Дикая роза гор
Шрифт:
– Тихо.
Пес прижался к земле. Ребекка улыбнулась: он ее не подведет.
Когда наконец показался лагерь, она спешилась и привязала лошадь, а затем крадучись стала подбираться к стоянке. Галахад бесшумно следовал за ней. Каждый шорох заставлял ее задерживать дыхание и замирать в неподвижности. В кронах деревьев зашумел ветер, заглушая звуки ее шагов. Взмахом руки она приказала Галахаду остановиться и прислушалась.
– Она сказала правду. Отряд Макклири движется к Керкгарду. Ты уверена, что тебя не станут допрашивать?
– Конечно,
– Нет, ты останешься здесь до утра.
– Лучше мне поехать сейчас.
Мужчины похотливо захихикали. Ребекка содрогнулась, представив, как они надругаются над Мейвис.
– Прошу вас. – Мейвис рванулась к коню, но воины быстро схватили ее и прижали к дереву, завязав ей руки за стволом. Она увидела, как Мейвис опустила голову, покоряясь насилию. Почему она не сопротивляется? Разве ее не волнует, что дети ее останутся сиротами? Почему она всегда выбирает не тот путь?
Ночь накрыла землю темным покрывалом. Воины улеглись спать, оставив троих сторожить костер. Стражники передавали друг другу бутылку и громко смеялись. Ребекка выжидала, обдумывая, что предпринять. Она не имеет права позволить Керкгардам догадаться, что Мейвис спасла она, иначе задуманный Эдвардом план провалится. Эти солдаты не должны вернуться к Руперту.
Она проверила свой лекарский мешочек и отыскала в нем пузырек с нужной настойкой. Слава Богу, она умеет учиться на своих ошибках и больше никогда не станет усыплять кого-то слабым порошком из корня валерианы. А эта настойка содержала в себе, кроме валерианы, еще хмель и первоцвет. К тому же воины скоро так упьются, что привкуса трав и не заметят.
Ребекка что-то шепнула Галахаду, и тот с лаем помчался вокруг костра. Мужчины побежали выяснять, из-за чего весь этот шум, и тогда она вылила в их бутылку пузырек своего зелья, затем как следует ее встряхнула и быстро освободила Мейвис.
– Не подавай виду, что ты свободна, пока они не уснут. Я подожду тебя в лесу, к западу отсюда. Только удостоверься, что они спят! – Ребекка прошептала эти слова, размышляя попутно, зачем ей это надо. Дети. Этой причины достаточно.
Галахад все еще лаял и убегал от воинов. Наконец погоня им надоела, и они возвратились к костру, чтобы допить вино и обсудить дальнейшие действия. Когда Ребекка убедилась, что бутылка вновь пошла nlcpyry, она бесшумно вернулась к своей лошади.
Она закоченела и, развернув тартан Макклири, закуталась в него. Тартан согревал ее, как и мысль о его хозяине., Подумав об Эдварде, она тяжело вздохнула. Ярость и страсть владели ею в одинаковой степени.
Однако она не теряла бдительности и прислушивалась ко всем звукам леса. Постепенно она научилась их различать. Она услышала уханье совы в листве над ее головой, беготню и попискивание маленьких зверьков в траве и подумала, что сама сейчас похожа на мышь-полевку: не знает, есть ли рядом хищник и откуда он
Раздалось легкое движение среди деревьев, и она мгновенно выхватила меч. Из-за кустов появилась Мейвис и в страхе вскинула руки при виде обнаженного клинка.
– Садись на коня, быстро! – Ребекка убрала меч, помогла Мейвис влезть на лошадь, вскочила в седло за ее спиной и, послав кобылу в галоп, помчалась в свой замок.
Вскоре их догнал Галахад и побежал у стремени. Ребекка, залюбовалась верным псом, посмеиваясь над его неутомимой жаждой приключений. Да, приходилось признать, что в их характерах есть что-то схожее.
– Они еще не успели доехать, как навстречу им от замка вылетела группа всадников. Луна осветила встревоженное лицо отца.
– Со всем уважением к тебе, папа, должна предупредить, что нам следует вернуться в замок, не привлекая лишнего внимания. И побыстрей. – Ребекка надеялась, что ее деловой тон охладит его гнев и разговор с ним пройдет спокойнее. Право, она же не сделала ничего дурного... Все прошло без сучка и задоринки.
– Итак, ты не видишь никакого вреда в том, что совершила? И мы можем не сомневаться, что ложная информация достигнет ушей Керкгарда?
Маккей наконец перестал мерить шагами комнату и, остановившись перед дочерью, вперил в нее сердитый взгляд.
– Ты меня поразила! Как могла ты подвергнуть себя опасности ради Мейвис?
– Ответь мне, папа. Если бы это сделал Эдвард, ты бы тоже сейчас на него напустился? А может быть, одобрительно похлопал по спине? – Ребекка скрестила руки на груди. – Неужели ты смог бы оставить женщину нашего клана похотливым Керкгардам, какое бы преступление она ни совершила...
Маккей лишился дара речи. Он смотрел на дочь, открыв рот. Наконец, молча покачав головой, он снова заходил по комнате.
– Дело не в этом. Может быть, это как раз то, что она заслуживает.
– Никто не заслуживает такого ужасного обращения! Я совершила справедливый поступок. И мне обидно, что ты этого не понимаешь.
Выговорив эти слова, Ребекка бросилась вон из комнаты, чтобы не наговорить отцу грубостей.
Она пришла к себе, слишком измученная, чтобы долго обижаться. Сняв меч, тартан и пояс, она повалилась на кровать, накрылась одеялом и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы расслабиться. Ее охватили покой и нега. Пусть отец ее осуждает, но она знает, что поступила правильно. Она собой может гордиться!
Войдя в спальню родителей, Ребекка увидела Сару, промывавшую рану Маккея травяным отваром.
– Помоги мне доказать, что я права, отец. Не говори Эдварду, что это я спасла Мейвис. И посмотри, будет ли он доволен, узнав, что она в безопасности.
– Ну что ж, дочка, посмотрим. – Ухмылка отца не слишком ее обнадежила.
– Когда он вернется? – При одной мысли о нем сердце Ребекки забилось сильнее.
– К концу недели. Ты боишься, что твоя выходка его разозлит? – Маккей хитро улыбнулся.