Девятимечье. Тетралогия
Шрифт:
— Да, — Аре досадливо поморщилась. Нет, она и не рассчитывала на скорую встречу, но две недели — это слишком много. Решать надо сейчас.
— Тогда давайте я вас соединю, возможно, министр согласится встретиться с вами в какое-то другое время, или же вы решите ваш вопрос по телефону.
— Спасибо, соедините, пожалуйста.
— Одну минуту…
Раздалась негромкая музыка, а спустя полминуты — спокойный голос министра.
— Добрый вечер, госпожа вартен. Я вас слушаю.
— Здравствуйте, господин министр, — у мирры перехватило дыхание. Она разговаривает с самим министром! — Мне необходимо с вами встретиться, чтобы обсудить одно очень
Сен-о-Летер на минуту замолчал, явно что-то обдумывая.
— Хорошо. Подъезжайте в штаб комитета через… полтора часа. Вас это устроит?
— Более чем! — радостно ответила Аре. Она не ожидала, что министр так быстро согласится.
— Тогда до встречи. Покажете на входе удостоверение, вас пропустят.
— До встречи.
Повесив трубку, женщина вскочила. Времени оставалось мало, а подготовить все документы было необходимо.
Сен, закончив разговор, задумался. Он лично подписывал назначения и повышения этой мирры, сильно его заинтересовавшей — по результатам переэкзаменовки, ее можно было повышать сразу до кер-вартена, но министр побоялся торопиться. Пусть покажет себя, а там посмотрим, решил он.
И вот сейчас вартен Дирити направляется к нему для очень важного разговора. Интуиция подсказывала полицейскому, что разговор действительно будет серьезным, но вот о чем именно он будет?
Мирр поднял трубку внутреннего телефона, и связался с охраной на входе, велев пропустить вартена Дирити, как только она приедет.
— О чем же вы хотели со мной поговорить? — Сен-о-Летер встал из-за большого стола, заваленного разнообразными бумагами, и подошел к столику у окна, указывая мирре на второе кресло.
Аре неуверенно огляделась, что не укрылось от взгляда министра. Он улыбнулся и покачал головой.
— Не волнуйтесь, этот кабинет абсолютно точно не прослушивается. Прошу, садитесь. Тарр будете?
— Да, спасибо.
Сен наполнил пиалы ароматным дымящимся напитком.
— Я вас слушаю.
— Министр, позвольте, я буду задавать откровенные вопросы? — решилась, наконец, женщина.
— Если они не касаются моей личной жизни — пожалуйста, — он иронично улыбнулся.
— Нет, конечно. Они касаются исключительно нашей страны в целом и комитета полиции в частности.
— Тогда задавайте.
— Я внимательно наблюдала за вашими реформами и за всей реорганизацией комитета. Кстати говоря, лично от меня отдельное спасибо за новое положение о государственном займе.
— Всегда пожалуйста.
— Так вот. Я следила, анализировала, вычисляла — все пыталась понять, чего же вы хотите. И, кажется, поняла.
Сен чуть отвел назад уши.
— Что же вы поняли? — негромко спросил он.
Аре набрала в грудь воздуха, помолчала несколько секунд, и выпалила.
— Вы готовите внутреннюю армию, преданную лично вам. Скорее всего — для переворота.
— Что же вы предпримите, если я скажу, что вы правы? — вкрадчиво поинтересовался Сен.
— Я буду задавать много вопросов. А результатов у нашего разговора может быть два. Либо ваши ответы удовлетворят меня, и тогда я буду готовить свое отделение в соответствии с вашими планами, либо же нет — и тогда живой я отсюда не выйду, — она решила играть в открытую.
— Даже так? Что ж, хорошо. Да, я готовлю внутреннюю личную армию для свержения ныне действующего правительства и захвата власти в стране.
— Зачем вам это?
— Аргонрад умирает. Тысячи мирров ежедневно погибают от болезней, хотя уже
Так вот, вы спросили, зачем мне власть. Затем, чтобы изменить эту страну. Аргонрад может жить гораздо лучше. Весь Аргонрад, а не только высокопоставленные чиновники и олигархи из корпораций. Затем, чтобы мирры не умирали от голода и болезней, которые лечатся за неделю в биованне. Затем, чтобы исследовательские институты разрабатывали, например, оборудование для терраформирования — вы же знаете, что более половины земель материка не заселены только потому, что не приспособлены для жизни. Мне продолжать?
— Не стоит… я все поняла, — сказать, что Аре была поражена — не сказать ничего. Большое дело на себя взял новый министр… слишком большое, чтобы потянуть его в одиночку. — Вы работаете на Орден Свободы, да?
Сен усмехнулся.
— Вы очень сообразительны. Можно сказать и так, хотя вернее будет — я работаю вместе с Орденом Свободы. И только благодаря их поддержке мне удалось стать министром и добиться всего того, чего я уже добился.
— Но ведь Орден Свободы — террористы. Несмотря на все их пропагандируемые «благие цели» — они добиваются этих целей такими средствами, что зла от них гораздо больше, — возразила Аре. Она не была уверена, что обладает всей информацией, более того — она точно знала, что не всей — но и того, что имелось, вполне хватало для обоснованного недоверия к этой оппозиционной организации.
— Я так и думал, что вы это скажете. Одну минуту, — Сен взял со столика коммуникатор. — Юна, пожалуйста, запиши для госпожи Дирити диск номер семнадцать и принеси его, — и добавил, обращаясь уже к Аре: — просмотрите информацию и сразу же уничтожьте диск. Не выбросьте, а именно уничтожьте.
— Что за информация?
— О реальных делах Ордена Свободы. Не о тех, что им приписывают, а о настоящих. Плохих и хороших. Списки убийств, списки спасенных. Некоторые имена встречаются по нескольку раз — за каждое спасение, так сказать. Я среди них лидирую с существенным отрывом — меня они спасали уже четырнадцать раз.