Девять дней в июле (сборник)

Абгарян Наринэ Юрьевна

– Отец, у тебя же пистолет, напугал бы их! – сказал Рашид, которому он позвонил, добравшись до базы.

– Мне 75 лет, мог бы и промахнуться. А жаль!

* * *

Как и о помолвках своих детей, так и о появлениях внуков полковник узнает последним. Сыновья к нему не по уставу почем зря не обращаются, а, что люди говорят, он не слышит, потому что когда-то оглох из-за взрыва. Поэтому узнает он что-то тогда, когда ему жена сочтет нужным сообщить.

– Самир, а что же ты сам отцу не сказал? – спросила Мариам.

– С ума сошла? Он тогда узнает, что я занимаюсь сексом.

–

А то он и так не знает.

– Теоретически он знает, а практически он об этом не думает. Вообще, если мужчина с другим мужчиной свою жену в сексуальный контекст помещает, то он тьфу, а не мужик.

– Поняла, это и называется экзистенциализм. Когда чего-то нет, но на самом деле оно есть. А как тогда он узнал?

– Ты сказала мне, я сказал маме, мама сказала Амире, Амира сказала своему мужу и братьям. А отцу, кроме мамы, сказать некому, а она, видимо, опять на него обиделась, потому что он опять грозится отвезти Карменситу к ее детям. Вот только недавно и сказала. Он спросил, правда ли, что Мариам чуть-чуть болеет. Я ответил, что правда, слава Богу. Он очень обрадовался, сказал, что очень давно этого ждал.

– Даааа. Непосвященный в тайный код подумает небось, если услышит, что два каких-то садиста разговаривают. Сначала болеет, потом совсем разболеется, а потом будет кризис и резкое выздоровление. А на седьмой день барашку сделают эвтаназию.

Праздник в честь рождения внука прошел в Марокко, потому что так дешевле и аутентичнее. Дешевле? Мариам смеялась в гордом одиночестве, потому что ее тапочки тоже марокканские.

На самом деле Самир попросил отца купить двух хороших баранов и пригласить пять чтецов Корана, а он ему деньги потом отдаст, когда приедет. Полковник сказал, что он бы с удовольствием, но приехать домой никак не может, так как генерал с проверкой пожаловал, поэтому он выписал для Аиши чек с пропущенной суммой, пускай она все организует. Зная свою маму, Самир подумал, что двумя баранами тут не обойдется, и был прав.

Аиша позвонила в тот же вечер, сказав, что уже купила двух баранов с самыми крутыми рогами, но поскольку среди гостей будут пожилые люди, для которых баранина – слишком тяжелая пища, то она еще заказала тридцать кур.

На следующий день она позвонила снова, мол, народу будет немного больше, чем она рассчитывала, поэтому баранов будет три, а кур пятьдесят.

Еще через сутки баранов стало четверо, а кур шестьдесят. Еще откуда ни возьмись, появились блюда с фруктами и сладостями, количество которых тоже постоянно росло, флаконы парфюма для гостей, официанты во фраках и тент на крышу.

– А зачем тент? – давясь смехом, спросил отец Мариам и тесть Самира.

– А там женщины будут сидеть. Просто на крышу неприлично гостей сажать, а тент будет красивый, там столы поставят, стулья, украсят все. Мужчин в салоне посадим, они же все свои, заранее известно, кто придет, сколько надо продуктов, да и все приличные люди. А женщины – другое дело, для них нужно много продуктов про запас, потому что никогда не знаешь, сколько их будет, кроме того, они еще с собой в пакеты еды наберут, да еще и вдруг сопрут что, вот пусть под тентом и сидят, там ничего ценного.

– А почему у вас женщины такие дикие, а мужчины нормальные?

– Это же так просто! Например, я зову тебя в гости,

ты пришел. Понятно?

– Ну да, естественно.

– А вот смотри, зову я в гости тещу. А у нее в это время ее сестра гостит с детьми.

Теща:

– У меня нет никакой сестры.

– Ну не сестра, вот выходишь ты из дома нарядная, а тут соседка спрашивает, куда ты направилась. Ну и придется тебе ее с собой взять, а то неудобно. Вот так женщин много и получается, причем непонятно каких.

– Когда это я к тебе в дом приводила кого попало?

– Ну хорошо, я пригласил в гости не тещу.

– А тебе бы кого попало позвать, лишь бы не тещу!

– Да поезжай в Марокко на здоровье, моя мама тебя встретит как родную.

– ....и посадит на крыше.

– Там есть тент, его украсят!

Поругаться они не успели, потому что позвонила Аиша и сказала, что тех, кто будет готовить, тоже надо чем-то кормить, поэтому к баранам присоединился еще и козел.

Эпилог

Недавно Самиру звонил один из его братьев. Говорит, полковник на здоровье жаловался. А именно схватился за сердце и заорал на весь дом: «Помогите, умираю! Поверните меня к Кибле, быстро! Ох, умираю! Laa illaha illah Allah, Mohammed rasoul Allah!» Семейство уселось вокруг, Коран читает, все как положено. Потом Аиша пошла ужин готовить, возвращается, говорит сыновьям: «Пойдите поешьте, а я с отцом посижу». Полковник: «Я не понял, на меня ты уже не готовишь? Обрадовалась небось! Не дождетесь, масхоты!» [9] Встал и пошел ужинать. И все обрадовались. Даже Карменсита, потому что привыкла уже к нему за без малого тридцать лет.

9

Масхот – человек, за которого не молятся его родители. А если даже родители за тебя не молятся, добра не жди (прим. авт.).

Римма Осипенко

СЕКРЕТАРШИ ПО ИМЕНИ ЮЛЯ

В далекие 90-е, которые многие называют ужасными, а на самом деле время было золотое, о расцвете фирмы узнавали просто. Если появлялась секретарша – дела идут.

Причем нанимали секретаря не сразу, а когда деньги появлялись. Речь не идет о конторах, где первым делом в приемной сажали раскрашенное существо с ногами, которое и не думали использовать по указанной в штатном расписании должности. Существа были одной из ярких примет эпохи, наравне с малиновыми пиджаками и барсетками, ставшими частью фольклора.

В нормальных фирмах в один прекрасный день всем, во главе с руководством, надоедало бегать к телефону, набирать и печатать не имеющие отношения к непосредственной работе бумажки, варить себе кофе.

– Женечка, давай возьмем секретаршу, – подкатилась однажды в хорошую минуту директор консалтинговой фирмы Мякишева к большому начальству. Фамильярность директора объяснялась совместным обучением Мякишевой и босса в школе. Они сидели за одной партой, и в свое время Мякишева частенько поколачивала будущего руководителя деревянным пеналом. Но он оказался не злопамятным.