Девушка в красном

Марш Никола

Она задалась вопросом, зачем он держит в своем доме антикварный шкаф.

— Кари сейчас приедет.

Лола подпрыгнула от удивления. Чтобы скрыть сей факт, ненавидя свою неуверенность, она выпрямилась и похлопала рукой по створке шкафа:

— Он великолепен.

Выражение лица Чейза было непроницаемым.

— Ну, если вам нравятся такие вещи…

— И вам, должно быть, нравятся, раз он стоит в вашей гостиной.

Чейз отвел глаза:

— Он — моя сентиментальная ошибка.

Он вошел

в гостиную и направился к огромному окну, из которого открывался вид на сверкающие огнями высотные дома Мельбурна.

— Что именно мы скажем Кари? Вы хотите рассказать ей обо всем или предпочитаете сохранить план девичника в секрете, чтобы сделать ей сюрприз?

Внезапная смена темы разговора была так же удивительна, как его отстраненность.

Он не хотел говорить с ней о шкафе, спросив о котором она случайно задела его чувства.

Может, она заблуждалась на его счет? Возможно, в груди Чейза бьется доброе сердце, несмотря на его холодность и сдержанность?

Поборов любопытство, Лола подошла к Чейзу:

— Я думаю, лучше устроить сюрприз.

Он кивнул и с задумчивым выражением лица повернулся к ней:

— Хорошая идея. Ребенком она любила сюрпризы.

Окрыленная его ответом, она спросила:

— Вы очень близки?

— Да.

В одном-единственном слове столько любви, тепла и душевности. Теперь его поведение было ей понятно.

Тот факт, что он заметил, как Кари отозвалась о винтажных вещах, читая о них в журнале, говорил о многом. Он был по-настоящему хорошим братом, ибо сумел найти время, разыскал магазин Лолы и договорился с ней об организации девичника.

Лола задалась вопросом, каково это — иметь духовную близость с братом или сестрой.

Она никогда об этом не узнает. Ее отношения с Шарин можно было охарактеризовать как напряженное молчание, которое воцарялось за обеденным столом в тех редких случаях, когда семья Ломбард собиралась вместе.

Шарин отвернулась от Лолы в тот момент, когда та перестала быть девочкой для битья, ее секретаршей и горничной.

У них никогда не было ничего общего. Мать Лолы и Шарин были больше похожи на сестер, о чем говорили многие, когда Шарин только начинала карьеру модели. К Лоле относились так, словно она невидимка.

Она оставалась незамеченной, пока все, включая мать, заискивали перед ее сестрой.

— У вас есть братья или сестры? — спросил он.

— Только сестра.

Лола ожидала вопроса о том, была ли между ней и сестрой духовная связь, но, к счастью, в дверь позвонили, предоставляя ей тем самым долгожданную отсрочку.

Она не хотела разговаривать о сестре-супер модели, не желала, чтобы Чейз округлял глаза от восхищения, а затем быстро прищуривался, оценивающе разглядывая ее и сравнивая с великолепной сестрой.

Ведь его оценка покажется ей

намного обиднее, чем следовало. Ей нравилось, что он с ней флиртует, любуется ею и считает очаровательной.

Когда Кари впорхнула в комнату, Лола опешила. С безукоризненно уложенными волосами, с прядями оттенка красного дерева, в дизайнерском брючном костюме, она представляла собой почти точную копию Чейза.

— Привет, вы, должно быть, Лола.

Даже рукопожатие как у брата — решительное и энергичное. Лола понимала — она не должна смущаться, но что-то в этой бизнесвумен ее насторожило. Казалось, Кари видит ее насквозь.

Затем Кари искренне улыбнулась, и Лола стала постепенно успокаиваться.

Улыбнувшись, она произнесла:

— Лола Ломбард, организатор вашего девичника.

К ее удивлению, Кари захлопала в ладоши и даже прокрутилась на месте:

— Я знаю! Не могу поверить, что мой брат все это организовал. Жду не дождусь девичника.

Взволнованный взгляд Кари скользнул по Лоле, и та по привычке напряглась. Долгие годы ей приходилось выдерживать изучающие и оценивающие взгляды.

— Должна сказать, что мне очень нравится ваше платье. Оно роскошное! Это оригинал?

Подкупленная восторженной реакцией Кари, Лола кивнула:

— Это мое любимое. Я купила его через Интернет. Его никто не носил. Платье продавала дочь одной танцовщицы, которая отправила новые наряды на хранение на чердак несколько десятилетий назад.

— Значит, у нее были еще платья.

— Были. Я привезу, и вы сможете их посмотреть.

Кари округлила глаза:

— Было бы здорово! Я всегда хотела иметь такое платье, хотя мне некуда его надеть. — Она поморщилась, махнув рукой на свой костюм. — Я вынуждена носить это каждый день.

— Гм.

Чейз откашлялся, и женщины повернулись к нему.

Кари хихикнула, увидев страдальческое выражение его лица, а Лола сдержала усмешку.

— Я рад, что вы поладили, но разговоры о платьях угнетают меня.

Кари фыркнула:

— Он просто привык быть в центре внимания. — Она ткнула Лолу локтем в бок, словно давнюю подругу, заставляя ту удивляться такой непохожести бра та и сестры Этеридж. — Он не может не руководить, вот в чем его проблема.

Чейз помахал руками:

— Эй, я все еще здесь.

— Недолго тебе здесь оставаться. — Кари кивнула в сторону кухни. — Почему бы тебе не доказать свою полезность и не приготовить нам по чашечке эспрессо? И принеси печенье. Мы голодны.

Озадачившись безапелляционностью Кари и еще сильнее удивляясь уступчивости Чейза, Лола задалась вопросом, какой еще сюрприз ей преподнесет его сестра.

Сюрприз не заставил себя ждать, как только Чейз вышел из комнаты.

Кари схватила ее за руку и едва слышно прошептала: