание Совета, на которое явились все магистры, хотя три четверти их присутствовали виртуально, в виде голограмм. Ки-Ади-Мунди находился так далеко, почти на самой границе исследованной галактики, возле Бараба I, расследуя некие угрожающие слухи, что его голограмма была похожа на тень, а его голос походил на шепот.
«Доложи Совету, Анакин, что Мастер Кеноби рассказал тебе,» обманчиво мягко сказал Йода, наполовину прикрыв глаза.
Анакин был способен контролировать свой гнев, вот просто... Это было бессмысленно. Пустая трата его времени. «Да, Магистр Йода.» Он окинул Совет раздраженным взглядом. «Оби-Ван рассказал мне, что Гривус планирует напасть на Ботавуи.»
«Гривус?» переспросила Ади Галия, столь же прекрасная на голограмме, насколько и во плоти. «Ты уверен?»
«Что, вы думаете, я это выдумываю?» набычился он. «Да. Гривус. Так он и сказал.» Снова, он окинул Совет взглядом, на сей раз более резким. «И меня не интересует. насколько сумасшедше это звучит, вы должны верить ему. Он был в агонии, и все, что его интересовало, это уверенность, что Магистр Йода получит сообщение. Сообщение прибыло от Декса. Что означает, это правда. Гривус планирует вторжение на Ботавуи.»
«Это значит,» — произнес Ит Кот, голограмма которого дрожала от помех, «что Оби-Ван думает, что это правда, юный Скайуокер. Твой бывший Учитель мог ошибаться... или быть введен в заблуждение.»
Анакин никогда не мог смотреть на Мастера Забрака без дрожи отвращения. Даже не видя нанесенного на его лицо грозного узора он вспоминал красно-черного Ситха, убившего Квай-Гона. Даже при том, что он лишь раз мельком видел то ужасное лицо в ангаре на Набу, он никогда более не забывал его.
«Ошибаться?» — переспросил он, не заботясь больше, будет ли заметен его гнев. «Я так не думаю. Что же касается Декса, он бы никогда не солгал Оби-Вану.»