Девушка во льду
Шрифт:
Прошел час, новостей не было. Они приплясывали на месте, пытаясь согреться на холоде. Потом поступил вызов по полицейской радиосвязи. Происшествие в одном из супермаркетов Сиднэма. Какой-то мужчина открыл стрельбу из пистолета.
– Сегодня наше дежурство, – сообщила Мосс, взглянув на Питерсона. – Нам нужно ехать туда. Марш сказал, здесь – задача не первой важности.
– Так вы езжайте, – отпустила их Эрика. – Я останусь, подожду. – Мосс с Питерсоном поспешили прочь. Эрика осталась одна, сознавая, что у нее нет ни удостоверения, ни полномочий. Так, обычная
– Пока ничего. Они почти у того места, дальше которого я не хотел бы их пускать. Сеть разветвляется на несколько рукавов в направлении центральной части Лондона.
– И куда они все выходят? – спросила Эрика.
– В канализационные очистные сооружения в разных местах Лондона.
– То есть…
– То есть шансы, что крошечный телефон где-нибудь всплывет, ничтожны, – закончил за нее Майк. – Это ж не собака, проглотившая бриллиант, а вы…
– Да, я поняла, – перебила его Эрика. Она вышла из микроавтобуса, села на пень и закурила. Над ней высилась церковь, вдалеке прогрохотал поезд. Через полтора часа из колодца вылезли рабочие – грязные, усталые и потные. Они покачали головами.
– Как я и думал. Теперь телефон может быть где угодно. Даже в море. С 12 января коллекторы дважды открывали. Из туннелей все, что было в них, вынесло. Под давлением такой огромной массы воды ничего не задерживается, – сказал Майк.
– Спасибо, – поблагодарила Эрика. – Что ж, мы попытались.
– Нет. Это они попытались, – поправил ее Майк, показывая на рабочих. – Я предупреждал вашего босса, что это безнадежно, напрасная затея.
Эрика подумала, что Марш, наверно, потому и дал согласие на поиски. Идя домой под дождем, она пребывала в твердой уверенности, что телефон Андреа необходимо найти. Она вспомнила про записку, что ей подсунули, про вещи из шкафчика в ванной, разложенные на ее кровати.
У нее было такое чувство, будто только она одна знает, что полиция арестовала невиновного.
Глава 40
Прошло три дня. От Мосс с Питерсоном ни слова. Энтузиазм и позитивный настрой Эрики постепенно улетучивались, тем более что занять ей себя было нечем. На третий день, когда она уже хотела позвонить Эдварду и предупредить, что она готова навестить могилу Марка, посмотреть надгробие, телефон в ее руке вдруг проснулся.
– Босс, вы не поверите, – услышала она голос Мосс. – Нашелся телефон Андреа.
– Что? В коллекторе? – спросила Эрика, стискивая в ладони ручку.
– Нет. В магазине подержанных мобильных телефонов в Анерли.
– Так это ж совсем близко, в нескольких милях от нас, – заметила Эрика.
– Да. Крейн распространил IMEI-код ее айфона среди местных торговцев подержанных мобильников, сказав, чтобы они срочно связались с нашим оперативным отделом, если у них появится аппарат с этим номером.
– Неужели связались?
– Он их простимулировал, пообещав, что они получат вознаграждение в размере стоимости нового разблокированного айфона 5S.
–
– Его нашла одна женщина. На прошлой неделе дождевая и талая вода затопила водостоки в нижнем конце Форест-Хилл-роуд. Канализационная сеть не выдержала столь мощного давления, трубы прорвало, и вода вышла на поверхность, разворотив асфальт. Наверно, тогда и вынесло на поверхность телефон. Женщина увидела его, подобрала, подумав, что ей дадут за него немного денег, хоть вид у него и не товарный.
– Так он живой? Работает?
– Нет, и дисплей сильно разбит, но мы отдали его компьютерщикам, и они сразу же им занялись. Пытаются вытащить все, что можно, со встроенной памяти.
– Мосс, я приеду.
– Нет, босс, сейчас не надо. Если уж намерены появиться здесь, так дождитесь, пока у вас появятся основания ворваться в отделение и зачитать им закон об охране общественного спокойствия и порядка.
Эрика начала возражать.
– Босс, я серьезно. Как только узнаю что-нибудь, сразу вам позвоню. Обещаю. – Она повесила трубку.
Через долгих шесть часов напряженного ожидания Мосс позвонила и сообщила, что Отдел по борьбе с киберпреступностью извлек из телефона Андреа большой объем данных.
Эрика на такси приехала по адресу, который дала ей Мосс. Они встретились у входа в безликое офисное здание возле Тауэрского моста, в котором располагался центральный Лондонский отдел по борьбе с киберпреступностью, на лифте поднялись на самый верхний этаж и оказались в огромном офисном помещении открытой планировки. За каждым столом кипела работа; за каждым сидел усталый сотрудник полиции, сосредоточенно смотревший в мониторы; рядом с каждым – телефон или ноутбук в разобранном виде, либо спутанные провода и монтажные платы.
В самой глубине у дальней стены располагались в ряд кабинки с затемненными окнами – по-видимому, просмотровые залы. Эрика содрогнулась: даже подумать страшно, какие кадры здешним полицейским приходится просматривать за теми затемненными окнами.
У кулера их встретил невысокий мужчина приятной наружности в изрядно поношенном шерстяном джемпере. Он представился Ли Грэмом. Они пошли вслед за ним через офис к большому хранилищу, забитому полками с компьютерами, телефонами и планшетами; все были запечатаны в прозрачные упаковки. По пути миновали одну низкую полку, где лежал обернутый в пленку ноутбук, на котором запеклась чья-то кровь.
Грэм подвел их к заваленному всякой всячиной столу в дальнем углу, где лежал телефон Андреа – разбитый, весь в трещинах. Задняя крыша на телефоне была снята, а он подсоединен к большому компьютеру с двумя мониторами.
– Мы вытащили из него кучу информации. Жесткий диск не поврежден.
Мосс придвинула к столу пару стульев, и они сели.
– Триста двенадцать фотографий, – продолжал Ли, – шестнадцать видео и сотни текстовых сообщений, отправленных в период между маем 2012 года и июнем 2014-го. Я прогнал все фотографии через программу идентификации людей по их лицам. Нашлось одно совпадение.