Девятый 4
Шрифт:
– Я не понимаю, о чём вы говорите. И где я вообще нахожусь? – наконец, отважился спросить Виктор.
– Ты хочешь стать сильнее? – вопросом на вопрос ответил Кентен.
– Хочу.
– Для чего тебе это?
– Чтобы уничтожить всех, кто посмел выступить против моего рода. Чтобы защитить Ниссу и господина Битти. Чтобы вытащить остальных людей из проклятой лаборатории. Чтобы больше никого не бояться, – даже не задумываясь выпалил мальчик. Для себя он уже давно ответил на этот вопрос.
Мужчина по-прежнему сидел не двигаясь. Казалось, что он даже не дышит.
– В любом мире нет ничего хуже мести. Одна месть неизменно
– Я согласен на всё, чтобы стать сильнее. Сейчас я слишком слаб и не могу помочь даже себе! – выкрикнул Виктор, не ожидая от себя подобного. А потом уже гораздо тише добавил. – А чему вы сможете меня научить?
После этого вопроса глаза Кентена распахнулись и он пришёл в движение, принявшись танцевать. Иначе, как танцем его движения нельзя было назвать. Но Виктор точно знал, что каждое это движение может с лёгкостью отнять жизнь, практически у любого бойца. Возможно, что противостоять Кентену смогут лишь сильнейшие одарённые, но о них Виктор знал только по рассказам мистера Битти.
Сильнейшим бойцом, которого он видел, был дядя Свен. Но он оказался слишком слаб и проиграл в тот день, когда род Велесовых практически перестал существовать. И вот теперь Кентен показывает мальчику этот удивительный танец смерти.
– Если мироздание решило сделать тебя моим учеником, значит, ты обладаешь идеальным божественным телом. Величайшим даром и величайшим проклятьем одновременно. В моём мире любой мастер, достигший своего предела не остановился бы ни перед чем, чтобы заполучить твоё тело. Сколько тебе сейчас лет?
– Десять.
– Выходит, что в твоём мире ничего не знают о свойствах идеального божественного тела. Иначе они не позволили бы тебе дожить до семи лет. Подойди ко мне, – произнёс Кентен, резко прекратив свой танец.
Виктор приблизился к мужчине, и в тот же миг отлетел назад. Он даже не смог уловить движения Кентена, когда тот ударил. Грудь разрывалась от боли. Мальчик с ужасом посмотрел на дыру, что осталась от удара Кентена, а затем на мужчину, что стоял на том же месте, сжимая в окровавленной руке, ещё бьющееся сердце.
– За возможность иметь, практически неограниченный запас донорских органов, правители моего мира устраивают войны, которые уносят с собой миллионы жизней. А великие мастера стирают с лица земли целые города. В своё время мне очень повезло, что учитель смог найти меня раньше остальных. Все, кто бросал ему вызов – мертвы.
– Я не понимаю, о чём вы говорите, – произнёс Виктор.
Боль уже прошла, но он всё ещё не мог подняться, чувствуя не свойственную ему слабость.
– О том, что твоё сердце находится у меня в руке, но ты отчего-то не умер. В этом месте я не могу тебе показать все преимущества идеального божественного тела. Лишь имитацию того, на что оно способно. Сейчас тебя
– Хотите сказать, что я бессмертный?
Виктор знал, что родовая техника сделала его особенным. Любые повреждения восстанавливались очень быстро. Он никогда не испытывал нужды в воде и пище, мог обходиться без воздуха. Делать кучу вещей, которые убили бы любого другого человека. Да и в лаборатории довольно часто проверяли пределы его живучести. Из-за этого Виктор хотел сделать со своими мучителями то же самое, что они делали с ним. Тело восстанавливало любые повреждения, но при этом Виктор каждый раз чувствовал боль. До того момента, как он не научился жить с этой болью, ему было очень тяжело. Несколько раз Виктор больше не мог терпеть и плакал, показывая свою слабость. Отчего ненавидел своих мучителей ещё сильнее.
– Конечно, нет! Бессмертные это люди, покорившие время и сумевшие остановить его для себя. Эти люди обладают невероятной силой, и даже в моём мире никто не смог развиться до такого уровня. Те же, кто имеет идеальное божественное тело, растут и развиваются, как и остальные дети. Примерно лет в двадцать, двадцать пять этот процесс заканчивается, и мы остаёмся в этом возрасте до самой смерти. Как ты думаешь, сколько мне сейчас лет?
– Двадцать пять? – предположил Виктор. Ему сложно было судить о возрасте человека по его внешности. Слишком мало людей он видел за свою жизнь. Сперва жил с родителями в глухой тайге, а затем сразу клетка в лаборатории.
– Сейчас мне шестьдесят девять лет. В медитации я просидел уже больше десяти лет. Ты стал первым, кто смог вывести меня из процесса самосовершенствования. На момент, когда я замер в развитии, мне было двадцать один год. То же самое будет и с тобой. В один прекрасный момент ты просто перестанешь стареть. Но это будет касаться лишь твоего тела. Энергетическая составляющая будет неуклонно делать своё дело, приближая твою кончину. Поэтому время легко сможет убить тебя. Время и никто больше. Твоё тело может быть уничтожено, но дар всё равно восстановит его.
Виктор слушал Кентена, наблюдая, как дыра в груди постепенно начинает затягиваться. А перед этим там выросло новое сердце, принявшись перекачивать кровь, которая словно застыла в жилах, до того момента, пока не восстановилась нормальная циркуляция. Он уже множество раз видел, как затягиваются раны, но тогда это было гораздо быстрее. Словно в этом месте само время подчинялось Кентену.
– Твоё тело – это идеальное оружие. Но даже самый лучший клинок в неумелых руках будет лишь острым куском металла. Если ты станешь моим учеником, я научу тебя пользоваться этим оружием. И тогда ты сможешь защитить людей, что дороги тебе и отомстить за семью, – сказав это Кентен, сделал неуловимое движение и оказался рядом с Виктором. Одним шагом преодолев несколько метров. Его рука легла Виктору на голову. – Я мастер Кентен, из дома Майен, предлагаю тебе Девятый, стать моим учеником. Только я смогу раскрыть потенциал, заложенный в тебя мирозданием. Человеку с идеальным божественным телом нужен учитель с таким же телом. Если ты согласен, то просто скажи об этом и сила сама подтвердит наш договор.