Диагноз
Шрифт:
— Вы надо мной издеваетесь, — сказала женщина и снова посмотрела на Билла, который в ответ лишь беспомощно пожал плечами.
Почему она так рассчитывает на его поддержку? Факс — это не его проблема. Находясь в пути, нельзя зависеть от факса. Он постарался отвлечься от женщины и сосредоточился на своих бумагах, но вспышка ее злости привела его в смятение. Женщина не унималась. Она продолжала приставать к секретарше, правда, без прежней решительности.
— В моей просьбе нет ничего неразумного, и вы могли бы предоставить факс своей пациентке, —
— Может быть, вам стоит обратиться в «Холидей Инн», это напротив, — брякнула невидимая помощница, грубо хохотнув. Секретарша просто зашлась от смеха и шепнула несколько слов одобрения помощнице.
— Я знаю, что у вас есть факс, — упрямо продолжала женщина с лэптопом. — Я видела его, когда пришла сюда. Он находится на столе женщины, которая сидит у вас за спиной.
— Это факс для служебного пользования, — отрезала секретарша, отошла в глубину поста и демонстративно выключила факс.
В приемной появилась медсестра с пригоршней стеклянных пробирок. Она что-то шепнула секретарше, и та, издав короткий вскрик, принялась лихорадочно стучать по клавиатуре компьютера.
— Господи, этого просто не может быть!
— Я тоже так думала, но вот видишь…
— Но это такая головная боль!
— Ты мне рассказываешь.
Они обе стояли у стола секретаря и раздраженно кивали головами. Потом медсестра быстро вышла. Хлопнула дверь в глубине помещения. Сестра вернулась и начала что-то искать на столе секретаря. Казалось, она на ощупь разыскивает какой-то забытый мелкий предмет. Потом медсестра так же быстро исчезла.
— Я скоро вернусь, — сказала женщина с лэптопом и, скорчив недовольную гримасу, бросила на Билла прощальный взгляд.
Как можно работать в такой сутолоке? Он всеми фибрами души ненавидел врачебные кабинеты. Сколько драгоценного времени он уже потерял? Билл посмотрел на часы. Десять сорок пять. Оглядев бумаги на полу, он с неудовольствием отметил, что страницы разложены не по порядку, и потратил несколько минут на то, чтобы привести документы в порядок, прежде чем приступить к чтению.
— Это ваш первый визит сюда? — спросил вдруг низкорослый лысый мужчина, сидевший на соседнем стуле. Синий пиджак был застегнут на бронзовые пуговицы. — Мне не приходилось видеть вас здесь раньше.
Билл попытался проигнорировать это обращение, но мужчина казался необычайно возбужденным; он поминутно поправлял очки и почесывал голову.
— Вот так они и работают, — продолжал мужчина в синем пиджаке, возвысив голос ровно настолько, чтобы его слышали все находящиеся в приемной. — Надо звонить в АМА или в Контрольное бюро бизнеса. На вашем месте я бы поменял лечащего врача.
В этот момент у мужчины зазвонил мобильный телефон. Несколько минут, то и дело поглядывая на часы, он давал указания какому-то подчиненному, потом
— С чем вы пришли сюда? — спросил мужчина.
— Я бы не хотел говорить на эту тему, — ответил Билл. Какими приставучими и несносными становятся люди в приемных врачей, подумал он.
— Вот что я скажу вам, друг мой. Послушайте бывалого человека. Сегодня у меня шестой визит, но герр доктор Петров до сих пор не может поставить мне диагноз. У вас есть время на такую волокиту? У меня определенно нет.
Встревоженный Билл отвлекся от своих бумаг. Действительно, он так мало знает о докторе Петрове. Встречался с ним один раз в несколько лет для рутинных профилактических осмотров. Кстати, а кто порекомендовал ему Петрова в самом начале, вдруг подумал он. Биллу вдруг пришло в голову, что ему следовало бы поинтересоваться врачебными документами Петрова и свидетельствами его пациентов, и сделать это надо было давно. Билл опасливо представился собеседнику.
У мужчины оказалась потная и липкая рука.
— Мортон Бинис, — отрекомендовался он. — Не хочу быть любопытным, мистер Чалмерс. Естественно, вы не обязаны рассказывать мне о своей болезни.
Билл неловко заерзал на стуле, проклиная себя за такую непростительную неосторожность. Надо было раньше поинтересоваться профессиональными достоинствами доктора Петрова. Бинис улыбнулся, поняв, что нашел благодарного слушателя, и продолжил:
— Во время моего последнего визита месяц назад, во вторник, доктор Петров намекнул, что готов поставить мне предварительный диагноз. Но перед тем как я покинул кабинет, он зачем-то назначил мне следующую серию анализов.
Бинис натужно закашлялся, к большому неудовольствию других пациентов, и секретарша принесла ему стаканчик воды. Опрокинув его, Бинис смущенно попросил еще два. Выждав несколько секунд, он снова заговорил охрипшим от кашля голосом:
— Я слышал, что много лет назад, когда Петров был еще молодым врачом, он временами быстро выдавал окончательные диагнозы и почти никогда не ошибался. Но с тех пор утекло много воды. Появились новые технологии, увеличилось количество данных, которые следует принимать в расчет, и вот здесь сказалась его ограниченность, о которой я вам уже говорил.
— Мне надо немедленно начать лечение. — Билл уже начинал злиться. — Я надеюсь, что меня начнут лечить сегодня. Я и так потерял два рабочих дня.
— Два дня? Подумать только, целых два дня, — с притворным сочувствием протянул Бинис. — И вы еще жалуетесь. Я потерял две недели. А ведь я вице-президент бухгалтерской фирмы «Чаудер».
Он испустил глубокий вздох и откинулся на спинку стула. Лицо его обмякло.
— С самого Рождества меня преследует постоянная усталость. С этим надо что-то делать. Да еще этот ужасный кашель.