Дикие
Шрифт:
– Хороший песик, а?
– Лесник вздернул Василия на ноги, усмешливо глянул в лицо.
– А ведь ты, уродец, даже не понимаешь, как рисковал. Отбежал бы еще метров на пятьдесят, и огреб бы от него по самую маковку. И я бы уже не успел.
– Это я понял… - прохрипел Гринев. По лицу и рукам его стекала кровь, на замершего вблизи пса он старался не смотреть.
– Ну, что ж, если ты такой понятливый, пошли.
– Лесник потянул пленника за рукав.
– Куда это?
– Как куда? С другом
– Это он умеет.
– Вот-вот! Значит, надо спешить. Или того хуже - сам сорвется в бега. Уж его-то Волк точно загрызет.
Аргумент был весомый, и Василий без понуканий зашагал к избушке…
Собственно, Лесник не очень-то ошибался, делая предположения насчет намерений Зимина. Стас и впрямь готовился повторить прыжок Гринева, благо дым во многом работал против самих осаждающих. Но он не спешил, желая окончательно убедиться, что у Василия все получилось. Но, увы, его поджидало разочарование. Очень скоро стрельба смолкла, и в наступившей тишине раздался знакомый насмешливый голос:
– Все, стрелок, кончилось твое время. Давай на выход!
– Кто это там каркает?
– А вот выйди и познакомимся. Об одном тебя прошу: не дури! Я условий выставлять не буду и считать не хочу. Скажешь: нет, - возьму и грохну твоего приятеля. А потом и избенку твою всерьез подпалим.
Стас в досаде ударил кулаком по бревенчатой кладке. Случилось то, чего он более всего боялся. Гринев угодил в их руки - и гораздо быстрее, чем он думал.
– Ну? Чего примолк?
– Пусть сначала мой друг подаст голос.
– А как же, обязательно подаст, можешь не сомневаться…
Видимо, Гринева пнули или ударили прикладом, потому что он немедленно отозвался:
– Тут я!
– промычал он.
– Ты уж извини, но у них тут не псина, а зверь. Верно, она и завалила моего Лордика.
– Она, она!
– радостно поддакнул все тот же насмешливый голос.
– Так что не кобенься, красавчик. Хочешь сохранить жизнь своему приятелю, выползай. И не шути с нами! Мы двоих по вашей милости потеряли, так что цацкаться не будем.
– А если сдамся, жизнь сохраните?
– Стас нарочно тянул время, лихорадочно перебирая в уме возможные варианты спасения. Увы, все сейчас было против. Пес его не слишком пугал, но даже успешный побег означал неминуемую гибель Василия, а на это он, конечно же, пойти не мог.
– Сохраним, касатик, сохраним. Ты только пушечку свою в окно выкинь. Пушечку и нож…
Спорить было бесполезно, и, выбросив «Стечкин» с ножом, Зимин двинулся к выходу.
Глава 6
– Поняла теперь, на ком тут все держится?
– Мариночка в возбуждении
– Гипноз! Самый обыкновенный гипноз! По всему выходит, что наша милая графиня является патронессой двух криминальных бригад! При этом одна команда работает в городе, другая - в лесу.
– Ты что, всерьез веришь в ее графство?
– А ты посмотри на ее руки, посмотри на вышивки, которые делают ее работницы.
– Мариночка продолжала возбужденно метаться.
– А где они тут обитают, обратила внимание? Весь этот сброд живет чуть ли не в землянках, и только у нее двухэтажный дом со всеми удобствами. Ванна, газ, камин и даже люкарна.
– Какая еще люкарна?
– Люкарной называют художественное обрамление чердачного окна.
– Терпеливо пояснила Мариночка.
– Но это так, к делу не относится. Важно, что у Горбуньи явно просматривается тяга к роскоши. Так сказать, ностальгия по прошлым графским временам. Вот она и здесь пытается держать марку.
– Погоди, погоди, а как же Атаман?
Мариночка медленно прошлась по комнате, неспешно развернулась.
– В том-то и кроется фокус, что Атаман, как мне кажется, всего лишь ширма.
– Ширма?
– Ну, да. То есть он, понятно, так не думает, но Горбунье на его мысли плевать. С самой высокой колокольни. Не знаю, как ты, а я в ее историю верю. Даже в то, что она крутила любовь с Алексеем Толстым. И я больше чем уверена, что старуха хочет кому-то крепко отомстить.
Маргарита удивленно приподнялась на кушетке, чуть поморщившись, поставила раненую ногу на пол.
– Но кому? Кому он хочет отомстить?
– Пока не знаю, - Мариночка азартно прищелкнула пальцами.
– Только нюхом чую, что враг у нее имеется. Враг давний и заветный.
– А, по-моему, ты фантазируешь. Скорее, это бандиты используют ее дар. Используют так, как им хочется.
– Конечно, используют! Что им еще остается! А она им в этом еще и подыгрывает.
– Не понимаю, откуда ты взяла это?
– Здрасьте! Да она же сама нам в этом призналась! Вчера, на этом самом месте! Правда, почему?
– вот этого я в толк не возьму. Сама вспомни, сколько всего она нам порассказала - и про жизнь, и про сестру, и про сталинские застенки.
– Ну, это-то как раз понятно.
– Маргарита тряхнула головой, отбрасывая со лба волосы.
– Ей же тут тоскливо, практически никого под боком - вот и хочется поговорить по душам.
– Но мы ведь с тобой можем и проболтаться.
– А кому? Этим заросшим по самые брови упырям? Или Атаману, которого мы в глаза не видели?
– Тут ты, пожалуй, права… - Мариночка нехотя кивнула.
– Хотя сдается мне - тут у нее тоже дальний прицел. Хочет графиня нас с тобой к делу подключить.