Дикая роза Техаса

Крилл Кэтрин

– Я не удивлюсь, если и твоя кузина решит тоже остаться до сентября, – заметил Ян, чуть скривив кончики губ. – Предчувствие подсказывает мне, что Эван в конце концов сумеет склонить эту женщину разделить с ним его полную трудов, бережливую жизнь.

– Вы, Мак-Грегоры, всегда уверены в себе, не так ли? – спросила Кейли Роз, пронзая его сапфировыми глазами.

Вместо ответа он неожиданно и очень ловко притянул ее так, что она, не успев и вздохнуть, оказалась наполовину лежащей на нем.

– Всегда… или, точнее, не всегда понимаем, что может воспрепятствовать выполнению наших намерений? –

пробормотал Ян при этом и, прежде чем жена смогла что-то возразить, рассмеялся и поцеловал ее. Потом еще и еще…

Последняя четкая мысль, которая промелькнула в ту ночь в голове Кейли Роз, была о том, что желаниям ее мужа, похоже, ничто не может воспрепятствовать.

Перемирие продолжалось и следующие три дня.

Не привыкшая к праздной жизни, Кейли Роз в самом буквальном смысле устала от безделья. Необходимо было чем-то заняться, чтобы не сойти с ума от скуки.

Ян проводил довольно много времени в библиотеке, обсуждая там наедине с экономом различные деловые проблемы. Вообще-то он крайне неохотно разлучался со своей молодой женой даже ненадолго. Но сейчас был как раз самый горячий сезон для компаний, занимающихся грузоперевозками, и для арендаторов земли у лорда Мак-Грегора. Кейли Роз уже несколько раз порывалась намекнуть мужу на то, что его любимая женщина кроме всего прочего обладает и головой, которая позволяла ей вести с четырнадцати лет все книги счетов на ранчо в Даймонде. Но пока она не говорила об этом с Яном лишь потому, что сама никак не могла определить свое положение в замке. Следует ли ей считать себя по-прежнему пленницей, или пора почувствовать себя настоящей леди Мак-Грегор – хозяйкой всего, что ее окружает?

Молли и Дженни всячески приветствовали любую ее попытку вмешаться в управление домашним хозяйством, безоговорочно признавая ее верх. Складывалось впечатление, что они искренне рады тому, что в замке появилась хозяйка. Кейли Роз, которая никогда не любила заниматься женскими домашними делами, обнаружила вдруг, к собственному удивлению, что способна отдавать распоряжения по хозяйству, которые не вызывают усмешек у опытных служанок. Еще больше удивляло то, что все эти хлопоты по поводу уборки, о том, что приготовить на обед или ужин, и множество других повседневных забот доставляли ей подлинное удовольствие. Она больше не смотрела на этих двух женщин как на союзниц своего врага и не обижалась на них. Она не могла не заметить, что Молли и Дженни старались сделать все, чтобы она чувствовала себя в замке как можно более удобно. Не вызывало сомнений, что они от всей души рады женитьбе своего хозяина, хотя это долгожданное чудо и произошло совсем не так, как они ожидали.

Как бы то ни было, жизнь Кейли Роз стала на редкость спокойной и размеренной. Утро она проводила внутри дома, а после обеда либо гуляла в одиночестве в саду, либо посещала конюшни, либо вместе с Яном совершала довольно долгие верховые прогулки. Он показывал ей окрестности замка такими, какими она вряд ли бы увидела их без него. В его рассказах совершенно достоверные события переплетались с легендами о троллях, леших, златовласках и других сказочных существах, которые в зависимости от своего настроения то завлекали человека в гиблые

места, то выказывали образцы благородства и милосердия. Культура и фольклор Горной Шотландии оживали, приобретали реальные формы, очаровывая молодую женщину. Она все больше влюблялась в этот неповторимый, полный тайн уголок земли, где Ангус Бучанен совершил некогда роковую ошибку, разбив девичье сердце.

Но одновременно усугублялась и сложность дилеммы, над которой она продолжала ломать голову. Чем больше Кейли Роз узнавала своего мужа, тем больше попадала под влияние его обаяния. Что там ни говори, а Ян если и негодяй, то негодяй очаровательный. Такая мысль, вызвавшая легкую ироничную улыбку, пришла к ней вечером того дня, когда они вернулись из поездки в Инвернесс и она в полном одиночестве сидела в гостиной. Он может быть сильным и нежным одновременно, отзывчивым и сострадательным в один момент и яростно непримиримым – в другой, и при этом всегда добиваться того, чего хотел.

Мысли перепрыгнули на разговор с кузиной Мартой. Она часто вспоминала о нем. А думая о том, что советовала ей старшая родственница, Кейли Роз незаметно для самой себя начала размышлять, что будет, если она позволит рухнуть всем барьерам, возведенным вокруг сердца, если поверит в любовь Яна и останется здесь навсегда. Сможет она тоже полюбить его? А может, уже полюбила?

– Люблю ли я Яна? – прошептала она и ощутила, что ей стало трудно дышать от того единственного ответа, который только и был возможен: «Да!»

– Возносишь молитвы обо мне Или опять посылаешь меня к черту? – услышала она вдруг за спиной голос мужа.

Женщина вздрогнула и вскочила с дивана, резко повернувшись к нему лицу. Щеки ее слегка покраснели. Ян, уже одетый к ужину, стоял в дверном проеме, улыбка играла на его губах. Встретившись с ним глазами, Кейли Роз постаралась придать своему взгляду притворно мягкое и равнодушное выражение.

– Не то и не другое! – ответила она, гордо поднимая голову.

– И все-таки я уверен, что ты произнесла мое имя, – заметил Ян, обводя потемневшими от нахлынувших чувств глазами фигуру жены.

Кейли Роз выглядела великолепно. На ней было платье из бледно-синего, словно яйцо малиновки, тюля с короткими пышными рукавами и довольно низким закругленным вырезом на груди, подчеркивающим нежную белизну кожи. Волосы были уложены в высокий модный шиньон, из которого кокетливо ниспадало вниз несколько прядей, блестевших при свете ярко горящих свечей будто черный шелк.

– Неужто ты и впрямь так самонадеян, что думаешь, будто я могу произнести лишь одно мужское имя – твое собственное? – неожиданно для самой себя решилась на язвительную шутку Кейли Роз.

Тремя гигантскими шагами Ян преодолел разделяющее их расстояние, обхватил жену за талию и бесцеремонно притянул к себе. Она скорее по инерции попыталась отстраниться, но, быстро поняв бессмысленность этого, положила руки ему на грудь.

– Ян Мак-Грегор, что…

– Ты сильно рискуешь, моя госпожа, дразня меня, – предупредил он, придавая лицу сердитое выражение. – Мне вполне может прийти в голову желание стянуть с тебя твои юбки и прямо здесь и сейчас напомнить, кто именно твой господин и хозяин.