Дикие питомцы
Шрифт:
У Сэма на голове каска с держателями для пивных банок. Когда я вошла, он протянул мне соломинку, а я сделала вид, что не заметила.
Пить из банок ниже вашего достоинства, миледи?
Ниже даже твоего.
Ох, он хватается за грудь. Какая у тебя классная прическа! Мне нравится.
Я закатываю глаза. Хорошая попытка.
Стоит вторая неделя ноября, на улице целый день льет. Трамп победил на выборах. Большую часть выходных я лежу в постели лицом к стене. К вечеру в Вотсап начинают прилетать сообщения.
Лекси, 19:04: Я впервые
Лекси, 19:24: Конечно, я не думала, что все на свете разделяют мое мнение. Ничего подобного. Но я полагала, что хоть в каких-то фундаментальных вещах мы с народом сходимся.
Эзра подсел на Airbnb. Присылает мне ссылки на дома, аренда которых стоит пару миллионов фунтов. Ветряные мельницы, перестроенные часовни. Вот в этом хватило бы места, чтобы устроить нам с тобой по кабинету. Представляешь, ты могла бы писать в башне! Мы уже много лет мысленно обставляем наш воображаемый дом. У него обязательно будет чердак, а рядом – маяк. В какой-то момент Эзра хотел даже разрисовать его под транспортный контейнер. Но тут я наложила вето. Мы уже так долго прожили в этом воображаемом доме, что знаем каждую трещинку на ступеньках. Стопки книг и нот, деревянные полы, камин, голубая входная дверь. Эзра пристроил к дому студию со звукоизоляцией. А я требую, чтобы в саду у нас стояло круглый год подогреваемое джакузи. А наверху, куда мы запретим соваться посторонним, будет спальня и в ней кровать с балдахином. Эзра присылает мне ссылку на обитый зеленым бархатом диван с eBay.
Айрис, 22:06: Нам его уже ставить некуда!
Эзра, 22:06: Придется тебе выбросить часть книг.
Айрис, 22:07: Три пианино нам тоже без надобности.
В понедельник я уламываю себя выйти из квартиры. На мне две плотные индийские юбки, и все равно я дрожу. В метро оказывается, что моя карточка не работает, и какая-то седая растрепанная женщина уговаривает меня пройти вместе с ней по ее билету. Пожав плечами, благодарю ее. Сэм сидит в компьютерном классе, читает новости и ест уцененные жевательные мармеладки. Увидев меня, он расцветает и открывает браузер.
Ты знаешь, что на Манхэттене за него проголосовали только десять процентов жителей? Видела последний выпуск SNL? [16]
Ничего другого ты уже не смотришь?
Сэм смеется – ага, держу руку на пульсе.
На вечеринке по случаю Хэллоуина мы с Лизой пошли в туалет, и она вдруг заговорила о Сэме.
Не пойми меня неправильно, но тебе не кажется, что этот твой образ заблудившейся в большом городе малышки несколько унизителен? Ты ведешь себя жутко глупо. Прикидываешься, что тебя каждую минуту нужно спасать, чтобы подцепить побольше мужиков.
16
«Субботним вечером в прямом эфире» – ночная развлекательная телепрограмма телеканала NBC. Выходит с 1975 года.
Лиза, у меня есть парень.
Ага, и предъявляешь ты его только как трофей или алиби. Она поджала губы. Это просто мое мнение. У нас на курсе не так уж много
В пять мы с Сэмом вместе выходим из компьютерного класса. Чуть раньше я призналась, что не видела ни одного фильма Марвел.
Ты просто обязана посмотреть «Доктора Стрэнджа», говорит он. Я сам тебя свожу.
Он начинает объяснять мне, почему истории про супергероев так важны, но тут вращающуюся дверь заклинивает, и он уныло ее пинает.
Этот придурок просто какой-то опасный вирус. Рабство, оспа и жаренные в масле «Орео» в одном флаконе. Ма написала в письме, что нужно запретить разговоры о политике за ужином в День благодарения. Говорит, стоит всем слегка выпить, как споры становятся чересчур эмоциональными. Но это чушь.
На улице темно. От холода у меня треснула губа, и сейчас я чувствую во рту привкус крови. Мы попадаем в толпу ребят из университетской спортивной команды, и я хватаюсь за куртку Сэма, чтобы меня не сбили с ног.
Давай-ка уведем тебя отсюда, говорит он.
Кладет руки мне на плечи и помогает проталкиваться сквозь человеческую массу. И вот мы уже за пределами кампуса, и я снова могу дышать. Сэм смотрит в сторону Амстердам-авеню.
Я знаю отличное место.
Мне приходится почти бежать, чтобы не отставать от него. Проще держаться к нему поближе, чем думать, как бы ни на кого не налететь.
В ресторане «Гамильтон» полно свободных столиков. Официантка приносит ведерко со льдом и несколько бутылок «Короны». Я с жадностью хватаю горсть бесплатного попкорна, потом еще одну.
Как легко тебя ублажить, замечает Сэм, наблюдая за мной. Он открывает бутылки, вставляет в горлышки по кусочку лайма. А я читаю ему пословицы, которые мне удалось собрать.
Угандийская пословица: счастливому орлу и мышь с солью в животе достается.
Турецкая пословица: слово для дурной головы, как соль для безвкусной еды.
Датская пословица: лучше соленая селедка в своей тарелке, чем свежая щука в чужой.
Русская пословица: вместе пуд соли съесть.
Нормально, говорит Сэм. «Чем хуже твоя идея, тем проще о ней рассказать».
Это Эшбери?
Сэм дает мне пять. И начинает рассказывать про своего агента, но тут я замечаю женщину за соседним столиком. У нее блестящие светлые кудри. Я и не знала, что такие укладки еще делают. И она глаз с меня не сводит. Может, у меня сопли размазались по губе? На всякий случай шмыгаю носом. Пытаюсь слушать Сэма, но она говорит мне что-то одними губами.
Сэм оборачивается взглянуть, на что это я такое смотрю, и лицо его темнеет. Он идет к ее столику. Женщина сначала оправдывается, потом указывает на меня подбородком. Сэм заслоняет меня от нее спиной. Я утыкаюсь в свой телефон и качаю головой – ох уж эти нью-йоркцы. Явно не очень-то счастливые люди.
Чего она хотела?
Да водки мало выпила.
Официантка выводит женщину из зала. Проходя мимо меня, та шипит – мусульманская сука.
Сэм так на меня смотрит, словно я должна забиться в истерике. Я отпиваю пива и отвожу глаза. Лицо пылает. Мда. Странный случай – я прижимаю ко лбу прохладную бутылку. Самое смешное, что я даже не мусульманка. Впрочем, ей, наверно, без разницы.
Наконец я решаюсь взглянуть на Сэма. Вид у него такой потерянный, что я начинаю смеяться. Как думаешь, дело в юбке?