Девушка в переводе

Квок Джин

— Вы в порядке? — Мэтт поднял с земли мой берет и аккуратно надел мне на голову. Кажется, рука задержалась на миг дольше, чем требовалось. На Вивиан он смотрел довольно прохладно. Та едва не плакала.

— Вивиан тоже пыталась их остановить, — не выдержала я.

— Ну да, — буркнул Мэтт. Глянул на цветок, так и оставшийся на тротуаре. — Твои ухажеры сбежали, забыв про цветочки.

— Мэтт… — взмолилась Вивиан.

— Ладно, проехали. — Он поднял цветок, взял Вивиан под руку. — Пойдем, — бросил он Парку, и все трое

удалились.

Сквозь высокое окно я смотрела, как весенний дождь умывает деревья. Занятия с Куртом продолжались. Большинство одноклассников переживали по поводу предстоящих в конце одиннадцатого класса тестов, записывались на различные подготовительные курсы. Родители Курта заставляли его сделать то же самое, но он убедил их, что эффективнее всего заниматься со мной, в стенах школы. Сама я готовилась, выполняя образцы заданий из информационных брошюр, у меня не было возможности приобрести нормальный сборник тестовых задач.

Мы с Куртом встречались в художественной студии, где он проводил так много времени, что ему даже позволяли хранить там свои работы. Сегодня я пришла на урок пораньше и бродила по студии, размышляя о грядущих экзаменах. Приходилось быть осторожной, чтобы не наступить на электролобзик или пескоструйный аппарат, которые Курт часто бросал прямо на заляпанном краской полу, даже не выдернув из розетки. В студии пахло дождем, деревом и обойным клеем.

Курт склеивал деревянные детали очередной скульптуры, рассуждая о паре ботинок, которые он нашел на помойке и теперь с восторгом носил.

— Это доказывает, что провидение существует. Они появились ровно в тот момент, когда я так в них нуждался, — разглагольствовал он, закрепляя струбциной кусочки дерева.

Я покосилась на ботинки, торчавшие из-под вытертых джинсов. Коричневые рабочие башмаки со сбитыми каблуками.

— Ты их хоть почистил сперва?

— Не-а.

— Быть бедным не так забавно, как тебе кажется.

— Я пытаюсь выбраться из ловушки бездарной жизни.

— А что в ней бездарного? То, что родители создали тебе безопасный и уютный мир?

— Они оба уже родились обеспеченными. Дитя с трастовым фондом вступило в брак с другим трастовым фондом.

— Я всегда считала редакторов людьми умными и образованными.

— Вовсе нет. Ну, если только отчасти. А твои старики?

— Они поженились по любви.

Рассеянно бродя по мастерской, я обратила внимание на пиджак, небрежно брошенный на мольберт. Рукав свисал прямо на грязный пол. Я подняла пиджак — ткань на ощупь очень хорошая и дорогая: провела рукой по подкладке — натуральный шелк. Повесила повыше, чтобы вещь не пачкалась.

Курт ничего не заметил. Он мыл руки в маленькой раковине в углу, потом вытер их прямо об рубашку.

— Кстати, благодаря моим умным и образованным родителям я устраиваю вечеринку. Придешь?

— Вряд ли. — Я ответила автоматически,

как всегда на подобные приглашения. Когда мальчишки, с которыми я целовалась, приглашали куда-нибудь, я неизменно говорила одно и то же. — Я очень занята.

— Послушай, но эта вечеринка устраивается ради тебя. Родители просто счастливы, что я больше не числюсь в отстающих. Праздник должен способствовать позитивному психологическому настрою перед экзаменами.

— Ну, не знаю…

— Без тебя я бы вылетел из школы. Это твой праздник. Можешь считать его продолжением наших занятий.

Я, не выдержав, рассмеялась. Никогда не была на вечеринке, а тут появилось достойное оправдание. Крайне соблазнительное предложение.

— Я должна подумать.

Аннет я разыскала в театре. Помимо актерской работы она выполняла еще и функции ассистента режиссера. Сейчас она с палкой в руках измеряла диван, стоявший на сцене. Пышные волосы Аннет связала голубой лентой.

— Нужен подлиннее, — крикнула она кому-то за сцену.

— Аннет! — Пришлось подойти поближе, и я ужасно неловко чувствовала себя в ярком свете софитов.

— Привет! — Подруга опустилась на коленки у края сцены, чтоб мы могли поговорить.

— Курт пригласил меня на вечеринку. Что делать?

Брови изумленно взлетели вверх.

— Ты собираешься пойти? Почему? Ты же никогда никуда не ходишь!

— Ну да… — Я принялась застенчиво крутить пуговицу на жакете. — Но я могла бы… Только один разочек…

— Ага, он тебе нравится!

— Тсс! Ничего подобного! Мы просто друзья. Да, пожалуй, это плохая идея.

— Вовсе нет! Я считаю, это просто здорово, что ты пойдешь на вечеринку! Тебе нужно выходить в свет. — Тут она нахмурилась. — Но ко мне ты никогда не приходила, ни на спектакли, ни на праздники.

— Знаю, — печально вздохнула я.

Со мной нелегко было дружить. Я потому и отказывалась всегда от приглашений, что понимала: стоит один раз сказать «да» — и потом невозможно будет объяснить, почему не могу постоянно ходить на вечеринки. Возможно, один раз Ма меня и отпустила бы, но не более того. Я и на предложение Курта согласилась неожиданно для самой себя. Наверное, потому, что он сказал, будто праздник имеет отношение лично ко мне.

— А ко мне ты когда-нибудь все же придешь?

— Обещаю.

Мы с Аннет разработали план. Ма ни за что не пустила бы меня на вечеринку к мальчику. Я скажу Ма, будто остаюсь ночевать у Аннет, и мы с Аннет пойдем туда вместе. Никто не станет возражать, если я заявлюсь с подружкой. Оставалось только уговорить Ма.

— С чего это ты вдруг хочешь ночевать в доме Аннет? — нахмурилась Ма.

— Ма, я всегда хотела. Другие ребята все так делают, ты просто не знаешь. Я у тебя не отпрашивалась, потому что ты всегда против.