Дезидерата
Шрифт:
Люди были какие-то одинаковые, очень приличного вида, с незапоминающимися и ничуть не изуверскими лицами, пристойно и скучно одетые, в темных пальто, шляпах, с черными и серыми зонтиками. Оружия нигде не было видно.
Выражение лиц тоже было одинаковое - незаинтересованно-скучающее, такое выражение бывает у человека наедине с самим собой, когда он утром решает, побриться ли ему до кофе или после. Любой из пришедших потерялся бы в толпе города, растворился, как исчезает пятнистый леопард на пятнистой от теней земле джунглей.
"О!
– подумал Писатель удивленно.
– С чего бы это?" На всякий случай он старался не двигаться, сидел, откинувшись на спинку стула, выложив руки перед собой на письменный стол. Пусть видят, что имеют дело с понимающим человеком.
Главарь банды поглядел на искалеченное стекло книжного шкафа, где от маленького круглого отверстия разбегались лучи трещин, сокрушенно покачал головой. Очевидно, он не любил беспорядка.
– Мы вам не причиним зла. Не бойтесь.
– Главарь говорил все с той же подкупающей мягкостью.
– Я не боюсь, - сказал Писатель сердито, по-прежнему не снимая рук со стола, оставляя их на виду.
– Но он у вас. Нам это доподлинно известно... Он нам нужен.
– Что ж, ищите.
– Но на этот раз Писатель не привстал и не поклонился.
– Рад был бы выставить вас вон, но, по-видимому, не могу сделать это безнаказанно.
– Он никогда не упускал случая быть невежливым с полицаями или полицейскими ищейками в штатском.
– А дать вам возможность долго и с удовольствием бить меня ботинками по голове - не слишком ли жирно, шеф?
Тот поморщился, явно шокированный.
– Ну что вы. Зачем даже предполагать...
– Тронул рукой в перчатке спинку стула, который он только что поставил на место.
– Разрешите, я присяду. У меня варикозное расширение вен.
Ах, вот оно что. Вены на ногах.
Профессиональное заболевание шпиков, выстаивающих часами под чужими окнами и в чужих парадных, подворотнях, - "мокриц", как их называли в народе.
– Профессиональное заболевание, - вслух констатировал Писатель. Значит, начинали снизу. Не сразу стали шефом.
– И кончил резко: - Садитесь без разрешения. Если вы сумели без него войти...
Главарь усмехнулся. И сел на стул, аккуратно прислонив к нему свой зонтик, серо-черный, в мелкую клеточку. Те остальные трое стояли в свободных позах, глаза у них были отсутствующие. Они ничего не видели и не слышали, не замечали. Отличная выучка. Главарь, тот иногда поворачивал голову, оглядывая комнату. Возможно, она его удивляла. Возможно, он считал, что у известного писателя должны быть модная лакированная мебель с закругленными углами и на тонких гнутых ножках, зеркальные двери, шкура белого медведя на полу.
Комната, в которой сидел Писатель, была обставлена очень просто, стародедовской мебелью.
На дубовом одноногом тяжеленном столе,
Углы бумаг немного приподнимались, закручивались - из полуоткрытого окна (несмотря на задернутые гангстерами занавеси) явственно тянуло сквозняком, хозяин это любил. В дальнем углу комнаты стояла деревянная старинная кровать, кое-как застеленная, с низко и неровно свисающим одеялом, - Писатель спал тут же у себя в рабочем кабинете, остальные комнаты в доме были почти что нежилыми, заброшенными.
Иногда в жизни Писателя появлялась какая-нибудь женщина, которая казалась ему менее неприемлемой, чем остальные, она объявляла войну уродливой и неудобной старой мебели, загромождавшей дом, ругала стулья с высокими жесткими резными спинками и протертой, раздерганной на нитки парчой сидений, книжные шкафы из черного дерева, источенного извилистыми ходами червей, узкий гроб стоячих часов в коридоре с давно уже неподвижным медным диском маятника. Но женщины приходили и уходили, а мебель оставалась.
Она неизменно побеждала в этом поединке.
Захотелось курить. Писатель привстал с кресла и привычным жестом потянулся к подоконнику, где стояла коробка с принадлежностями для чистки трубки. Он сделал это машинально, не задумываясь.
И в ту же минуту картина изменилась: все четыре фигуры в комнате ожиля, переменили положение, и на него теперь были устремлены, нацелены четыре зонтика. И там, где у скромно-клетчатого зонтика главаря должно было быть острие, шишечка, Писатель ясно увидел круглое темное отверстие. Дуло.
И тут все стало ясно. Все встало на свои места. Конечно, это не полиция - полицейские извлекли бы в случае нужды пистолеты-автоматы установленного образца.
Нет, это были честные гангстеры, свято выполняющие свои обязательства, обслуживающие за мзду какую-нибудь корпорацию или даже отдельного политического деятеля.
Писатель принял прежнюю позу.
И сразу нацеленные на него зонтики опустились, опять стали обыкновенными зонтиками, все успокоились.
Неправительственное мероприятие. Сугубо частная акция. Ну что ж, пусть будет так. Но только интересно, для кого ведется игра...
– У вас очень пыльный ковер, - заметил главарь, задумчиво глядя себе под ноги.
– Могу посоветовать пылесосы фирмы "Гамлет". Не буду скрывать, что я обслуживаю иногда эту фирму (хотя сегодня работаю не на нее - иначе я не стал бы, разумеется, ее называть). С вас фирма, конечно, не возьмет никаких денег. Еще бы, автор "Смеющейся шепотом листвы"! И "Семи цветов радуги в капле воды"... Они будут счастливы прислать вам безвозмездно опытный экземпляр нового пылесоса "Полоний-6" с двадцать одной переменой наконечников. Мне достаточно им только намекнуть...