Девятимечье
Шрифт:
— Хорошо… А зачем тебе кровосос? — спохватился Кейтан, обнаружив, что самый-то главный вопрос он задать забыл.
— Он помог нам выбраться, — Тлайрат тут же посерьезнела. — Он вообще какой-то странный… Не похож на остальных вампиров. Никогда не видела, чтобы он мучил кого-нибудь. Я просто хочу с ним поговорить. Понять хочу.
— Что понять?
— Почему остальные такие, — недоуменно сказала бывшая рабыня. — А что?
— Потому что кровососы, — отрезал Кейтан. — Кровососы — все одинаковые. Все твари, и всех надо уничтожить.
— Если бы ты парой дней назад уничтожил этого кровососа, то сегодня мы все погибли бы! — оборвала его «пламенную речь» Тлайрат. — И пока я с ним не поговорю,
— А что ты мне сделаешь? — охотник презрительно усмехнулся.
Девушка вспыхнула и схватилась за заткнутый за пояс кинжал.
— Эй, а может, вы сперва нам поможете, а потом уже драться будете? — насмешливый, хотя и слабый, голос Сергаала мгновенно отрезвил обоих.
Спустя два часа все сидели у большого костра, быстро сооруженного Кейтаном. Сигурни тоже пришла в себя, а вот Мартин до сих пор пребывал без сознания — он был крайне истощен, и, кажется, у него просто не было сил очнуться.
— Когда я увидел Сиг у стены, я словно бы взорвался изнутри. Вот уж не думал, что способен на такое, — потрясенно проговорил Сергаал, выслушав рассказ охотника о безумном светопреставлении. — Но начну по порядку.
И Хранитель начал рассказывать. Про Арену, про победу, про вампира, купившего его кровь, про обращение, и про то, как его повели на «первый ужин».
— …просто вспышка в голове — и все. Что было дальше — не помню. Очнулся уже здесь. Что происходило после того, как меня привели в ту камеру, понятия не имею, — Волчонок подсел поближе к костру, он до сих пор не мог согреться.
— Зато я знаю, — заговорила Тлайрат.
— Ну так расскажи! — Кейтан подался вперед, жадно ловя каждое слово. Он уже и думать забыл о том, что в каких-то тридцати футах от него лежит хоть и связанный, но вполне себе живой вампир.
— Я стояла в коридоре, за спиной Мартина, а сам Мартин — в дверном проеме. Но мне все равно было неплохо видно. Он, — девушка кивнула на Сергаала, — сделал несколько шагов к жертве, а потом вдруг обернулся — мне страшно стало. Я почти всю жизнь провела среди магов, и всякого насмотрелась, но это… бррр! Глаза как черные провалы в бездну, по пальцам молнии — тоже черные, а взгляд… я думала, умру от ужаса на месте. А потом хлынул свет, герцог закричал — и исчез. Но мне кажется, он выжил. Я краем глаза успела заметить вспышку портала. Потом все залило этим светом, начали рушиться стены, я упала на спину, и вдруг поняла, что на меня рушится огромный камень. Но Мартин успел перейти в боевую трансформацию, и закрыл меня собой. Честно, я понятия не имею, зачем он это сделал. Но он удержал камень, а свет его почему-то не тронул. Где-то через полчаса все закончилось, Мартин как-то сделал, чтобы потолок не рушился снова, и вытащил из комнаты Сергаала и Сигурни. Потом сказал, что отсюда надо выбираться, и мы стали искать выход — вдвоем, потому что Сиг только на минутку пришла в себя, пролепетала что-то про то, что снаружи помогут, назвала имя — Кейтан — и снова потеряла сознание. А Сергаал так и не очнулся, пока не вылезли. В общем, мы стали искать выход, по очереди тащили их двоих, и разбирали завал. Мартин половину времени провел в боевой форме — свод в любую секунду мог рухнуть, и нас бы завалило. Один раз посыпались камни, но он закрыл нас собой, и все уцелели — но его чем-то сильно ударило, а может — просто истощение случилось, и он тоже потерял сознание. К счастью, это было уже почти у самого выхода, правда, я еще не знала, что это выход. Я попыталась сдвинуть камень — не получилось. Тогда я стала кричать и звать на помощь — и тут откликнулся Кейтан. Собственно, все…
— Ты хочешь сказать, что этот кровосос спасал нас, рискуя собой? — с явственным недоверием в голосе уточнила Сигурни.
— Да. Я тоже
— Кто за то, чтобы убить вампира? — спросил Хранитель после непродолжительного молчания.
Охотники синхронно подняли руки.
— Кто за то, чтобы оставить ему жизнь? — добавил он, поднимая руку — и тут же получил ослепительную, полную благодарности улыбку от бывшей рабыни. — Ну вот, голоса разделились. Но мы можем попросит Эстаи поучаствовать в голосовании, если хотите. Или просто оставить решение за мной.
Кейтан и Сигурни переглянулись.
— Ладно, пусть живет… пока что, — нехотя проговорил юноша. — Но я все равно считаю, что его надо прикончить.
— Сейчас всем надо только одно — отдохнуть, — резко оборвал его Сергаал. — И именно этим мы сейчас и займемся.
Неподалеку обнаружили пещерку, очень удобную для ночлега. Кейтан принес оставшиеся на месте прежней стоянки вещи, пол пещеры застелили лапником, поверх которого положили одно одеяло, а сверху накидали плащи и остальные одеяла — укрываться.
Проблема возникла, когда стали решать, кто где спит. Охотники наотрез отказались ночевать в одной пещере с вампиром. Тогда Хранитель плюнул, выругался, обложив всех отборнейшим русским матом — который те прекрасно поняли по интонации, и уложил Мартина в корнях дерева напротив пещеры, создав над ним непроницаемую для солнца темную завесу.
— Все, отбой! — скомандовал Сергаал, падая на лапник возле выхода. Сигурни улеглась с другой стороны от него, следом — Тлайрат, и последним, почти у стенки — Кейтан. Последний клялся себе, что и глаз не сомкнет, пока рядом такая угроза — но усталость оказалась сильнее, и спустя пять минут охотник уже спал крепким сном.
Тлайрат отключилась чуть ли не раньше, чем ее голова коснулась импровизированной подушки, Сигурни тоже уснула очень быстро. Да и сам Волчонок, выложившийся по полной программе, вскоре последовал примеру остальных.
А вампир Мартин был без сознания. И потому, когда через полчаса Сергаал открыл алые, без единого проблеска разума, глаза, и резко сел, предупредить об опасности было некому.
Шестая глава
Полумрак, царивший в небольшой овальной комнате, с трудом разгонял неяркий свет трех высоких свечей, стоявших в резном подсвечнике на столе. В их ровном сиянии можно было разглядеть худенькую коротко подстриженную девушку, сидящую на высоком табурете возле стола, и увлеченно изучающую лежавшую у нее на коленях толстую книгу.
С шелестом перевернулась страница, повинуясь плавному жесту ладони Марии. На лбу эльфы выступил пот, пальцы слегка подрагивали — даже столь элементарное магическое воздействие, как бытовой телекинез, давалось с величайшим трудом. И то чудо, что хотя бы такие мелочи получались, несмотря на блокировку способностей проклятым ошейником!