Дикарка

Ланзони Фабио

И он обязательно покинет его.

Марко очень прилежно учился в школе, надеясь со временем продолжить образование. В свободное время он подрабатывал рассыльным в магазине д'Агостино, чтобы скопить денег на колледж. Как примерный сын, он отдавал большую часть своей скудной зарплаты матери, но никогда не рассказывал родным, что хочет получить настоящее образование. Марко понимал, что его поднимут на смех за его несбыточные мечты и, что еще хуже, отнимут скопленные с таким трудом деньги.

Единственной

утехой Марко-подростка был бейсбольный клуб «Нью-Йоркские янки». Он собирал фотографии игроков и внимательно слушал по маленькому транзистору репортажи со всех их матчей. Как только у него появлялся лишний доллар, Марко тотчас тратил его на билет на стадион, чтобы воочию посмотреть захватывающую игру. Те теплые летние вечера, которые он проводил на трибунах старого стадиона под синим ясным небом, наполняли его небывалой радостью.

Так было до тех пор, пока он не встретил Карлу…

– Смотри-ка.

Голос Лии, раздавшийся с соседнего сиденья, оторвал его от размышлений о прошлом, как с треском захлопнувшаяся дверь.

Он изумленно посмотрел на Лию, затем перевел взгляд обратно на дорогу и понял, что они подъезжают к городу. Виднелся указатель ограничения скорости, и на перекрестке висел старомодный светофор. Горел красный свет.

Марко притормозил.

– Не вздумай только выпрыгнуть, – предупредил он девушку.

Она ничего не ответила, и Марко подумал, что ему следовало бы снова приковать ее к своей руке или к машине. Времени для этого, конечно, было мало, но можно было на минутку остановиться в пути.

Он бы точно это сделал, если бы не воспоминания, от которых он обычно старался избавляться всеми силами. Городишко был маленьким и каким-то поношенным. Вдоль улиц стояли старые, давно вышедшие в тираж дома. Банк, маленький супермаркет, винный магазин – все эти заведения были закрыты по случаю воскресного утра и раннего часа. Улицы были безлюдны, в окнах еще не горел свет.

– Ты не собираешься заправиться? – спросила Лия. Загорелся зеленый, и Марко нажал на газ.

Посмотрев на стрелку указателя горючего, Марко кивнул: стрелка дрожала на нуле.

На расстоянии одного квартала впереди виднелась неоновая реклама заправочной станции самообслуживания. Там же располагался мини-маркет.

Подъезжая к заправке, Марко мучительно размышлял, как не дать Лии сбежать, пока он будет наполнять бак бензином и покупать еду.

Был только один способ, но уж очень он был не по душе Марко Эстевесу.

Однако ничего другого не оставалось.

Как, впрочем, и вчера.

Марко въехал на территорию заправки, выключил зажигание и полез в карман.

– Ты пойдешь со мной, – сказал он холодным и строгим тоном. – Эта штуковина у меня в руке, и если попытаешься бежать, то ты знаешь, что я сделаю.

– Вышибешь

мне мозги, – бесстрастно произнесла Лия, посмотрев сначала на пистолет, потом на Марко.

Он не произнес больше ни слова.

На каменной стене бензозаправочной станции висело объявление, предупреждавшее водителей, что заполнять баки можно только после оплаты.

Марко открыл дверцу, вышел на улицу, затем обошел кабину и открыл дверь со стороны Лии. Девушка вышла на холодный утренний воздух и зябко поежилась. В первый момент ее даже пошатнуло.

Марко поддержал ее под руку, но Лия взглянула на него и коротко бросила:

– Не прикасайся ко мне.

– Я только хотел… – Внезапно он замолчал, решительно сжав губы. – Пошли. И помни, не говори ни слова.

– Совсем ни одного? Мне даже нельзя сказать: «Помогите!»? – задиристо спросила она, и Марко заметил знакомый упрямый блеск в ее темных глазах.

Он с усилием подавил в себе восхищение силой ее духа, ненавидя себя за эту слабость. Ну почему он не может подчинить себе свои чувства, как он привык это делать во многих других случаях?

Марко открыл дверь, и они вошли в теплый, ярко освещенный торговый зал. За кассой сидел толстый подросток, уставившийся в портативный телевизор, стоявший на прилавке. Мельком глянув на вошедших и буркнув что-то похожее на приветствие, он снова погрузился в просмотр телепрограммы, начисто забыв о Марко и Лии.

Такое поведение весьма обрадовало Марко. Он подошел к прилавку и, взяв со стойки две большие пластиковые чашки, наполнил обе горячим кофе, причем в одну чашку он щедро положил сахар и сливки, а в другую бросил маленький кусочек сахара.

– А ты ничего не забыл, – пробормотала она, словно не помнила его приказа молчать.

При звуке ее голоса Марко вздрогнул: во-первых, из опасения, что сейчас Лия начнет звать на помощь, а во-вторых, от тех чувств, которые пробудили в нем ее слова.

«А ты ничего не забыл».

Неужели она так удивилась, что он не забыл, какой кофе она любит?

«Перестань, – приказал себе Марко. – Прекрати думать об этом».

Закрыв обе чашки пластмассовыми крышками, Марко взял с прилавка пару пакетов с пирожками и вручил все Лии.

– Возьми все это барахло, – буркнул он, почти надеясь, что она начнет протестовать. Она же знает, что ему нужна свобода рук, чтобы расплатиться с продавцом, не выпуская пистолета.

Лия молча последовала за Марко к кассе.

– Доброе утро, – произнес продавец, не отрывая взгляд от экрана телевизора.

– Как жизнь? – поинтересовался Марко, жестом велев Лии поставить на прилавок кофе и пирожки. Лия подчинилась, со всего маху опустив чашки на прилавок.

Марко предостерегающе взглянул на девушку.