Девятимечье. Тетралогия
Шрифт:
Меч тяжело вздохнул.
«Что ж, извини — но ты сам виноват. Я хотел решить дело миром», — и умолк.
«Что ты имеешь в виду?» — запоздало спросил Волчонок, уже чувствуя, что артефакт ушел.
Но ответ на вопрос он все же получил. Этот ответ ворвался в комнату минут через пять, в виде встревоженной и разъяренной Сигурни.
— Сергаал, это правда? — с порога спросила она, не успев толком разглядеть, в каком состоянии находится возлюбленный.
— Э… Как ты меня нашла? — не придумал он лучшего способа уйти от разговора, которого так не хотелось. Мысленно Хранитель на
— Эстаи подсказал.
— И что он тебе еще подсказал? — Волчонок всеми силами старался оттянуть тот миг, когда она увидит, в каком состоянии он находится.
— Много чего. Например, то, что ты будешь заговаривать мне зубы, чтобы я тебя не увидела, — с этими словами охотница быстро пересекла комнату, и сорвала с незадачливого возлюбленного одеяло.
Что ж, все могло быть и хуже. По крайней мере, читать Сергаалу нотации девушка не стала — зато угрожая созвать консилиум из всех имеющихся магов, она заставила его выдать, что необходимо для его выздоровления. И теперь Клинок был заперт в одной из башен Вазенстарского замка, в которой уже успели проделать окна, и пытался наслаждаться бездельем. Сигурни заходила по несколько раз в день, докладывая новости и получая новые распоряжения, иногда, когда выдавалась минутка, забегала просто поболтать. С Эстаи Волчонок принципиально не разговаривал — впрочем, Меч платил ему тем же, помимо всего прочего, заблокировав несчастному Хранителю доступ к Пределу.
— Сколько еще мне здесь лежать, пока вас убивают вампиры? — вскинулся он, едва дверь отворилась, и в комнату вошла Сигурни с подносом.
Охотница уже не обижалась на подобные выпады — привыкла за четыре дня.
— Еще дня три, наверное, — прикинула она. — По крайней мере, Эстаи рекомендовал устроить тебе постельный режим на семь дней, лучше — на декаду. Так что все зависит от твоего поведения.
— Создатель, за что ты меня так покарал? — простонал Сергаал, откидываясь на подушки.
Сигурни хмыкнула, ставя поднос на прикроватный столик.
— Поешь, пока не остыло.
— Сперва расскажи, как идут дела.
— Нет, сперва ты поешь, а потом уже расскажу.
После недолгих препирательств Волчонок настоял на компромиссе — он будет есть, а охотница излагать новости.
— Большая часть домов уже пригодна к жизни. Тлайрат вычистила энергетику, строители закончили переоборудование под человеческие нужды. Местная Арена разрушена, как ты и приказал. Всех «кандидатов» повесили, тела сожгли. Жители вольных деревень к нашему приходу отнеслись хорошо, хотя до сих пор боятся. Отловили еще около тридцати «животных», пока что их приводят в порядок, насколько это возможно. Почти все могут выполнять простейшие работы.
— Главное — позаботиться о том, чтобы они не оставили потомства, — нахмурившись, напомнил Сергаал.
Проблема вампирских рабов, чей интеллект находился где-то чуть выше обезьяньего, решить полностью до сих пор не удалось. Убивать ни в чем не повинных «животных» никто не хотел, но жить нормально они просто не умели. Пока что было решено отправлять их на простейшие работы, преимущественно — в новые деревни, под руководство нормальных людей.
— Разумеется. Тлайрат предоставила на рассмотрение совета свое новое заклинание, которое магически стерилизует женщин. Безболезненно, безопасно, эффективно.
— Хорошо, я посмотрю. Герцога до сих пор не нашли?
— Нет, к сожалению. Зато удалось захватить еще двух вампиров-аристократов. Что с ними делать?
— Пока что пусть посидят в камере. Выйду отсюда — разберусь. Что еще?
— Из важного — вроде, ничего.
— Вот и ладно, — он привлек девушку к себе.
— Сергаал, я хотела спросить… а где твои ручные вампирчики? Что они вообще делают?
— Ты имеешь ввиду Мартина и Вивьенна?
— Да.
— Вив отправился отлавливать беглых. У него это неплохо выходит, да и солнца не боится. А Мартин здесь, я у него учусь этой их магии. Он сам не маг, но теорию знает прекрасно.
— Ты и правда ему доверяешь?
— Он связан вассальной клятвой. Даже если захочет, не сможет меня предать или как-либо мне навредить.
— Когда ты собираешься его уничтожить? Когда он перестанет быть полезен? — как ни в чем не бывало, спросила Сигурни.
Волчонок выронил вилку.
— Сиг, ты хорошо помнишь слова клятвы? Она взаимная. Я господин Мартина, но не его хозяин. Он не принадлежит мне, только служит. И я клялся благодарить его за службу.
— Вот и отблагодари его несчастную душу, раз уж ты так уверен, что у кровососов она есть, освобождением из этого мерзкого воплощения! — девушка повысила голос.
— Стоп, — холодно оборвал ее Сергаал. — Мы больше не будем разговаривать на эту тему. Что и как мне делать с моими вассалами — я решу сам. Договорились?
— Как скажешь, — охотница встала. — Разрешите идти?
— Как хочешь, — он отвернулся. Лучше было поссориться сейчас и, как обычно, помириться вечером, чем снова ругаться до хрипоты по поводу «ручных вампиров» Хранителя, которых девушка ненавидела так же сильно, как и всех прочих представителей этого племени. Даже Йенна в этом плане была настроена не столь категорично.
Сигурни вылетела за дверь, едва удержавшись, чтобы не хлопнуть ею. Волчонок же, тяжело вздохнув, принялся вновь прогонять в памяти события последних пяти декад.
Первый город вампиров, к которому подошла пятитысячная армия охотников, взять было проще всего, несмотря на то, что люди волновались, и не чувствовали веры в собственные силы… как, прочем, и Сергаал. Он совершенно не был уверен, что сумеет повторить свое заклинание, которое уничтожило предыдущий город. Проблема решилась случайно, благодаря мечтательной шутке Тлайрат:
— Эх, вот если бы ночью зажечь над городом солнце, хотя бы искусственное, хотя бы на несколько секунд, — вздохнула девушка.