Дезертлэнд
Шрифт:
— Помрет где-нибудь среди песков… — устало протянул Игорь себе под нос. — Такая рана, весь бок ему сжег. Похоже, плоть сгорела, к тому же разряд дыру пробил до самых кишок. Чудо, что он вообще бежать еще смог так долго. Живучая скотина оказалась.
Игорь продолжил устало плестись вдоль валунов. Адреналин и эмоции погони начали стихать, уступая место радости за разрешенную ситуацию с неспокойным соседом и философичному осмыслению происшедшего.
— А чего ты хотел, Игорь? Байбак свою жизнь спасал. Ты бы тоже до последнего убегал даже с раной смертельной. Бежал бы, пока силы были… — протянул он уже более спокойным
Высокое солнце пекло голову, и Игорь был рад как можно скорее укрыться в тени большого зонтика-навеса, где дожидалась Олеся.
— Всё хорошо, милый? — любезно поинтересовалась резинка, когда он смог наконец-то скинуть «жало» с плеча, и, вытащив из кабины пластиковую бутылку с водой, плюхнуться на песок в спасительную тень.
— Да… — протянул он, откручивая пробку и присасываясь к емкости.
Вода была теплой, но Игорь всё равно жадно пил ее большими глотками.
Олеся опустилась на колени рядом с ним и нежно положила руку ему на плечо. Он почувствовал, как ее силиконовые пальцы коснулись потной и грязной шеи. Это было очень приятно.
«Заслуженная награда благородному королю, отстоявшему свои земли от нападения ужасного дракона! — подумал Игорь. — И, конечно же, чрезмерное внимание красивой девицы!»
По мере утоления жажды он начинал чувствовать небывалый эмоциональный подъем и даже легкую эйфорию.
— Всё прошло немного не так, как было запланировано, — наконец отозвался он, закручивая пробку, — но мы справились. Во многом благодаря тебе.
Он посмотрел на девушку и хитро подмигнул.
Несмотря на то, что они находились в тени, освещение всё равно было достаточно ярким, и он не видел подсветки ее глаз. От этого они казались более реалистичными, придавая изделию почти неотличимое сходство с человеком. Уголки губ Олеси тронула легкая улыбка.
Конечно, всё это было следствием того, что он уже несколько дней ковырялся в тонких настройках андроида, задавая приемлемые мимические реакции на определенные смысловые и речевые конструкции. Но он всё равно был рад, что рядом с ним есть кто-то, способный реагировать на его речь.
Навес, под которым они находились, был сооружен специально, чтобы оградить чувствительную «кожу» искусственной подружки от беспощадных солнечных лучей. Возведение данной конструкции не заняло много времени. Игорь просто вбил в землю четыре металлических прута и закрепил на них большой обрезок композита с загнутыми вниз краями, которые валялись повсюду в огромном количестве с того момента, как первые бригады рабочих возвели это модульное поселение.
Волосы куклы были собраны в тугой хвост, перетянутые несколькими канцелярскими резинками. Помимо его поношенного комбинезона на ней так же была надета яркая плотная куртка, в которой обычно работали автослесари в ремзоне.
— Да… — протянул он скорее для самого себя. — Расчет был верным, жаль только, что скотина сразу не сдох, а второй удар я не успел нанести.
Выманить байбака оказалось не такой уж простой задачей. Видимо, хорошо запомнив то, как Игорь пытался атаковать его бульдозером, животное больше не решалось заходить на территорию поселка, но в то же время не бросило надежды подкараулить его на значительном удалении. Каждое утро Игорь находил всё новые и новые следы когтистых
Заманить же зверя в здание администрации и использовать маневр с оружейкой тоже не удалось. Разогретая тушенка пахла будь здоров, но байбак так и не приходил. Ночами они спали с включенными генераторами, пока мужчина не усилил все входные двери самодельными сварными решетками и мощными засовами из обрезков арматуры.
Игорь невольно хмыкнул. Он даже не заметил, как стал мысленно называть себя и секс-андроида словом «они». А термин «спали» вообще был не применим к тому, чем они занимались. И тем более он был не применим к Олесе, так как она просто вставала на станцию подзарядки, доставленную с Голливудских холмов с помощью «буханки», и отключалась.
Тогда Игорь и решил, что если байбак не идет к нему сам, он нанесет свой удар на нейтральной территории и оборудовал засаду, используя Олесю, облаченную в его одежду, как приманку. Он поставил перед ней задачу совершать небольшие прогулки туда-сюда и останавливаться под защитным навесом. И хоть в технической справке было написано, что армированный силикон выдерживает температуру воздуха до девяноста градусов, что позволяет «Хармони В-12» даже посещать сауны со своим владельцем, воздействия прямых солнечных лучей всё же рекомендовалось избегать. А на Дезертлэнде это было очень проблематично.
— Я горжусь тобой, мой мужчина, — протянула девушка, продолжая гладить пальцами его шею.
— Спасибо…
Обращение «мой мужчина» тоже установил Игорь, когда тестировал, насколько вообще нейросеть способна грамотно составлять предложения и использовать их в контексте диалога или ситуации.
— Ты такой сильный и спортивный… — Олеся издала томный вздох, и ее колени зашуршали по песку, приближаясь к нему.
Вторая рука резинки легла инженеру на грудь и начала медленно скользить ниже по направлению к промежности. Игорь довольно улыбнулся, но всё же остановил искусственную девушку.
— Нет, не сейчас. Грязно здесь, песок кругом. Да и потом жара такая. Сердце еще откажет в самый неподходящий момент, и всё, — хихикнул Игорь, поднимаясь на ноги. — Пойдем в дом. Отметим победу чистой водой и пищевой смесью со вкусом персика. Ух, деликатес! А вот потом я не откажусь помять и твои персики…
— Хорошо, как скажешь.
Руки Олеси отстранились от Игоря, и она поднялась следом за ним. Он закинул «жало» на плечо и забрал недопитую бутылку с водой, после чего они двинулись в сторону здания администрации.
«Странно это всё… — размышлял он. — Какой-то дурацкий сон или фильм. Бегаю за дикими зверями с промышленным конденсатором. Трахаюсь с искусственной женщиной и даже начинаю думать, что это не такой уж и плохой вариант. Да, понимаю, почему “Эйбис Криэйшн” столько зарабатывает. И почему люди покупают эти резинки. Впрочем, не резинок, а силиконок тогда уж. Резины тут нет и в помине. Это всё хорошо, а что будет завтра? А послезавтра? А через месяц? Я ведь всё равно один на этом сраном шарике. Нет, хорошо конечно, что с Олесей, тут не поспоришь. Но она всего лишь самодвижущийся скелет с камерами и гироскопами да всё тот же силикон. Можно ли с ней по душам поговорить? Способна она понять, что я чувствую? Нет, конечно, ее не для этого делали. Нет, ну что за ерунда в голову лезет?»