Девятый ключ
Шрифт:
Глава 4
У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло.
– Тьфу ты, пап. – Я хлопнула дверцей холодильника. – Я же просила тебя так не делать.
Отец – или, точнее, призрак отца – оперся о косяк кухонной двери, сложив руки на груди. Вид у него был весьма самодовольный. Он всегда так выглядел, когда ему удавалось незаметно появиться за моей спиной и напугать меня до полусмерти.
– Ну что, – начал он так непринужденно, словно мы беседовали в кофейне за чашечкой латте, – как
Я бросила на него сердитый взгляд. Отец выглядел как всегда, когда устраивал мне сюрпризы, появляясь в нашей квартире в Бруклине. На нем была одежда, в которой он умер: серые треники и голубая футболка с надписью «Хоумпорт, Менемша. Свежие морепродукты круглый год».
– Папа! – воскликнула я. – Где ты был? И что здесь делаешь? Разве ты не должен являться новым жильцам нашей квартиры в Бруклине?
– Они скучные, – ответил отец. – Парочка яппи [11]. Козий сыр да каберне совиньон – вот и все, о чем они говорят. Я решил взглянуть, как вы с мамой устроились.
Он выглядывал из арки, сделанной Энди в попытке осовременить кухню. Когда мама со своим новым мужем купили этот дом, кухня все еще выглядела так же, как в середине девятнадцатого века, когда было возведено здание.
– Это он? – осведомился отец. – Парень с… Кстати, что это?
– Кесадилья, – объяснила я. – И да, это он.
Я схватила отца за руку и потянула вглубь кухни, чтобы он больше не мог видеть сидящих за столом. Мне пришлось перейти на шепот, чтобы они точно меня не услышали.
– Так вот зачем ты здесь? Шпионить за мамой и Энди?
– Нет! – возмущенно отверг отец мое предположение. – У меня для тебя сообщение. Но я признаю, что действительно хотел покрутиться тут и изучить обстановку. Убедиться, что он достаточно хорош для нее. Этот парень Энди, я имею в виду.
Я прищурилась.
– Папа, я думала, мы с этим покончили. Тебе полагалось уйти, помнишь?
Отец помотал головой, пытаясь изобразить взгляд побитого щенка, считая, что это заставит меня передумать.
– Я пытался, Сьюз, – печально произнес он. – Правда пытался. Но не могу.
Я смерила его скептическим взглядом. Я упоминала, что при жизни отец был юристом по уголовным делам, как и его мать? И актером он был почти таким же хорошим, как и Лэсси [12]. Печально-щенячье выражение лица удавалось ему, как никому другому.
– Почему, пап? – со значением спросила я. – Что заставляет тебя возвращаться? Мама счастлива. Клянусь, это так. Она настолько счастлива, что от этого просто тошнит. И у меня тоже все отлично, правда. Так что тебя здесь держит?
Отец печально вздохнул.
– Ты говоришь, что у тебя все хорошо, –
– О господи. Ты опять за свое. Хочешь знать, что сделает меня счастливой, папа? Если ты уйдешь. Вот что сделает меня счастливой. Ты не можешь провести всю свою загробную жизнь, следуя за мной по пятам.
– Почему нет?
– Потому что! – прошипела я сквозь стиснутые зубы. – Ты сведешь меня с ума.
Папа печально моргнул.
– Ты больше не любишь меня? В этом все дело, детка? Хорошо. Я понял намек. Наверное, я пойду пока навещу бабушку. С ней не так весело, потому что она меня не видит, но может быть, если пару раз грохнуть дверьми…
– Папа! – Я оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что меня никто не слышит. – Слушай, что за сообщение?
– Сообщение? – поморгал он. – А, да. Сообщение. – Призрак вдруг посерьезнел. – Как я понимаю, ты сегодня пыталась связаться с одним человеком.
Я подозрительно прищурилась.
– С Рыжим Бомонтом, – ответила я. – Да, пыталась. И что?
– Это не тот человек, возле которого стоит крутиться, Сьюзи, – предупредил отец.
– Ага. А почему нет?
– Не могу сказать, почему, – ответил он. – Просто будь осторожна.
Я впилась в него взглядом. Нет, ну правда. Сколько можно меня доводить?
– Спасибо за загадочное предупреждение, папа, – поблагодарила я. – Оно мне очень поможет.
– Мне жаль, Сьюз, – сказал отец. – Действительно жаль. Но ты понимаешь, здесь все так сложно устроено. Я не могу объяснить, это просто… предчувствие. А мое предчувствие насчет этого парня, Бомонта, говорит, что тебе следует держаться от него подальше. Чем дальше, тем лучше.
– Что ж, этого я сделать не могу, – заявила я. – Прости.
– Сьюз, тебе не стоит общаться с ним один на один, – возразил отец.
– Но я не одна, – начала я. – Со мной…
Я запнулась. Джесс, чуть не сказала я.
Казалось бы, отец уже должен был быть в курсе. Я имею в виду, если папа знает о Рыжем Бомонте, почему бы ему не знать и о Джессе?
Но он, судя по всему, не знал. В смысле, о Джессе. Потому что в противном случае, могу поспорить, я бы уже об этом услышала. Ну вы сами подумайте: парень, который не может исчезнуть из моей спальни. Папы такое терпеть не могут.
Так что вместо этого я произнесла:
– Слушай, у меня есть отец Доминик.
– Нет, – возразил папа. – Этот человек и ему не по зубам.
Я вытаращилась на него.
– Эй! Откуда ты знаешь об отце Доме? Пап, ты что, шпионишь за мной?
Он смутился.
– Слово «шпионить» несет слишком негативный оттенок, – запротестовал он. – Я просто справлялся, как ты поживаешь, вот и все. Разве можно винить человека за то, что ему хочется проверить, как дела у его маленькой дочурки?