Девять Вязов
Шрифт:
Тристан был на совещании отдела кадров Университета Эшдин по вопросу его аттестации. Он уже три месяца работал ассистентом у Кейт и теперь, по ее рекомендации, должен был стать постоянным сотрудником университета. Пропустить это совещание он не мог. Она пообещала позвонить ему, если будут какие-то новости.
Кейт купила сэндвич на заправке и проглотила его, сидя в машине. Затем она поехала к своей первой остановке, дому, где жили Малкольм и Шейла, когда Кейтлин пропала. Олтринхэм, довольно богатый и модный район, располагался на окраине Большого Манчестера. В их бывшем доме, маленьком с плоской крышей,
Следующей остановкой на ее пути была церковь, где располагался молодежный клуб Картера. Здание снесли в 2001 году, и теперь на его месте находился распределительный центр, который занимал почти пол-улицы. Кейт наблюдала за въезжающими и выезжающими грузовиками и задавалась вопросом, что случилось с речкой, которая бежала за молодежным клубом. Казалось, что склады растянулись на несколько гектаров.
Было уже почти два часа дня, когда Кейт подъехала к аптеке Пола Адлера, расположенной в нескольких километрах от старого дома Кейтлин и замыкавшей вереницу магазинов, среди которых затесалась кофейня «Коста» и два агентства по недвижимости. Красная флуорисцентная вывеска над дверью гласила «Аптека Адлера». В витрине стояли в ряд большие разноцветные покрытые пылью пузырьки.
Кейт вошла внутрь под звуки дверного колокольчика, почувствовала приятный запах антисептиков и услышала приглушенные, точно в библиотеке, голоса, которыми еще говорили в старых аптеках. Деревянный пол и стойки блестели полиролью. Две пожилые дамы стояли у стойки и тихо переговаривались с молоденькой девушкой за перегородкой, а из дальнего помещения доносился звон пузырьков, в которых смешивались рецептурные препараты.
В аптеке также продавали косметику, и Кейт в ожидании рассматривала тюбики на полках, пока пожилые дамы не ушли под звуки колокольчика. Тогда она подошла к девушке в белом халате и сказала, что у нее назначена встреча с Полом Адлером.
– Я проверю, свободен ли он, – сказала девушка.
Она была похожа на куклу: миниатюрная блондинка с огромными глазами. Говорила она тонким, почти что писклявым голосом. Она вышла и вернулась через несколько секунд в сопровождении высокого широкоплечего седоватого мужчины. Он набрал вес и немного сутулился, но Кейт, тем не менее, узнала в нем Пола Адлера.
– Здравствуйте, рад встрече, – сказал он, протягивая руку.
– Спасибо, что согласились встретиться со мной, – сказала Кейт.
Он накрыл ее ладонь второй рукой. Когда он смотрел на нее, глаза у него были ясные и невероятно голубые. Кейт заметила искусственный глаз, только когда он глянул на девушку за стойкой.
– Тина, мы будем на кухне. Не беспокойте нас, пожалуйста.
– Конечно, мистер Адлер, – робко ответила девушка.
– Сюда, пожалуйста, – сказал он, выпустив руку Кейт.
Он
Внутри работали две девушки, внешне похожие на Тину – маленькие и миловидные с длинными светлыми волосами. Они в полной тишине смешивали рецептурные препараты и отвернулись, когда Кейт прошла мимо. В конце коридора была небольшая кухонька для сотрудников, в которой стоял деревянный стол и стулья. Стеклянная дверь выходила на маленькую погрузочную площадку.
– Присаживайтесь, – сказал Пол и закрыл дверь. Кейт выдвинула стул рядом со стеклянной дверью и села. – Хотите кофе?
– Да, спасибо. Черный и без сахара, – ответила Кейт. С закрытой дверью комнатка казалась еще меньше. – Вы сохранили все эти старые детали снаружи. Напоминает аптеки, в которых я бывала в детстве.
– В следующем месяце все это уберут. Я заказал новую вывеску, проводку и электронную охранную систему. Камеры у кассы и в зале пишут еще на видеокассеты, – сказал он. – Вот фотографии.
Он взял конверт, лежавший рядом с капсульной кофемашиной. Шлепнув фотографии на стол, он начал суетиться у кофемашины. Кейт открыла конверт и достала оттуда шесть фотографий Кейтлин – все сделаны в ясный солнечный день. На фотографиях она позировала в поле среди лютиков. На ней было длинное белое платье и венок из ромашек.
– Она была красивая, – сказала Кейт, просматривая снимки.
Пол не ответил. Кофемашина, издав сигнал, отключилась, и он поставил на стол чашки. Выдвинул стул и сел напротив.
– Вы сохранили фотографии. Она для вас что-то значила? – спросила Кейт.
– Послушайте, я с радостью отвечу на любые ваши вопросы, но мне не нравится быть под подозрением, – в его мягком голосе затрепетала угроза.
– Вы не под подозрением. Я вам говорила, что меня наняли родители Кейтлин, чтобы прояснить несколько вопросов… Это скорее просто наблюдение. Так зачем вы хранили фотографии?
– В свое время я сам проявлял фотографии здесь, еще до того, как мир стал цифровым. Среди моих клиентов были актеры и модельные агентства. Они платили мне за то, что я хранил у себя их негативы для последующей печати. Я сохранил негативы снимков Кейтлин на память. Как сентиментальный тюфяк, – сказал он.
Кейт подумала, что своим ровным немигающим, устремленным на нее взглядом он не производит впечатление «сентиментального тюфяка».
Внезапно открылась дверь, и вошла Тина с полным мешком мусора.
– Ой, простите, мистер Адлер, – сказала она.
– Проходи, – сказал он.
Он не стал придвигаться к столу, и девушке пришлось протиснуться позади него. Она открыла стеклянную дверь и вышла на погрузочную площадку. Дверь за ней закрылась. Кейт наблюдала, как девушка пошла в сторону большого мусорного бака, заваленного пакетами. Она бросила мешок на кучу сверху и вернулась.
– Этого источника дохода мне сильно не хватает. От проявки фотографий, – сказал Пол, снова обратив свое внимание на фотографии Кейтлин. Тина подошла к кодовому замку на двери и одними губами произнесла цифры, которые набирала: один, три, четыре, шесть. Дверь со щелчком открылась.