Девушка в полосатом шарфе
Шрифт:
– Стефан! Ну ты же не последний…
– Нет, не последний… – Он немного подумал и решительно мотнул головой. – Нет, Кира. Боюсь, мне нечем тебя утешить.
– Да?
– Да. К тому же ты сама виновата.
– Почему это?
– Ты еще в июле сказала, что сможешь справляться со всеми трудностями сама. А теперь – что?
Кира сокрушенно покачала головой:
– Я знала, что ты это припомнишь.
– А что, разве было не так?
– Я не учла, что ты любишь дешевые спектакли.
– Я бы на твоем месте обошелся
– Стефан, при чем здесь то, что я сказала тебе в июле? Сейчас речь идет о другом…
– Извини, Кира, кажется, рейс объявляют.
– Да?
– Да. Мне надо бежать. Наш с тобой спектакль, каким бы он ни был – дешевым или дорогим, – закончен. Пока.
Она посмотрела ему вслед:
– Скатертью дорога.
Она постояла с минуту, размышляя над услышанным. Может, она была неправа со Стефаном? Может, ей не нужно было столь сурово обходиться с ним? Но в голову тут же пришла успокоительная мысль: на кой черт ей сдался такой любовник, который бросает одинокую девушку на вокзале, без денег и с тяжелой сумкой? Ведь это даже по отношению к постороннему человеку некрасиво: если у тебя просят помощи и ты располагаешь возможностями помочь…
– Может, мне блокнотик завести? – пробормотала Кира. – Назову его «предатели». В списке уже есть двое: Петра и Стефан.
Но делать нечего: нужно либо сидеть и ждать, авось, сестра позвонит водителю и он сам приедет (что маловероятно), либо выбрасывать яблоки и ехать домой на трамвае, а потом прямо от дома на такси – в эту загадочную автоколонну… А что? В сложившейся обстановке второй вариант – единственно разумный выход. Кира окинула прощальным взглядом сумку с яблоками и пошла на выход.
На привокзальной площади, где, как всегда, толклось много народу и автомобилей, она увидела Стефана, который галантно сажал на заднее сиденье своего модного авто какую-то белокурую девушку и пожилую женщину. Может, он тоже сегодня знакомится с ее мамой? – с горечью подумала Кира. Может, сегодня день такой? В таком случае она тоже имела честь оказаться среди подобных счастливцев, только познакомилась не с мамой, а с бабушкой. И ничего страшного, что жениха пока не видела в лицо. Это не важно. Зато он – бывшая телезвезда. Широко известная в узких кругах.
Трамвайный билет она купила на последние деньги. И усевшись поудобнее в кресле, с облегчением вздохнула: теперь – все. Теперь она на правильном пути, а яблоки… ну и пусть пропадают. Все из-за них! А еще из-за пани Ижек, которая взяла с нее обещание не расставаться с этой сумкой. Ничего, ничего.
Кира смотрела, как проплывают в окне силуэты домов, площади, скверы, маленькие уютные улочки. Начинало вечереть. В сентябре всегда темнеет рано. Да. Пусть. А город в сумерках становится уютней. Пусть…
Пусть ее яблоки найдет какой-нибудь счастливчик и заберет себе. Что их жалеть? Маме она, конечно, ничего не скажет, да и Петре
Стоп. Сумку?.. Не жалко?..
Кира вскочила и ринулась к выходу. Нет, это просто безумие какое-то! В сумке – поверх яблок – остался лежать свернутый пакет с ее одеждой и документами. Их она точно не собиралась никому дарить!
Она выскочила на улицу, и только там до нее дошло, что же она натворила. Она совершила огромную ошибку, потеряв последний шанс на спасение. Надо было все-таки доехать до дома и взять деньги. Теперь потерялись ее вещи и вместе с ними – она сама в огромном сумеречном городе. А до вокзала топать три длиннющих остановки. И, как назло, в этом районе не живет никто из знакомых! Кроме Стефана.
Но он, похоже, – пройденный этап. А ведь совсем недавно она еще продолжала размышлять: не начать ли с ним новый виток отношений? Они уже три года считались странной парой: сходились, расходились, заводили новые романы, а потом снова возвращались друг к другу. И все говорили, что в этой неопределенности есть что-то трогательное.
Кира уныло побрела по вечерней улице в сторону вокзала. Теперь она вообще не знала, как ей поступить. Догнать мобильный вместе с автобусом? Найти сумку с вещами? А может, плюнуть на все и пойти домой? Ключи, слава богу, в кармане, а не в сумке… Такой красивый город!
Сердитая толстая диспетчерша с усталостью в голосе повторила:
– Девушка, у вас нет никаких шансов!
– Ну, пожалуйста!
– Я вообще вам не обязана давать такую информацию!
– Ну, пожалуйста!
– Ну вы сами подумайте, он уже совершил рейс в сторону Нимбурка. В салоне ехали пассажиры, любой из них мог прикарманить ваш мобильный телефон. У него закончилась смена, он едет домой. Как вы собираетесь его вернуть?
– Не знаю. Я его догоню.
– Куда вы помчитесь его догонять? К жене?
– Не знаю.
– Ну что тогда вы хотите? Забудьте про свой телефон. Бывает, что теперь сделаешь?
– Все говорят «что теперь сделаешь»! А мне как быть?
– Все говорят «а мне как быть», а что теперь сделаешь? Ну сами подумайте.
Кира промолчала. Диспетчерша была права. Сделать действительно ничего нельзя, надо смириться.
– Ну… может, завтра я попробую найти его?
– Как хотите.
– Я имею право прийти на вокзал и просто поговорить с человеком?!
– Конечно. Приходите в это же время, когда прибыл ваш автобус.
– Водитель будет тот же самый?
– Да, он работает на одной машине. И если у него лично или в салоне найдется ваш мобильник, значит, вам повезло!
– Спасибо!
– Не за что.
Кира развернулась от окошка и пошла к своей злосчастной сумке, которая полтора часа простояла на одном и том же месте, совершенно нетронутой.