Difficult Choice/трудный выбор
Шрифт:
Когда камера приблизилась к ее бледному, измученному лицу, Оуэн почувствовал, как внутри что-то больно сжалось.
Но то, что репортёр сказал дальше, заставило Оуэна похолодеть. «Состояние матери и будущего ребёнка не вызывает опасений, благодаря подушкам безопасности и пристёгнутому ремню, случившееся несчастье не повредило беременности. Ее предположительный срок, сообщил репортёр, составляет пять или шесть месяцев». Дальнейшая информация была изложена схематично.
– Боже мой, - пробормотал Оуэн, пытаясь
Он встал и, взяв мобильный телефон, широкими шагами направился к выходу. Водитель уже ждал его.
– Джек, самолет Хардман-Уэбстеров в ангаре?
– Да, Оуэн, он заправлен и готов отправиться в любую точку мира.
– Замечательно. Свяжитесь c Шарль-де-Голль, пусть откроют нам коридор, мы улетаем через час.
– Да, сэр.
– Обратно я буду не один, и мне нужен будет срочный вылет обратно, так что все в темпе.
– Да, сэр.
ЧЕРЕЗ час он уже летел в Париж, чтобы оттуда срочно пересесть на вертолет и вылететь на нем в больницу, где находилась Вивьен.
Прилетев и поменяв транспорт, он улетел, чтобы как можно ближе подлететь к больнице в другом французском городе, где все было подготовлено к его прилету.
Так как вертолётная площадка больницы была занята, ему пришлось приземлиться на ближайшем пустыре. Выбравшись из вертолета, Оуэн пулей помчался в больницу на попутной машине.
Он влетел в клинику, едва не сбив с пути какого-то парнишку, который просто оказался у него на пути. Подбежав к стойке регистрации, он буквально проорал имя Вивьен и потребовал, чтобы ему сказали, в какой палате она лежит.
– Мистер? Не кричите Вы так. Вы о той поступившей беременной девушке Мисс Бенар? Вы ей кто?
– Я Оуэн Хардман, жених мисс Бенар.
– Что здесь происходит?
– поинтересовался мужчина средних лет в белом халате.
– Вы сказали, что жених той девушки, Вивьен, так?
– Да! Так как она? Я могу ее видеть?
– спросил Оуэн.
– Она сейчас под снотворным, я ее лечащий врач, и медсестры следят за ее состоянием и состоянием ее ребёнка, - ответил доктор.
– Я могу ее видеть или нет?
– почти теряя терпение, повторил свой вопрос Оуэн.
– Да, но когда она проснется, пожалуйста, избегайте любых попыток ее расстроить. Ей нельзя нервничать, - сказал врач Оуэну.
– За кого Вы меня принимаете, доктор?
– спросил Оуэн.
– Я буду очень осторожен и спокоен.
– Я Вам верю, Мистер Хардман, но у меня вопрос. Кто же был тем мужчиной рядом с ней в момент аварии? Друг или брат?
– спросил Оуэна врач.
– Мужчина? О, вы о ее телохранителе, который был нанят, видимо, мои благородным братом, которому было строго-настрого приказано не допустить той ситуации, в которую она попала, - ответил Оуэн.
– Как Вас зовут, сэр?
– спросил врача Оуэн.
– Доктор Андриан Пирс, - ответил мистер Пирс.
–
– Я верю Вам, мистер Хардман, прошу, проходите. Девушка сейчас, как вы понимаете, спит, но скоро она должна проснуться. Мы были вынуждены сделать успокоительный укол со снотворным, так как она была смертельно напугана и всё время плакала, спрашивая, как ребёнок. Нам пришлось так сделать, - сказал доктор Пирс.
Зайдя в палату, Оуэн увидел ее, мирно спавшую. Она казалась такой хрупкой в этот момент. Её одна рука покоилась на округлившемся животе, словно оберегая ребенка внутри неё. Оуэн подошёл к ней и поцеловал в лоб. В этом жесте было столько тепла и любви... Хардман взял Вивьен за руку, сел рядом и стал поглаживать тихонько её ладонь, как всегда делал раньше в Лондоне.
Через час его отвлекло от размышлений шуршание одеяла, Вивьен металась в кровати, встревоженная чем-то во сне, её губы шевелились, словно что-то говоря, а потом комнату заполнил испуганный крик, зовущий его, словно чувствуя, что все это время он тут, с ней.
– НЕЕТ... ОУЭН... ГДЕ ТЫ???
– кричала Вивьен, мечась в постели.
– Вивьен, милая, я здесь, я рядом, я с тобой!!! Дорогая, тебе нужно проснуться, это всего лишь кошмар, открой глаза, милая, посмотри, я рядом с тобой и нашим ребёнком, - подбежав к ней от окна, стал успокаивать девушку Оуэн.
– Оуэн?... Прости меня, пожалуйста, я... Я...
– открыв глаза и посмотрев на него сначала будто не узнавая, а потом явно встревоженная сном, расплакалась Вивьен, обняла его, не найдя слов, чтобы хоть что-то сказать.
– Забудь обо всем, забудь... Ш-ш... Малышка, главное - ты жива, а остальное не важно, - сказал Оуэн.
– Я так тебя люблю, Оуэн, - произнесла Вивьен.
– И я тебя люблю больше жизни. Я думал, что сойду с ума без тебя, я не знал, где тебя искать, а Гордон не сказал, что нашёл тебя. Хотя и он ездил во Францию за этим. А потом я узнал через новости, что была авария. И показали тебя! Я бросил все и приехал к тебе, чтобы забрать тебя к нам домой.
– Оуэн...
– Что, милая?
– Я ехала, чтобы вернуться, мне очень хотелось сделать тебе сюрприз, - сказала девушка.
– В один момент я поняла, что нам двоим нужен наш папа, этот малыш, он твой и мой. В тот день, когда убежала, я была у врача, так как мне было очень плохо. Доктор сделал анализы и подтвердил мои догадки - я была на втором месяце. Я была подавлена этим вдвойне, так как накануне мы поссорились, и я просто собиралась уехать на другой конец света, но потом решила вернуться на родину и жить в Провансе.