Девять минут до взрыва
Шрифт:
– Один приехал?
– Да. Москвичи и Шульц куда-то к этому времени отъехали. Вроде как перекусить… или каких продуктов прикупить, не знаю. В половине седьмого появились Борман и Кислый…
– Это ваши ва-аронежские, да? Фамилии! Адреса! Где работают?!
Поживин ответил и на эти его вопросы.
– Ну а па-ачиму ты не па-аехал с ними на «дело»?
– Так мне не предлагали!
– Пачиму? Ти-и разве не мужчина? Ты трус, да? Только грушу умешь ка-алатить? И языком молоть, да?
– Народу, наверное, и без меня хватало!
– А ма-асквичей было
– Могло быть и больше. Я ж в их разговоры не встревал. Они то уезжали… ненадолго… то возвращались! Там есть комната… типа кабинет такой… вот там они про меж собой о чем-то совещались!
– И что па-атом было?
– Когда приехали еще двое наших, Борман и Кислый, я уехал – на съемную хату! А они остались: у Бормана тоже есть комплект ключей от всех помещений «клуба».
Тахир еще какое-то время расспрашивал Поживина касательно личностей москвичей и воронежских соратников. Потом решил спросить о человеке, фамилию которого в самый последний момент назвал Супрун.
– Скажи, Па-аживин… а ты такого Краснова – знаешь? За-авут его – Дмитрий!
– Краснова? Гм…
Саид отвесил допрашиваемому смачную затрещину, затем «подбодрил» ударом палицы по ляжке…
– А-атвичай, свинья!
Поживин некоторое время мотал головой; у него звенело в ушах, а окружающие предметы расплывались, Ощущения были такие, словно он находится на ринге и только что пропустил мощный апперкот…
– Ты знаешь эта-ава парня?
– К-кого? А… Краснова… Это вроде бы дружок Супруна. Так вы у него спросите…
– Без ти-ибя разбиремся, а чем нам спрашивать! Так что ты слышал пра этава… пра Краснова!
– Да почти ничего! Леха рассказывал как-то, что у него школьный приятель из армии вернулся!
– Краснов?
– Да.
– Кем служил? А-афицер?
– Вроде на Кавказе… по контракту. Вроде бы не офицер… сержант или прапор.
– Еще что знаешь?
– А потом… это уже в понедельник было… или в всокресенье, не помню уже… Шульц рассказал, что в пятницу была драка на дискотеке. И что этот Краснов… он его Димон называет… что он чуть не в одиночку вломил физдилей целой своре черно… звер… Ну, короче, чужакам! Шульц очень его хвалил! Сказал, что Краснова надо принять в нашу компанию. Что надо помочь ему с работой! Потому что до хера всяких трепачей, гопоты и хиляков, а настоящих мужиков – единицы!
Тахир посмотрел на Ваху, который тоже присутствовал при допросе. На их лицах на короткое время появились кривые ухмылки – ну и горазды эти русские свиньи сочинять байки. Если бы не строгое указание Руслана Сайтиева, – не встревать в локальные стычки с местными бритоголовыми – от них бы уже давно и мокрого места не осталось!
Из другой комнаты, где на гвозде, вбитом в стену, висел пиджак Тахира, донеслось пиликанье телефона.
Ваха метнулся за мобильником, вернулся, передал трубку Сайтиеву.
Тахир сверился с экранчиком – звонит личный помощник дяди Руслана.
– Да, слушаю, – сказал он, перейдя на родной язык.
– Тахир, через два часа вы должны
– Понял, через два часа буду.
– Значит так, Саид, – сказал Тахир, прежде чем покинуть бывшую молочную ферму, где прятали двух бритоголовых. – Меня вызывают по делу… Жаль, жаль… хотел лично поучаствовать! У тебя здесь найдется острый нож?
Саид ухмыльнулся – он уже понял, куда клонит кунак.
– Найдется, Тахир. Нож у меня острый, как бритва.
– Поручаю тебе казнить… Супруна! Он бы и так издох, конечно. Но я хочу, чтобы его – обезглавили! Он этого сполна заслужил.
– Твой приказ будет выполнен, Тахир.
– Останки вывезете отсюда ночью. Закопаете отдельно – туловище и голову – в разных местах! Знаешь в округе какое-нибудь малолюдное место?
– Мы здесь уже вполне освоились.
– Надо сделать так, чтобы его н и к о г д а не нашли! Даже – по частям!
– Знаю такое место, Тахир. Все сделаю, как велишь. А с этим как поступим? – он кивнул в сторону экс-боксера. – Может, и его… заодно?!
– Пусть еще поживет день-другой. Если не расскажет ничего нового, ничего интересного для нас… казним и его.
Тахир решил сделать небольшой крюк, тем более, что у них в запасе имелся почти целый час времени. Он сказал Вахе, чтобы тот ехал на северную окраину, по знакомому уже им адресу – улица Вагонная.
Они уже почти были у цели, когда Ваха, обычно редко проявляющий инициативу в разговоре, сказал:
– Ты хочешь заехать к ней, Тахир?
– Нет. Но даже если и к ней, то это, дорогой Ваха – не твое дело.
– Среди русских, конечно, встречаются красивые девушки, но…
– Ваха, ты что – имам? А может, тебя зовут Руслан Сайтиев?
– Я просто хотел сказать, что эта девушка не знает своего счастья. Только это и более ничего.
Тахир – он сидел в кресле пассажира – криво усмехнулся.
Он и сам толком не понимал, почему так запал на эту русскую девушку. Да, она в его вкусе, да, ему нравятся именно такие молоденькие симпатичные девчонки, которым еще не исполнилось двадцати. Ему претит секс с первой встречной, ему не доставляют удовольствия и наслаждения легкие победы, когда – едва познакомившись – ты оказываешься с женщиной в постели. Ну а заниматься э т и м с проституткой, все равно что предавать и продавать самого себя: мужчина, вступающий в акт с шлюхой, спит не только с ней, но еще и с десятками, сотнями переспавших с этой «профессионалкой» клиентов…
Но и долгое ухаживание, долгая осада крепости тоже ему были не по нраву.
Две или три недели знакомства, цветы, телефонные звонки, поход в казино или в ночной клуб…
Подарки – как же без них.
Но не очень дорогие; как правило, это ювелирные безделушки ценой в тысячу-полторы баксов, иногда дорогая косметика.
Он привык добиваться своего; он получал особенное удовольствие в тех случаях, когда девушка, на которую он запал, проявляет характер, когда она либо корчит из себя недотрогу, либо пытается превратить их отношения в легкий, ни к чему не обязывающий флирт…